Право первой ночи

Я бежала прочь изо всех сил, держа книгу и придерживая юбки, и лишь ускорила бег, обнаружив миссис Этвуд, стоящую рядом с лошадью, на которой сидели мама и Барт. Мама о чем-то спорила с братом, почти срываясь на крик, но тот упрямо продолжал держать ее, не желая отпускать и замерев с открытым ртом, едва увидел меня.



Подбежав к ним, стоящим чуть в стороне, от двигающегося в замок человеческого потока, я оперлась рукой об ограду моста, пытаясь отдышаться, и сказала Барту только одно:



— Тебя отец зовет. Быстрее. В замке опасность!



Сверкающий во дворе портал ведущий из деревни, Барт с этого расстояния увидел, вполне возможно что и отца там разглядел, а разбираться что да как, уже не успел.



— Арити, тебя лорд предупредил? — воскликнула мама.



Лгать она особо не умела, но:



— Да. Поэтому и мужчин в замок согнали!



— Вот знал, что алландийцам веры никогда нет и быть не может! — прошипел Барт.



И спустил маму с лошади.



Мы все втроем постояли меньше секунды, глядя, как он мчится в замок, переглянулись и миссис Этвуд спросила:



— Куда теперь?



— В рощу, сначала за соком девственницы, потом за… ой, — поняла, что снова оговорилась.



Но меня поняли правильно.



— Соком лиственницы? — уточнила мама.



— За мной! — скомандовала миссис Этвуд.



***



Путь был не близкий, но верный — пробежав вниз, по горному склону, мы спустились в дубовую рощу, в которой, несмотря на лето и даже сумрак ночи, отчетливо прослеживались все признаки увядания, и я в очередной раз… мало что хорошего о себе подумала.



Но практически бег продолжался, под канонаду уже зазвучавших в полную мощь орудий, в свете яркой полной луны, с ощущением ускользающего шанса все исправить… со страхом, с диким страхом за того, кто сейчас сражался…




И этот страх становился все больше и больше, потому что орудия били уже где-то совсем рядом, а я… я думала, что если он уже… уже вот сейчас… что если?



— Девственница! — торжествующе объявила миссис Этвуд, наконец, остановившись.



— Вы хотели сказать «лиственница»? — задыхаясь после долгого бега, спросила я.



— А, да, она самая, — и миссис Этвуд дернула шпильки, начиная распускать волосы.



Я непонимающе взглянула на маму, но и она расплетала ранее заплетенную косу.



Следом на пол полетели чулки и туфли.



Меня от ступора, отвлекла очередная канонада, и не задавая вопросов, я поступила так же — быстро расплела волосы, стащила чулки, скинула туфли и встав босыми ногами на влажную по ночи траву, повернулась к лиственнице, которая вообще один бог ведает каким чудом очутилась в дубовой роще. Лиственница — любит свет, а все дубы вокруг были и больше, и выше и могучее, но, каким-то удивительным образом, лиственницу не уничтожили, словно бы уважительно держась на почтенном расстоянии, по кругу диаметром шагов в пятьдесят, позволяя хвойной красавице тянуться выть с высоты холма, единственного в этом лесу.



— Иди к дереву, — приказала мне мама, доставая нож.



Я вскрикнула, увидев этот жест, но не говоря ни слова, мама отхватила прядь своих волос, после передала нож миссис Этвуд. У экономки лорда Хеймсворда были длинные частично седые волосы, но в отличие от моей мамы, она отрезала не прядь — укоротила локоны почти до плеч, отдала нож моей матери и сказала, повернувшись ко мне.



— Иди к дереву. Подойдешь — веток не ломай, ничего не режь, попроси — если дерево откликнется, сок упадет на твои ладони. А дальше говори, Арити, все как есть говори, на нас не оглядывайся и что бы не случилось, за круг не выходи.



— За какой круг? — не поняла я.



— Иди к дереву, — твердо сказала мама.



И я пошла, оглядываясь много-много раз, и с изумлением следя, как миссис Этвуд и мама из собственных волос выкладывают круг, старательно, но быстро… Все быстрее! И быстрее! Оглядываясь на лес и заметно торопясь!



Волос не хватило шага на два всего, и мама снова взяла нож…



Последняя прядь и круг вспыхивает призрачным голубым сиянием, отрезая меня от мамы, от миссис Этвуд, от отца, который бежал к нам со стороны замка и от чудовища, что кралось ко мне от болот, видимо обойдя деревню!



Я увидела его, горящий ненавистью разъяренный взгляд желтых светящихся глаз, и вдруг поняла — он шел за мной. Почему-то я не подумала об этом раньше, когда Рэймонд четко обозначил, что, судя по скорости и направлению, демон мчался в нашу деревню. Оказывается нет, не в деревню… он шел за мной.



Он шел именно за мной!



Глухо прозвучал низкий рык. Луна и свет от круга высветили двух ведьм, медленно наполняющихся светом, что-то крикнул отец, вскидывая арбалет…



И хрустнула ветка под прыгнувшим монстром!