Вольный игрок

Всего повозок было семь, каждой правил один возничий. На трёх повозках ехали красные «гражданские», как их охарактеризовал сам Андрей. Поскольку вооружены они были какими-то самодельными берданками, в отличие от охраны, вооружённой автоматами и занимавшей остальные телеги.

Сам Андрей ехал в центральной повозке рядом с Баккаром, выдался удобный случай, чтобы поболтать.

— Значит, снова начали торговать с Гильдией? — спросил он.

— А мы и не прекращали.

— Ну как же! А эти налёты на Каскады, форты Гильдейцев вокруг Города?

— Дык это война, а это торговля. Вон траппы полуденных фортов с гильдейцами почти не торгуют. Да и у нас договора со своими Управлениями. А что там другие отделы чудят, нас не касается. Главное, чтобы с нами договоры по-честному вели, тогда и мы их трогать не будем.

— Но вы ведь проиграете? За Гильдией будущее, у них есть преимущества. На их стороне все производства, люди, другие ресурсы. Они будут медленно, но верно ставить блокпосты в ключевых точках, сдавливать хватку. Их можно будет отвлекать мелкими вылазками, но за каждый взятый блокпост придётся платить кровью, а Гильдия со временем их будет восстанавливать. И вот в один прекрасный момент она станет настолько сильной, что бороться с ней уже будет невозможно.

— Ты говоришь прямо как Квизарий Дон.

— Это кто такой?

— Ты что, Квизария не знаешь? Он из полуночных лесов. В тех краях все форты под себя забирает. Всё хочет великое ополчение собрать, чтобы Гильдию, значит, уничтожить. По мне, он просто цену себе набивает, ищет тех, кто по своей воле себе ярмо на шею наденет и кровь будет проливать, чтобы чужие на ней барыш наваривали. А у нас здесь свои кланы и свои форты. Вот наша сила, — Баккар поднял автомат. — Если гильдейцы захотят чего без спросу взять, я их из своего крепыша угощу. За добавкой не придут. Недавно вот на форт Водяной Башни напали, откуда твоя меняльщица взялась. И что из этого вышло?

— Я знаю, был там. И даже в вылазку ходил вместе со всей ротой. Не веришь, спроси у Юли… эм… Элии. И я видел, как подорвали паровоз, дыма и пара было много.

Баккар обернулся к нему:

— Да верю я тебе. Но вот как тебе вояки-гильдейцы? Дрянь, а не воины — скажи?

— Соглашусь. Только на моей родине так говорят: не надо слишком часто сражаться со слабым противником — вы можете научить его слишком хорошо драться.

Возничий испуганно оглянулся. Громадные, размером с телёнка, ездовые псы никак не отреагировали на дёрнувшиеся поводья, а Баккар, неторопливо пошкрябав щетину, изрёк:

— Глупо это. То есть, я не хотел обидеть твоих родичей, но как по мне, те, кто плохо стреляет, хорошо воевать научиться не смогут. Тут ведь не в оружие дело, как многие дурни думают, а в духе. Какой ты себе пистолет не возьми, если духом слаб — обделаешься. С перепугу, может, в грифа на дереве выстрелишь и всех делов. По мне так; кто что каждый от рождения делать умеет, в какой семье родился, там и должен оставаться. Гильдейцы должны торговать и всякие полезные вещи мастерить. Кто за станком правильно стоит или хлеб хорошо растит — пусть там и работает. Те, кто хочет, пусть в трапперы идёт, а кто выживет — кланам должны долю отдавать. Воины пусть всех их защищают, за это им патроны и уважение.

Андрей понял, что спорить бессмысленно. По крайней мере, у этого молодого воина в голове всё чётко сложилось. Кроме того, Казаков догадался, что он итак наболтал лишнего, выставив себя полным лохом в местных порядках. Как бы не сказануть чего-нибудь посерьёзнее и проблем себе не нажить.

