Не дареный подарок. Морра

Да и мучить волчицу расспросами дальше было как-то боязно. Я ее уже немножечко довела, когда днем, вернувшись из душевых, почти час страдала из-за того, что бинты на ноге все же намочила, хотя очень старалась этого избежать. Все не могла решить, ужасно это или ничего страшного не произошло и не из-за чего беспокоиться.

После странного поведения Илиса у меня было очень переживательное настроение, я готова была страдать из-за каждой мелочи и не видела причин себе в этом отказывать. А терпеть все это приходилось Нае.

Наверное, только надежда на спасение заставила ее так необдуманно обрадоваться неожиданному стуку в дверь.

На пороге, пугая непередаваемо одухотворенным выражением лица, стояла студентка. Некромант, судя по всему, второкурсница.

— Наяра? — спросила она, улыбаясь так, как не должен улыбаться человек ее профессии.

— Я, — подтвердила волчица, растерянно обернувшись ко мне.

— Тебя очень ждут у главных ворот.

Несколько секунд напряженного рассматривания гостьи, и до меня дошло, что с лицом у нее все, в общем-то, в порядке. Меня смутила не вежливая, если присмотреться внимательнее, улыбка, а запредельная радость в искрящихся карих глазах. Словно передать это сообщение для нее стало великой честью.

— А кто? — закономерно поинтересовалась Ная, на что девушка лишь пожала плечами:

— Мужчина какой-то.

— Может, Кадай? — с тайной надеждой предположила волчица, без раздумий метнувшись к вешалке. Ей не потребовалось и минуты, чтобы собраться.

Некромантка стояла, словно чего-то ждала, и когда Ная, быстро поинтересовавшись, как она выглядит, выбежала из комнаты, тоже куда-то заспешила. Одернув свитер, она еще раз вежливо мне улыбнулась и уже собралась уйти, когда до меня окончательно дошла преступная неправильность всей этой ситуации.

— Постой. — Доскакав до двери, я крепко ухватилась за косяк, выглядывая в коридор. Девушка успела отступить на три шага и сейчас недоуменно смотрела на меня. — Ты из города, да? Перед тем как Нае сообщение передать, к себе зашла и сняла верхнюю одежду?

Она растерянно моргнула.

— Нет, я была на первом этаже.

— А как же ты узнала, что Наю ждут у главных ворот?

— Меня просили передать, я передала, — равнодушно пожала плечами она, продолжая смущать странными искорками, проскальзывающими во взгляде.

Девушка ушла, оставив меня в сомнениях дожидаться волчицу. Сложившаяся ситуация мне не нравилась. Интуиция утверждала, что все это не просто так, и если Наю у ворот кто-то и ждет, то точно не Кадай. А интуиция меня еще ни разу не подводила…

Повторный стук в дверь настиг меня в самый разгар сборов. Я скакала по комнате на одной ноге, замотанная в шарф, и отчаянно пыталась сообразить, что такое натянуть на забинтованную ногу, чтобы и тепло и налезло.

Сильные, уверенные удары в дверь заставили замереть, опасливо скосив глаза на вход. В мою дверь так еще ни разу не барабанили, настолько нагло и с полной уверенностью в правомерности своих действий. Очень хотелось сделать вид, что в комнате никого нет. Вот просто затаиться и не открывать.

Стук повторился.

— Морра, открывай, я знаю, что ты здесь! — уверенный, громкий голос.

На одно короткое мгновение мне показалось, что я просто уснула и мне снится странный, совершенно неправдоподобный сон. Потому что только во сне за дверью моей спальни мог оказаться Кадай. На всякий случай ущипнув себя за бедро, я попрыгала к двери, желая убедиться, что если это и не сон, то точно слуховые галлюцинации.

За дверью, осматривая пустой коридор женского общежития, стоял Кадай. На меховом — воротнике его плаща таяли редкие снежинки, бледное лицо, подсвеченное медовым светом магических светильников, приобрело желтоватый оттенок, зрачки жутко тлели, яркими, красными угольками сверкая в скрадывающем полумраке.

— А ты не торопилась, — хмыкнул аспид, осматривая мой полуодетый вид. — Куда-то собралась?

— За… Наей.

Кадай покачал головой, уверенно заталкивая меня в комнату. Дверь за его спиной закрылась с тихим щелчком.

— Не стоит. Минут через пятнадцать она вернется сама.

Я стояла перед ним, покачиваясь на одной ноге и наконец-то осознав, что именно меня смущало.

— Ты ее выманил!

Самодовольный вид Кадая говорил сам за себя, он даже не думал что-то отрицать.

— Но как? Зачем?

— Решил зайти в гости, — пожал плечами он, осматриваясь. — Ты у меня уже была, а я у тебя еще ни разу.

— Но как ты ворота прошел?

— Ваша охранная система готова пропустить любого человека, если его согласен пропустить привратник. — Скромная улыбочка и невероятное по своей наглости заявление. — А он был полностью согласен с тем, что в академии мне самое место.

Я не знала, что сказать. Просто потеряла дар речи и безмолвно таращилась на аспида в надежде, что вот его сейчас проймет и он смутится, или хотя бы перестанет так издевательски улыбаться. Но куда там.

