Темная грань любви

Глава 14

ЭКСТРЕННАЯ ПОДГОТОВКА




— Вот такая вот странная история, — закончила я свой рассказ.

Несколько мгновений Вебранд молчал, буравя меня сумрачным взглядом, а затем напряженно попросил:

— Давай вернемся к Вельме, начни с момента, когда на тебя напали в лесу.

Я терпеливо повторила, как старая знахарка спасла мне жизнь, а затем повела себя крайне странно и пугающе.

Раз кромешника заинтересовал этот случай, он знал, что с женщиной.

— Я так и не поняла, что с ней происходило.

— Она была одержима.

— Кем?!

Кромешник пожал плечами и резко переключился на других участников этой истории.

— В поднятии кладбища ты подозреваешь Алессандра Лескорэ, — констатировал он задумчиво. — А мотив?

Вопрос удивил. Разве не очевидно? Я нахмурилась.

— Отец отказал ему, когда Лескорэ просил моей руки.

Теперь мне в это и самой верилось слабо. Так себе причина для страшного убийства.

— Он пытался тебя обольстить?

— Нет, — ни на секунду не задумываясь, ответила я. — Знаки внимания оказывал, не более.

— Он был своим в вашем доме. Но вместо соблазнения юной неопытной девушки предпочел убить ее родителей?

Да, сложная комбинация. Разумнее было сделать все по-хорошему, если только Алессандр не псих.

Вебранд словно подслушал полные сомнений мысли и продолжал разрушать мои представления о том, кто виноват.

— Были менее рисковые способы заполучить тебя. Цель убийцы — твой отец, а Алессандр, узнав о его гибели, воспользовался ситуацией и попытался тебя выкрасть.

Неужели несколько лет я ненавидела невиновного? Но как же тогда Росси, принесшая молоко со снотворным?

Я напомнила Вебранду о служанке, и он пожал плечами:

— Она помогала барону Лескорэ, не спорю. Вероятно, они хотели выкрасть тебя той ночью. Для Алессандра все сложилось, прости за цинизм, крайне удачно.

Что ж, он прав. Убийца моих близких и похитители могли действовать, не вступая в сговор.

— К тому же ты не знаешь, каким даром обладает Алессандр Лескорэ.

И снова в яблочко: общаясь с соседом, я никогда не интересовалась направленностью его магии.

— История полна темных пятен, но мы разберемся. Как только закончатся испытания, мы вместе отправимся в графство Сола.

Впервые за несколько лет мне захотелось поверить другому человеку. Нет, я доверяла и раньше, но те люди имели слабости, которые заставили их нарушить наши соглашение. Вебранд кромешник. Я могу положиться на мужчину, который даже в состоянии аффекта будет следовать незыблемым правилам. Если не верить ему, то кому тогда?

— Я буду благодарна вам за помощь.

— Тебе, — поправил Вебранд. — Предлагаю окончательно отказаться от официального тона. И да, мы все еще женаты, дорогая.

Он подмигнул, не пряча иронии в глазах.

— Но это ненадолго, из-за испытания придется развестись.

Вебранд стал серьезен.

— Попробуем. Слишком мало прошло времени для развода.

В палату постучали — тревожно, быстро.


— Войдите, открыто. — Я с трудом скрыла удивление.

С каких это пор стучат к пациентам? Все же палата не личные апартаменты.

Вспомнив, как целовалась с фиктивным мужем полчаса назад, я подавила вздох облегчения. Было бы неловко, если бы нас застукали. Нет, все-таки хорошо, что стучатся.

Первой в комнату влетела принцесса Элеяра, за ней следовала Изольда, последним шагал хмурый кронпринц.

— Ядвига, ты в порядке? — с беспокойством спросила принцесса.

— Да. А вы, ваше высочество?

Судя по довольному, цветущему виду магички, напугавшей мужа преждевременными родами, ей не закатили даже скандала.

— Малыш резвится, а так все отлично.

Я перевела взгляд на кронпринца, который поражал невозмутимостью человека, смиренно несущего свою ношу. Почему у меня такое впечатление, что у них в семье очень весело?

— Что ж, я готов принять вашу присягу, леди Габриэль. Давайте сделаем это по-быстрому, и мы полетим домой.

Требование сбило с толку. Какую присягу он от меня ждет? Верности?

— Ваше высочество, обстоятельства изменились, — сдержанно произнес Вебранд. — Моя супруга планирует побороться за корону Латории.

Девушки, нахмурившись, переглянулись. Странно, они недовольны чем-то? Они ведь сами просили принять участие. А теперь разочарованы? Порой женское непостоянство раздражает даже женщин.