Пока сталкеры разговаривали и следили за окрестностями, предмет их спора возник сам собой. Перед блокпостом Гильдии случилась самая настоящая пробка из телег. Со стороны выглядел он не очень внушительно — по обеим сторонам дороги построили стенки из пеноблоков высотой метра в полтора. Основные силы наверняка зарылись глубоко в землю на обочине, и так просто их не увидишь.

Андрей и сам пропускной пункт не мог увидеть из-за толпившихся телег.

— Чего это они чудят? — удивился Баккар, встав на сиденья.

— В смысле подводы задерживают?

— В смысле тут вообще блокпоста не было.

— То есть Гильдия занимает ничейную землю и укрепляет её своими блокпостами? — Андрей изо всех сил пытался скрыть ехидство в голосе, видимо, не получилось.

Баккар подчёркнуто промолчал, обратился к «ополченцу», сидящему на телеге:

— Нор, сбегай, узнай, что там и как.

Несколько минут, пока разведчик бегал туда и обратно, прошли в неловком молчании. Казаков всё ломал голову, как же опять наладить контакт с красным, сгладив опрометчиво сказанные слова, но так и не смог ничего придумать.

Посыльный вернулся, доложил:

— Вроде, Гильдейцы ищут кого-то, — многозначительно произнёс тот.

— Кого? — встрепенулся Андрей.

Красный, подчёркнуто его игнорируя, обратился к командиру:

— Двоих трапперов, одна из них - лесная.

Теперь уже Баккар повернулся к Андрею. У того в груди ёкнуло, но делать опрометчивых поступков, вроде хватание рукояти пистолета, он пока не стал.

— Я что-то должен знать? — вкрадчиво спросил Баккар.

— Ничего из того, что может навредить твоему клану, я не умолчал, — на удивление чётко и быстро для себя выдал Андрей. — Я и сам не знал, что здесь блокпост, иначе бы не стал впрягать вас в свои дела.

— Понимаю, но теперь, как ты видишь, наши пути расходятся.

— Да какие могут быть сомнения.

— Нет, подожди. Не думай, что лицензия Красных Орлов — холостой выстрел. Но у меня сейчас своя миссия, я не могу подставлять своих людей и клан.

— Я и не думал об этом, Баккар. Я знаю, насколько крепко слово Красных Орлов, — серьёзно ответил Андрей. — Более того, я сам бы вас не захотел втягивать в свои проблемы, но коль так вышло, окажи нам последнюю услугу. Сделай так, чтобы двое бойцов незаметно покинули твой коновой.


— Всё исполним, как надо.

Баккар объявил привал, с десяток человек спрыгнули с телег, кучной толпой стали балагурить, обсуждать поход, разминая затёкшие ноги и перекусывая взятыми припасами. За этим действом осталось незаметным, что двое трапперов тихонько прошли в конец конвоя, а потом шмыгнули через обочину в холмистые поля.

— Нам придётся делать большой крюк, но мы всё равно попадём на территорию Гильдии. Дальше надо тайком пробраться к реке и как-то раздобыть лодку. Реку патрулируют мониторы, поэтому плыть тоже надо будет осторожно.

— Нет, это всё не прокатит.

— Почему? — удивилась Юля.

— Ты помнишь про мою татушку? Она не только огнём гореть может, но и работать как маячок. В смысле, определять моё местоположение, — поправился Андрей, поняв, что Юля не знает такого значения слова «маяк». — Или твоя волшебная штучка от Станислава блокирует и эту функцию?

— Не знаю, — растерялась девушка. — Он мне только сказал вколоть, когда будет необходимость.

— А сколько действует, не рассказал? — спросил Андрей, чувствуя, как к руке возвращается чувствительность, а вместе с ней и боль в области татуировки.

Юля пожала плечами.

— Ладненько, тогда пойдём, — Андрей сверился со своим внутренним гироскопом, выбрал направления.

