Не дареный подарок. Морра

— Предположим, я ничего не скажу отцу о Таласе, но Ная… Кадай же ее…

Покрутив пальцем в воздухе, Илис так и не смог подобрать подходящее слово, в полной мере характеризующее способности аспида.

— Не приворожил, — заверила я. — Поверь, Кадай в заинтересованности Наи не виноват. Вернее, виноват, но не так, как ты думаешь.

Илис с укором посмотрел на меня.

— И ты совсем за нее не беспокоишься?

— В сложившейся ситуации целесообразнее переживать за Кадая, но он гад и заслужил все, что Ная с ним сделает.

— Он каким-то образом заставил лорда Тэлавира внести его в завещание. Ты уверена, что Ная способна справиться с таким, как он?

Я активно закивала, благоразумно умолчав о том, что Кадай не только в завещание заставил себя внести, но и день смерти барона, скорее всего, приблизил.

— Наю он не обидит, это точно.

Все еще сомневаясь, хозяин осмотрел вольер, задержав взгляд на открытой двери.

— Я ничего не расскажу отцу, — наконец решил он, — но должен знать обо всем, что происходит.

Это было так умилительно, что я просто не знала, что ответить.

Хотя нет, знала.

— Как скажешь, моя прелесть.





Глава одиннадцатая. Грустительная




Непонятно, как так получилось… Хотя нет, все было предельно ясно, просто я осознала абсолютную безвыходность ситуации слишком — поздно.

Ная, легко принявшая все вчерашние потрясения, утром выглядела радостной и полной сил. В отличие от невыспавшегося и злого Илиса, судя по взгляду, всю ночь думавшего исключительно о Кадае и, быть может, чуточку о Таласе. Пришел хозяин очень вовремя. Я как раз успела собраться, но еще не сообразила, как буду добираться до столовой.

— Костыль тебе нужен, — вынесла вердикт Ная в ответ на мои несчастные, растерянные взгляды.

В дверь постучали.

На пороге стоял хозяин, мгновенно озадаченный моим радостным предложением:

— Побудешь моим костылем?

— Для того и пришел, — скорбно признался он, поднимая мне настроение.

Найти плюсы в вывихнутой ноге оказалось очень просто. Меня весь день носили на руках, и все студентки мне завидовали.

Сначала таскал Илис, мужественно и молча, потом разок пронес Тэваль, которому не хотелось, но пришлось, потом, на обед, снова Илис, и под конец, с четвертой пары прямо в комнату — Тайс, которого прислал заботливый хозяин.

Рыжий оказался еще невыносимее Тэваля и ворчал, не замолкая, пока не дотащил меня до нужной двери, которой я с удовольствием от него и отгородилась, искренне сочувствуя Рику. Вот уж кому не жалко отрезать руку, так это Тайсу.

— Морра… — Сидевшая за столом Ная вовсю готовила себя к какому-то торжественному мероприятию, щедро подчеркивая свои достоинства. Застыв с открытой коробочкой румян в руках, она отбросила с лица искрящийся, качественно завитый локон. — Как я выгляжу?

— Опять Кадай куда-то пригласил?

Скинув тяжелую сумку у двери, я доскакала до кровати, где обессиленно рухнула на мягкое покрывало.

— Нет. — Решительно захлопнув коробочку, оборотница еще раз оценивающе глянула в зеркальце. — Он не очень торопится, потому я решила сама его пригласить.

Будь я чуточку добрее, посочувствовала бы аспиду, но я доброй совсем не была, а потому только злорадно пожелала ему долгих мучений. Пусть знает на будущее, кому лучше не улыбаться.

— И куда собираешься его вести? — полюбопытствовала я, по достоинству оценив ее наряд.

Глубокий винный цвет, волнующее декольте и продуманный крой платья, подчеркивающий все впечатляющие изгибы фигуры. Выглядела волчица восхитительно.

— В театр.

Кровожадная улыбка расцвела на нежном лице. Еще чуть-чуть, и мне бы точно стало жаль Кадая, но Ная, спохватившись, стерла угрожающее выражение и вспорхнула со стула, крутанувшись вокруг своей оси и шурша юбками.


— Барон не устоит, — была вынуждена признать я.

— На то и расчет, — потерла руки коварная волчица. — Мне не нравится его безынициативность.

Я сильно сомневалась, что Кадаю понравится ее инициативность, но говорить об этом, разумеется, не стала.

— На ужин не жди, — велела она, хорошенечко придушив меня на прощание в нежных объятиях. — Вернусь поздно, постараюсь сильно не шуметь.

— Постарайся, — обратилась я уже к закрытой двери.

Ная упорхнула осаждать неприступную крепость, оставив меня одну страдать на ужине в компании задумчивого хозяина, все еще не смирившегося с открывшейся ему информацией, голодным Тайсом и решительно настроенным, но совершенно неразговорчивым Керстом, к которому опять приходил отец.

Ужин прошел на редкость печально.

