Неправильный мертвец

– Это почти точное определение нытья, – заметила Сара, девушка Тайлера.

Хизер ее ненавидела.

– К чему ты ведешь, Брэд? – спросил Тайлер.

– К тому, что, возможно, нам следует пересмотреть наши методы.

– Есть конкретные предложения?

Брэд заерзал на стуле. Он терпеть не мог, когда его ставили в неловкое положение перед Сарой, которая интересовалась им не больше, чем системой работы туалетов в космосе.

– Да. Разве не лучше пока что освобождать, ну, вы поняли, обычных животных? На днях одна из мышей выбралась в коридор, и я подумал, что домовладелица вызовет полицию.

– Повезло, что не вызвала, – сказала Сара.

Брэд мрачно покачал головой:

– Не вызвала, но взбесилась. Орала на меня на каком-то иностранном языке без единой гласной. Затем позвала священника, и тот провел обряд экзорцизма. Теперь коридор перед моей квартирой увешан четками и распятиями. Все в здании считают меня Дракулой. То есть… я ведь даже молочные продукты не ем.

– Ладно. Пока что только обычные животные, – постановил Тайлер.

– Не говори «животные», – поправила Линда. – Они такие же личности, как мы.

– А не слишком путано? – нахмурилась Хизер. – «Освобождать личностей» звучит так, будто я хочу освободить Уоррена.

– Мне и тут неплохо, – откликнулся Уоррен.

– Видишь? Уоррену и на месте круто, – вставил Дилан.

Линда посмотрела в окно на задний двор:

– И все же… Как-то это неправильно.

– Давайте проголосуем, – предложил Тайлер.

Над кухонным островком взмыли руки.

– Предложение принято, – вынес он вердикт. – Отныне животных именуем личностями.

Сара склонила голову набок:

– Тогда Уоррен в пролете. Он точно животное.

– Так и есть, – усмехнулся Уоррен.

Хизер уставилась на идеальные руки Тайлера, потягивающего пиво.

– Вернемся к повестке дня, – продолжил он. – У кого-нибудь есть идеи, каких животных… личностей мы можем освободить?

– Из зоопарка? – предложил Дилан.

Сара вскинула брови:

– Шутишь? Там животные… личности питаются лучше, чем некоторые из нас.

– Но они должны обитать в естественной среде.

– Удачи с перевозкой анаконд на Амазонку, – фыркнул Уоррен. – Когда одна из них тебя проглотит, я помогать не стану.

– А как насчет летучих мышей? – спросил Брэд.

– Жутковато, – скривилась Сара.

– Пингвинов? – внесла свою лепту Линда.

Хизер покосилась на нее:

– Они живут в Антарктиде.

– Мой парень работает в «Севен-Элевен». У них есть большой морозильник.

– Три тысячи миль в ширину? – спросил Уоррен. – Если нет, то это не одно и то же.

– Вряд ли, но могу уточнить.


Тайлер снова посмотрел на Брэда:

– Раз уж ты заварил эту кашу, какие еще будут варианты?

Впившись зубами в ноготь большого пальца, Брэд наконец сказал:

– Не знаю. Предлагаю залечь на дно, решить, что делать с мышами и морскими свинками, и держать руку на пульсе.

– Другие идеи? – Тайлер обвел взглядом присутствующих. – Нет? Тогда голосуем. Кто за перерыв и переоценку наших методов?

Поднялись руки. Он сосчитал.

– Тогда решено. Сидим тихо и ищем правильную цель.

– Обязательно использовать слово «цель»? – пробурчала Линда.

– А ты что предлагаешь? – спросил Дилан.

– Вольнычности.

– Что? – не поняла Хизер.

– Вольнычности. Типа вольные личности.

– За это я голосовать не буду, – заявил Уоррен.

– Может, отложим этот спор на другой раз? – вздохнул Тайлер.

Линда скрестила руки на груди и надула губы:

– Ладно.

– Если на сегодня все, давайте закажем пиццу.

– Круто, – обрадовался Дилан. – И какой же она будет?

– Дружмансипированной, – вставила Линда.

– Я подумывал, скорее, о грибной.

– Это типа «дружба» и «эмансипация», – объяснила она.

– Мы же вроде решили больше не говорить о делах, – напомнила Сара.

– Может, с ананасами? – предложила Хизер.

– В пицце? – ужаснулся Брэд. – Я живу с мышами-мутантами и не собираюсь еще и пиццу мутантскую есть.

Уоррен кивнул:

– Ага, никому не нужен твой дурацкий фруктовый пирог.

– К тому же ананасы – инвазивный вид, – добавил Дилан. Брэд скорчил гримасу:

– Неправда. Они дико растут по всем Гавайям.

– Тогда почему я так подумал?

– Итак, грибы, – вмешался Тайлер. – Еще что-то?

– Кудзу, – сказал Дилан.

– Кто-то делает пиццу с кудзу? – поразилась Сара.

– Нет. Это инвазивный вид.

– Никто не хочет есть кудзу, – сказала Линда.

– Знаю.

– Тогда зачем предложил?

– Пытался объяснить, что такое инвазивный вид.