Мотив для исчезновения

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ




Адрес, который Эйвери получила от Чарльза Эверетта, являлся домом Дебби Томс, указанной как мать в строке чрезвычайных контактов. Он находился в районе среднего класса. Фасад здания был украшен скромными цветочными клумбами, а на боковом дворике виднелся небольшой скворечник.

Блэк уже в течение пяти минут безуспешно стучалась в дверь. У нее не было точных данных, но навскидку она решила, что Дебби еще не особо стара для выхода на пенсию и вполне может находиться на работе. Она позвонила в А1, чтобы уточнить информацию, и ожидала на линии, пока диспетчер переведет ее звонок.

Эйвери удивилась, когда трубку поднял Рамирес. Услышав его голос, она на секунду растерялась, не зная, как действовать дальше.

– Привет, – произнесла она наконец.

– И тебе, – ответил он. – Что-то нужно?

Рамирес был резким и четким. Стало ясно, что он не собирался разговаривать с ней о чем-то ином, кроме работы.

– Мне нужна информация о женщине по имени Дебби Томс, а точнее ее текущее место работы.

– Это касается поджигателя?

Она вздохнула, не особо желая делиться с ним своими поисками. Эйвери напомнила себе, что именно Филлип Бейли был виновен с точки зрения Рамиреса, О’Мэлли и Коннелли. И в настоящее время он находился за решеткой.

– Ты можешь просто дать мне то, что я прошу? – спросила Блэк.

– Хорошо. Попрошу кого-нибудь заняться этим и перезвонить тебе как можно скорее.

– Спасибо, – ответила она, но он повесил трубку раньше.

«Ну, если я не достаточно обидела его ранее, чтобы отпугнуть, то, кажется, отлично справилась с этим прошлой ночью».

Эйвери вернулась в машину и снова просмотрела имеющийся материал на Рузвельта «Рози» Томса. Она прекрасно знала, что здесь не содержится ничего важного, но хотела, чтобы информация о нем засела у нее в голове.

Пока она читала, зазвонил телефон. Блэк снова удивилась, в очередной раз услышав Рамиреса. Она была уверена, что он все же перепоручит эту черную работу по поиску адреса работодателя кому-нибудь еще.

– Я получил информацию, – сказал он, даже не поздоровавшись. – Дебби Томс работает упаковщицей в распределительном центре «Dollar General». Похоже, что на сдельной оплате.

– Можешь переслать мне адрес?

– Конечно, и слушай… причина, по которой я перезвонил тебе… Я хочу попросить О’Мэлли дать мне другое дело на сегодня. Агент Дугган уехал, так как он тоже считает, что Бейли и есть убийца. Получается, я опять один. Я не стану говорить кэпу, чем ты сейчас занимаешься, потому что это может снова разозлить его. Сегодня утром сообщили о возможном похищении. Хочу посмотреть, стоит ли браться за это.

– Похищении? – переспросила Эйвери.

– Да. Пропала какая-то женщина. София Лесбрук. Довольно интересно, так как ее муж скончался несколько месяцев назад. Есть предположение, что его смерть может быть как-то связана с ее похищением.

– Что ж, удачи. Дай знать, если потребуется по…

– Что? – спросил он.

«Хоть и маловероятно, но стоит проверить», – подумала она прежде, чем ответить.

– Нам известно, как умер ее муж?

– В ДТП. Он пробыл в реанимации несколько часов, но, насколько я понял, шансов не было с самого начала. А что?

– Где он был похоронен? – уточнила Блэк.

– Что за вопросы?

– Ты можешь просто ответить мне?

– Подожди, – обиженно произнес Рамирес. – Секунду. У меня все бумаги. Хм… Ну, он не был захоронен. Он был кремирован и… Боже, Эйвери. Для тебя же это зацепка. Даже самая настоящая красная тряпка.

– Можешь кое-что поискать для меня? – спросила она.

– Например? – вздохнул он, что было скорее похоже на «да».

– Просмотри материалы Кейши Лоуренс и Сары Осборн. Меня интересует, умирал ли у них кто-то из близких в последний год или около того. Если да, то были ли тела захоронены или кремированы.

– Ты серьезно? – удивился он.

Но даже по вопросу Эйвери поняла, что зацепила его. В его голосе возникло воодушевление.


– Да. Сделаешь это для меня?

– Перезвоню, как только появятся результаты, – снова вздохнул он.

– Спасибо, Рамирес.

– Конечно.

Связь оборвалась и Эйвери решила, что даже это «конечно» было куда лучше, чем то, как холодно он положил трубку в прошлый раз. Через несколько секунд он, как и обещал, прислал ей адрес центра распределения, где работала Дебби Томс. Было ощущение, что Рамирес находился рядом, снова помогая ей.

Блэк вбила адрес в навигатор, чувствуя, как частички этой болезненной головоломки в ее голове наконец-то складываются воедино. Она вдруг ощутила, что приближается к разгадке. Эйвери была настолько уверена, что еле сдержала себя, чтобы не включить сирены и не помчаться по городу на полной скорости, пытаясь быстрее проверить свои догадки.