Но еще печальнее мне стало в десятом часу вечера, когда в комнате я оказалась одна.

Стук в дверь застал меня за столом. Я честно пыталась читать учебник по травоведению, продираясь сквозь непонятные и ненужные названия растений. Зачем лекари, да и целители в общем-то тоже, используют мертвый язык, я так и не поняла, но мое непонимание не отменяло необходимости зубрить учебный материал.

Стучали странно. Уверенная, но незнакомая барабанная дробь, не похожая на степенное постукивание Аррануша или нетерпеливый стук Илиса. Да и Кадай так точно не стучал.

Закрыв книгу, я медленно, неловко поскакала к двери, уже не в первый раз ругая себя за то, что не попросила хозяина раздобыть-таки для меня костыль. Ездить на ручках — это, конечно, приятно, но по комнате на Илисе не покатаешься. Его тут просто нет.

Открыв дверь и увидев того, кто стоит за ней я, пожалуй, даже не очень сильно удивилась. Было бы наивно с моей стороны полагать, что трюк, блестяще прошедший у Кадая, не получится у Таласа. В конце концов, способность крачитта отводить глаза ничем не хуже талантов аспида.

— Не спросишь, как я сюда попал? — удивился Талас. На этот раз его волосы были собраны в хвост, открывая увечное ухо. Если бы в прошлый раз я увидела этот огрызок, то точно узнала бы сразу.

Задавать ему вопросы не входило в мои планы. Я вообще не собиралась с ним разговаривать. Закрыть дверь прямо у него перед носом — с удовольствием. Заводить беседы и ждать, что он со мной сделает, — нет, спасибо.

Талас что-то почувствовал: понял по моим глазам или заметил движение — не знаю, но когда я с размаху попыталась захлопнуть дверь, он резко качнулся вперед, не позволяя этого сделать.

Отшатнуться с больной ногой не получилось, я потеряла равновесие и обязательно упала бы, но крачитт не дал. Крепко ухватив за руку, больно дернул на себя, полностью отбирая у меня возможность устоять на ногах.

Меня попытались закинуть на плечо и получили достойный отпор… как мне хотелось верить. Кровоточащие царапины на его лице, оставленные моими ногтями, по крайней мере, выглядели впечатляюще. Не так уж и плохо для простой безобидной рагры.

Не ожидавший такой наглости с моей стороны, Талас отшатнулся, выпустив меня из рук и уронив на пол.

— Я сожр-ру тебя живой, — прорычал взбешенный крачитт.

— Сначала поймай, — прошипела я, с непонятным чувством глядя в его лицо. Это был не страх. Злорадное удовлетворение, вот что это было.

Я уже знала, что буду делать дальше, и только надеялась, что Илис все не испортит, внезапно куда-нибудь запропастившись.

В рагру превратилась раньше, чем Талас успел вновь до меня дотронуться. Перед глазами на мгновение потемнело, в подвернутой ноге что-то сухо хрустнуло, и на полу уже сидела ошалевшая от всего происходящего рагра с совершенно здоровой задней лапой.

Талас выругался, когда попытка поймать проскочившую мимо мелкую нечисть провалилась.

— Совсем дурак, рагру голыми руками ловить? — фыркнула я, лишь чудом не впечатавшись в ноги какой-то студентки.

Коридор в это позднее время был достаточно малолюден, и девица серьезно испугалась, когда из комнаты, которую занимали (по мнению некоторых) бешеная оборотница и неадекватная полукровка, вслед за непонятно откуда взявшейся рагрой выскочил злющий крачитт.

А это, скажу вам, не милая пушистая я, это огромная, хищная гадость, не уступающая размером илистому коту. Только вместо кошачьей мордахи — зубастый длинный клюв и помесь лап с крыльями.

Очень хотелось провалиться сквозь пол и сбежать, оставив Таласа с носом, но после того как я стала здесь учиться, многие рагровские порывы утратили свою привлекательность.

Я прекрасно понимала, что даже если сейчас сбегу, то не спасусь. Крачитт всегда сможет повторить попытку, и кто поручится, что в следующий раз ему не повезет больше? Потому я планировала довести его до хозяина, который легко смог бы разобраться с моей людоедской проблемкой.

В Илиса я верила, но, как оказалось, зря. Не потому, что переоценила его силы. Я переоценила свою скорость.

Талас поймал меня на лестнице, когда я скакала наверх. Он был способен прыгать выше и дальше меня, чем и воспользовался.

Сдавленно всхлипнув, когда тяжелая лапа с длинными, птичьими пальцами придавила сверху, я попыталась уже просто сбежать, провалившись сквозь лестницу, но Талас, будто что-то почувствовав, сжал меня и с размаха, от всей своей нечистой души, если она у него вообще была, приложил моей пушистостью об ступеньку.

Вырубил он меня качественно.

Не стоило забывать, что именно крачитты считались основной угрозой для нашего вида. Совсем не стоило.





* * *


Последний раз я просыпалась в клетке еще будучи домашним питомцем.