— Куда?

Казаков так удивился, что даже замер.

— Ты что, Юль, не доверяешь мне?

— Доверяю, конечно, — Юля смущённо вздёрнула уголки губ.

— Тогда не бойся. Мы должны проникнуть на Ярмарку неожиданно, эффектно и гарантировано. И у меня есть идея, как мы это сделаем, лишь бы до вечера успеть.

Трапперы шли по выбранному пути по колено в жухлой, припорошённой снегом траве. Андрей сверялся со своей памятью и пока был уверен, что идут они в нужном направлении. Конечно, до темноты они бы не успели, но тут Игра улыбнулась ему во все тридцать два зуба.

— Подожди-ка, дайка мне свою оптику, — попросил Андрей и направил её на новую колону повозок, двигавшуюся им навстречу. — Удача с нами. Смотри, Юль. Узнаёшь?

— Чистильщики, — сказала она, глядя в прицел. — Ты у них хочешь попросить помощи?

— А у нас есть выбор?

— Можем пойти вдвоём. Я не доверяю чистильщикам.

— Я тоже не доверяю, но они игроки, а значит с ними мы можем быть более откровенными, чем с Красными. Выбора у нас нет. Вернее, у нас двоих нет. Мы можем пойти каждый своим путём. Я буду отвлекать на себя возможный гнев Кары, а ты будешь пробираться с камнем к лесным кланам. Выбор за тобой.

— Мы идём вместе, — быстро ответила Юля, словно боясь, что Андрей не дождётся и в одиночку отправится путешествовать.

— Вот и договорились. Но эвакуатор держи наготове.

Андрей, не спеша, выпрямившись во весь рост, пошёл навстречу колонне. Его, разумеется, заметили, но останавливаться не спешили, дали возможность подойди метров на пятьдесят. Возможно, от того, что в конвое чистильщиков было на пару повозок больше и, хоть и сидело там по двое бойцов, вооружены они были куда лучше красных, не говоря уже об ополченцах.

Казаков спокойно и уверенно шёл навстречу колонне, остановился только когда приказали. Юля привычно замерла за левым плечом. На него направили сразу пять автоматов, остальные держали окрестности. Андрей шире раскинул руки, будто приветствовал старых друзей. Отчасти так и было. Он понял, что сейчас ему второй раз улыбнулась удача, ведь он разглядел в пыли конвоя знакомую рыжую голову.

— Кто такой, откуда идёшь? — вальяжно поинтересовался чистильщик, свесив ноги с борта телеги.

На ногах у него лежал автомат, небрежно так повёрнутый в сторону игрока. В случае чего чистильщику даже дёргаться не придётся: нажал спуск — и вся очередь летит в Андрея.

Но даже не это привлекло его внимание — эка невидаль, оружие на него наставили. Удивился он рисунку, намалёванному чёрной краской через трафарет на борту телеги: классический десантный АКСУ с откинутым прикладом, немного задранный вверх, как будто его держат на параде, из которого вылетает короткая отсечка очереди. Мазки перед автоматом с одинаковой долей фантазии, можно было принять и за пули, и за слёзы и капли крови.

— Эй, контуженный что ли?

— Я? Да нет, на рисунок ваш засмотрелся, красивый очень.

Вот, что значит мастерство! Это когда твоё изделие и на гербах государств, и на других планетах изображают.

— Меня Андрей зовут, позади — Юля. Мы из траппа Хетцера. Вон та рыжая должна нас помнить.

— Я? Вас? — девушка поднялась во весь рост. — Да с чего бы это?

— Любка, ну вспомни, ты нас ещё расстрелять хотела на проходной форта.

— А! Так это ты вместе со своей лесной пожаловал. И зачем, свинца в крови не хватает?

— Неа, за помощью пришёл к игрокам. Ты скажи лучше, кто у вас тут главный.

— Я главная.