***


Распределительный центр был настолько велик, что, казалось, представлял собой целый лабиринт. Если бы не ресепшионист, который провел ее через горы товаров, готовящихся к отгрузке, Эйвери никогда не нашла бы там Дебби Томс. Они наткнулись на нее возле ленты, сортирующей товары по нескольким другим линиям, ведущим непосредственно к грузовикам. Ресепшионист быстро переговорил с начальником смены и тот отвел Блэк к женщине, стоявшей у самого конца конвеера.

Дебби Томс представляла собой небольшую женщину, выглядевшую чуть старше, чем была на самом деле. Она слегка сутулилась, а лицо выглядело так, словно мышцы вокруг рта застыли в постоянной сердитой ухмылке.

Начальник жестом указал на Дебби, словно говоря «теперь она полностью твоя» и вернулся на свое место. Эйвери приблизилась к женщине, чувствуя к ней жалость. Томс было около шестидесяти или шестидесяти пяти лет. Подобную работу в таком возрасте брали лишь из-за того, что пенсии едва хватало на жизнь.

– Меня зовут детектив Эйвери Блэк, – начала она. – Мне потребуется всего минутка для разговора с Вами. Ваш начальник предложил воспользоваться его кабинетом.

Дебби Томс ответила не сразу. Она взглянула на руководителя, все еще идущего к другому концу ленты и закатила глаза.

– Хорошо, – кивнула она. – Но могу я уточнить, о чем пойдет речь?

– Я из Убойного отдела, полиция Бостона. Мы по уши погрязли в одном расследовании, в котором всплыло имя Вашего сына.

– Долбанный Рузвельт, – снова закатила глаза Дебби. – Идемте, пройдем в кабинет, раз так.

Через три минуты они уже стояли в маленьком и довольно вонючем кабинете начальника смены. Никто не садился, хотя спина Дебби явно нуждалась в перерыве.

– Вы не удивились, когда я назвала имя Вашего сына, – сказала Эйвери.

– Не особо, – ответила Томс. – Он никогда не попадал в настоящие передряги, насколько я знаю. Но он похож на бомбу. Знаю, что в один прекрасный день он просто взорвется. Я жду этого еще с тех пор, как ему стукнуло шестнадцать и он впервые подрался в школе. Мы не разговаривали уже лет пять, так что я ничего не могу о нем сказать.

– Он когда-нибудь бывал в тюрьме? Вам известно?

– Однажды он провел за решеткой пару ночей за пьянство и нарушение общественного порядка, когда ему было около двадцати пяти. И как-то полиция взяла его под стражу, расследуя какое-то дело, связанное с поджогами. Но нет… ничего серьезного больше не было.

«Поджог, – думала Эйвери. – Пока все сходится. Возможно, все же есть причина, по которой я не могу отступить».

– Могу ли я уточнить, почему вы так долго не общались?

– Он как-то встречался с девушкой, которая разбила ему сердце, – пояснила Дебби. – Большинство парней в таком случае возвращаются домой, но Рузвельт поступил наоборот. Он уехал путешествовать… в основном по США. Когда он вернулся и решил остаться, то не хотел иметь со мной ничего общего. Как матери, хоть я и ненавижу говорить это… мне было наплевать. Он как-то изменился. Будто в нем появилось нечто темное, если можно так сказать.

– У нас есть отметка, о том, что он, возможно, был вовлечен в поджог, как Вы и сказали. Не помните, у него не было некой одержимости огнем, пока он был маленьким?

– Не помню такого. Да, он сжигал вещи на заднем дворе: разные игрушки, маленькие спичечные коробки и тому подобное. Но мне всегда казалось, что это нормально в его возрасте.

«Это мог бы быть первый шаг к сжиганию животных в баках, – прикинула Эйвери. – И, возможно, даже человеческих тел в каких-то скрытых предметах».

– Вы случайно не знаете, где он живет сейчас? – поинтересовалась Блэк.

– Без понятия. Знаю лишь, что какое-то время он проработал в одном из крематориев. Тогда он жил в маленькой квартирке. Но с тех пор я о нем и не слышала. Несколько месяцев назад я наткнулась на одного из его старых друзей, который сообщил, что был уверен, что Рузвельт живет где-то в Техасе.

– Понятно, – ответила Эйвери, начиная потихоньку ощущать, как зацепка рушится.

Она собиралась задать еще один вопрос, который мог бы связать Рузвельта Томса с Бостоном, но зазвонил телефон. Блэк взглянула на телефон и увидела, что вызов шел от Рамиреса.

– Прошу прощения, – сказала она Дебби. – Я должна ответить. Это займет всего секунду.

Дебби неспешно кивнула, словно ей было все равно. Эйвери вышла из кабинета и приложила палец к уху, перекрывая шум машин на заводе.

– Рада, что ты позвонил, – поизнесла Блэк вместо приветствия. – Мне нужно, чтобы ты хорошенько проверил Рузвельта Томса. Все, что получится отрыть. Судя по всему, он проживает в Техасе и, думаю, у него уже и там неплохой послужной список.

– Да, хорошо, – ответил Рамирес. – Но, перед тем, как я займусь этим, тебе стоит кое-что узнать.

Его голос был сильно взбудоражен. Либо он смог, наконец, проглотить обиду за прошлую ночь, либо наткнулся на что-то, что изменило его отношение к делу.