Принц подобрался, как хищник перед прыжком.

— Что изменилось, леди Габриэль?

Я с трудом выдержала подозрительный взгляд синих глаз. Выходит, жена не посвятила его в свой план? Не предупредила о предсказании Кристы Йохенссельской? Мне также нельзя говорить о нем и с Вебрандом?

Я посмотрела на девушек. Рыжая магичка, стоящая рядом с мужем, слегка улыбалась, словно и не пыталась утаить нечто важное. Поймав мой взгляд, Изольда покачала головой и продолжала играть пушистым кончиком серебристой косы.

Лучше молчать? Что ж, я не против. Чем меньше людей знают о предсказании, тем выше шанс обмануть судьбу. Страхи и восторги толпы даже самое неубедительное прорицание напитывают невероятной силой, позволяя ему исполниться.

— Ваше высочество, изменился мой взгляд на проблему. Я боевой маг и желаю блага своей стране. Возможно, во время испытаний я смогу помочь достойнейшему претенденту выиграть престол. Рассчитывайте на меня.

— Значит, пора обсудить ваши действия и помощь с нашей стороны, — деловито заявил кронпринц.

Вопреки обстоятельствам, я испытала невероятный подъем: артефакты давелийцев, техномагические штуки — неплохая награда. Я с удовольствием испробую все, что мне предложат.

— Нет, Джаред, в первую очередь мы подберем гардероб для будущей королевы! — радостно сообщила принцесса.

Забавно, что никто не стал перечить. Даже я. Наряды — неизбежное зло. Бойня ведь будет не всегда — всего-то между балами и раутами, которые проходят во время испытаний.

— Мы должны сейчас же отправиться в Ольрион, — тем временем говорила принцесса азартно. — Ядвиге, то есть Габриэль, понадобится одежда по последней моде империи.

— Зачем? — в один голос удивились мужчины.

Элеяра, с улыбкой накручивая на палец выбившуюся из прически прядь волос, снисходительно объяснила:

— Если мы представим Габриэль как невесту кромешника, — принцесса бросила хитрый взгляд на Вебранда, — то сможем не вызвать удивление, если он будет рядом с ней, помогать ей, опекать и в итоге наделит определенными артефактами, сделанными в Давелии. Вы же не хотите, чтобы ее заподозрили как шпиона, ваше высочество? Как говорится, самое важное лучше всего прятать на видном месте.

Она выразилась иносказательно, но я поняла ход ее мыслей. Кто-нибудь все равно заметит мою связь с кромешниками, и это вызовет опасения, предположение нечестной игры, а то и работы на империю. Если же представить меня изначально невестой давелийца, это спровоцирует возмущение, но затем наступит стадия примирения. На испытания разрешалось в качестве помощника приводить не только близких и родных, но и телохранителей, что помогало мало, как утверждала хроника. Были случаи, когда кандидаты обходились своими силами — и получали корону Латории.

— Элеяра, я не устаю восхищаться твоим умением видеть ситуацию с неожиданной стороны. — Принц нежно поцеловал руку зардевшейся супруги.

— А что, если жениха Габриэль представить обычным гражданином империи? — задумчиво произнесла Изольда. — Кромешники априори вызывают опасение, простой давелиец в помощниках — нет.

— Не выйдет, я примелькался при дворе, когда сопровождал кортеж графини Монфрери.

— А вас можно заменить на другого кромешника, — беззаботно предложила Изольда и вздрогнула, когда услышала звук, подозрительно напоминавший рычание.

Закашлявшись, Вебранд покачал головой.

— Позволю себе не согласиться с вашим замечательным планом, леди Изольда. Нас с Габриэль связывают определенные договоренности, перекладывать которые на чужие плечи я не собираюсь.

Вебранд невозмутим, спокоен и безупречно вежлив. Рычание мне послышалось — ведь послышалось же? Это всего лишь кашель, просто заболел человек.

— Нет, менять спутника леди Габриэль не стоит. Иначе ей придется срабатываться с новым напарником, а для этого понадобится время, — примирительно сказал его высочество. — А обновлять гардероб придется здесь — бабочка не отпустит за пределы страны.

Я с уважением посмотрела на кронпринца чужой державы. Даже мои соотечественницы не знали о маленьком нюансе: бабочка Лоренса Первого держала свою жертву на коротком поводке.

— Его высочество прав: я могу умереть, если знак решит, что пытаюсь сбежать от своего великого предназначения, — не удержалась я от иронии.