— Давай, Морра, собирайся. У нас не так много времени, Ная скоро действительно вернется.


— И что?

— А то, что с оборотнями мои фокусы зачастую не работают. Звериная суть оказывается сильнее дара и не позволяет своей человеческой части очароваться. И как мы в таком случае будем ей объяснять, что я забыл в вашей комнате в десятом часу вечера? А главное, каким образом я сюда пробрался?

— Ты, — исправила я его, все же возобновив попытки одеться.

— Что?

— Как ты это будешь объяснять. Я тут ни при чем. Это моя комната и вообще… — Пошатнувшись, я чуть не упала и была героически спасена Кадаем, но вместо благодарности недружелюбно спросила, выворачиваясь из его рук: — Чего приперся?

— Не поверишь, — усмехнулся аспид. Не замечая сопротивления, он дотащил меня до кровати, на которую и усадил. — Соскучился, захотел навестить. Так что сиди смирно, сейчас мы тебя соберем и пойдем в виварий.

Сраженная его сообщением, я послушно просидела все время, пока Кадай натягивал на мою пострадавшую ногу один за другим три шерстяных носка, возмущенно бормоча себе под нос:

— И где только покалечиться успела? А еще рагра… Да как только в высшие выбилась…

— Я вообще-то все слышу.

— Очень надеюсь. — С серьезным лицом он осмотрел дело рук своих, погладив геометрический рисунок, вышитый на самых верхних натянутых на меня носочках. — Будь ты еще и глухой, едва ли долго протянула бы.

Я бы на него обязательно обиделась и отказалась куда-то идти, не предложи он прокатиться на себе. На Кадае-аспиде я уже как-то каталась, на человеке же еще нет. Предложение оказалось слишком заманчивым, я просто не смогла устоять и на все согласилась. Зато в виварий ехала на спине у самого настоящего аспида, который ко всему прочему теперь еще и барон.

Вот только Рован почему-то не оценил столь невозможную, почти сказочную картину. Рик еще как-то спокойно воспринял возвращение блудного аспида в человеческом виде, а генерал встретил беглеца совершенно недружелюбно. Подозреваю, если бы не я, болтавшаяся на спине Кадая, линорм бы бросился. И стало бы в нашем нечистом мире на одного высшего аспида меньше.

— Зачем пришел?

Шипы на холке генерала непроизвольно вздыбились, ероша жесткую шерсть.

— Неужели ты не рад меня видеть? — слишком наигранно и совершенно неправдоподобно удивился Кадай. — Пушистая, почему он не рад меня видеть?

— Наверное, потому что ты холоднокровный гад, и вместо сердца у тебя сарделька? — предположила я.

Кадай призадумался и неуверенно предположил:

— Ты хотела сказать — камень?

Теперь уже призадумалась я, пытаясь представить это извращение. Сарделька во внутренний змеиный мир вписывалась органичнее, о чем я тут же и сообщила. Рик, вошедший в виварий вслед за нами, согласно фыркнул.

Мой наезд на аспида вообще произвел положительный эффект. Генерал успокоился, опустил шипы и вновь развалился на песке, согласившись со мной.

— Морра права.

— Я буду выше этого и не стану переходить к оскорблениям, — хмыкнул аспид, стряхнув меня на песок всего в паре шагов от Рована. — Но скажи, отказался бы ты от такой возможности на моем месте?

Генерал дернул хвостом.

— У меня пока нет человеческого тела. Я не знаю, как сильно изменюсь, получив его, но…

— Но? — подался вперед аспид.

— Мальчик остался жив, и, я вынужден признать: ты молодец, что сумел снять привязку без жертв. Хотя нам бы сказать мог.

— Что сказать? — возмутился Кадай. — Я знать не знал, что так получится, просто повезло.

— И что, не жалеешь? — мурлыкнул Рик, лениво, одним глазом, глядя на аспида.

— Ни капли.

— Еще бы он жалел, — проворчала я. — Мало того что свободный, так теперь еще и барон.

— Предложение все еще в силе. Пойдем со мной, — хмыкнул Кадай.

Я молча продемонстрировала ему запястье, на котором, скрытая под кожаным браслетом, красовалась подчиняющая вязь заклинания.

Его это не смутило.

— Способ избавиться от этого мы знаем. Станешь баронессой. Не обещаю на тебе жениться, но, скажем, удочерить могу.

Я насупилась, не зная, что мне не нравится больше: мысль о том, что Илис, так же как и Керст, может оказаться в госпитале с приращиваемой рукой или предложение Кадая меня удочерить. Что может быть для рагры лучше, чем папка-аспид?

— И в один прекрасный день ты меня съешь.

Спрятав руку с плетением под мышку, я отсела поближе к генералу, решив для себя, что если он хотя бы попытается навредить хозяину, сдам его гадскую личность директору. И пусть весь нечистый мир меня осуждает.

— Не съем, — искренне заверил меня Кадай. — Мяса в тебе почти нет, зато высока вероятность заразиться твоей простотой.