Мироходцы. Пустота снаружи
Часть 50 из 67 Информация о книге
Белые ресницы-опахала взметнулись, когда Жужу поднял на гостей взгляд. – Сколько циклов, Каос? – донеслась хрустальная трель из пухлогубого ротика. – Чем обязан наслаждению лицезреть в моем доме Тринадцатого стража? – Есть дело. – Надеюсь, – перламутровые зубки на миг прикусили нижнюю губу, – интимного характера? – Исключительно интимного. Интимней некуда. Вообще-то я крайне огорчусь, если интимность моего к тебе дела будет нарушена раньше времени, Жужу. Кстати, спасибо за херес… – Знаю, что ты его любишь. – Предвидел мой визит? – О нет, что ты. Я ведь не ясновидец. Просто никогда не перестаю надеяться. Твой спутник?.. – Мартабах, бывший ученик. – Правда? Повинуясь изменившемуся тону, один раб убрал книгу, а другой отполз в сторону, чтобы мальчишка мог встать. Он двигался грациознее любой кошки, но в то же время каждый жест пронизывала манерность, каждый поворот шеи, каждый звонкий шажок, каждое движение бедер и разворот плеч могли свести неподготовленного смертного с ума. – Один из печально знаменитой троицы? Слышал, вы много дел натворили во время войны. Сколько жизней ты загасил? – Кто их считал? – От тебя несет тленом и кровью. Изысканно. – Просто ты мне в пупок дышишь, а я уже некоторое время в дороге. – Мне нравятся грязные тела, – облизнулся иллит, – особенно такие… такие… – Вернемся к делу, может быть? Нам с Мартабахом нужно попасть в один мир, куда не ведут более обычные пути. Если ты готов унять свой зуд хоть ненадолго. Иллит унял. Весьма несвойственная и похвальная способность для его вида. Каос коротко обрисовал свое дело. – Понятно, вламываетесь в тюрьму Корпорации. – Мальчишка вновь сидел в кресле, которое было ему слишком велико, и задумчиво тыкал каблуком в бок одному из рабов, отчего по коже того стекали все новые и новые капельки крови. – Насколько мне стало известно третьего дня, недавно ты имел весьма продолжительное веселье в их головном офисе. – Метавселенная полнится сплетниками и балаболами, а их столица расположена здесь, в Ахарии. Да, имел. – И теперь они будут бить тревогу, как только ты приблизишься к ареалу их управления на десять межмировых переходов. – Скорее всего. – Хорошо известно, что все врата Мултакара деактивированы и возвращают в строй их лишь по жесткому расписанию, чтобы получить новых узников. Когда тебя заметят, любая попытка прорваться к вратам, ведущим в этот мир, будет стоить огромных сил. При этом, даже если ты сможешь, а я верю, что ты сможешь ворваться в тюрьму, нет гарантии, что ты там выживешь. Но! Даже если ты там выживешь, обратно будет уже не выбраться. Они запрут тебя внутри. – Как-то так, да. Хотя, скорее всего, они просто начнут гнать в этот мир все свои армии, легион за легионом, пока наконец не смогут меня завалить. Поэтому мне нужно, чтобы ты нас туда проводил, а затем быстро и легко вывел. Сможешь? – Дурное дело – нехитрое. Но что потом? Притащишь сюда кого-то, кто нужен Корпорации? Думаешь, Конам обрадуется? – Это не суть важно, ведь сразу, как только я заберу свое, ты откроешь мне путь в один отдаленный мирок, и мы забудем о том, что у нас были дела. Жужу, наматывавший на пальчик локон, бросил это дело и саркастически похлопал в ладоши. – Все так прекрасно. Ты ускачешь в закат, оставив мне уйму проблем. Эмиссары Корпорации явятся в Ахарию, начнут раздражать нашего деспота, а наш деспот очень этого не любит. Он выставит меня на мороз, отнимет дом, деньги, отдаст на растерзание акулам капитализма… – Кто на свете осмелится навредить иллиту? Не знаю таких. Да и не явится никто. Сработаешь чисто – не запачкаешься… – Пока что я не понимаю: какое мне до этого дело, Каос? Допустим, я вам помогу, допустим, мне это не будет стоить ничего. Но ведь вы не надеетесь на услугу по себестоимости? Каос кивнул своему спутнику, и тот достал из кармана жилетки тонкую золотую цепочку с кулоном в виде рубина каплевидной формы. В сравнении с другими украшениями, которыми иллит закономерно злоупотреблял, это казалось скромным, но на самом деле у него не было цены. – Капля крови из сердца Афродиты, которую Гефест превратил в камень. Цепочку он выковал из ее же локонов. – Какая прелесть! – восторженно пролепетал Жужу, чьи огромные искристые глаза стали еще ярче, хотя, казалось, это невозможно. – Любому смертному, получившему этот артефакт во владение, он придал бы непреодолимую притягательность. Ценный экземпляр для твоей коллекции, а? Берешь? Второго такого нет и не будет. Эксклюзив. Ноздри Жужу возбужденно затрепетали. – Ладно! – Молниеносным движением иллит прибрал поднесенное украшение к рукам. – Ну вот и сговорились. Приступим? Рабы подняли кресло на плечи и аккуратно вынесли своего хозяина во внутренний сад с лабиринтом. Проделав путь к его центру, гости стали готовиться. Мартабах уселся на траву, чтобы помедитировать, а Каос просто закурил. – Так какой у вас план? – Врываемся, выносим охрану, хватаем нашего человека и вырываемся обратно. Он парень габаритный, так что не поскупись на прокладку большого тоннеля. Вот и все. – О, – на миг оторвался иллит от любования новой цацкой, – все настолько плохо? И как прикажешь мне узнавать, когда вы будете готовы? – Дай нам час, и… – Нет-нет-нет. Ты что, Магн, решил, что в сказку попал и все будет так, как ты задумал? Нам нужно поддерживать связь, чтобы вы хотя бы смогли дать мне понять, когда будете готовы. – Таких вариантов у меня нет. – Чмоки-чмоки. – Нет. – Чмоки-чмоки. – Этого не будет. – У тебя нет вариантов – сам сказал. Иди же, мой лысый силач, я тебя поцелую. И этого бледного красавца тоже. – Ты слышал, Мартабах? – Не мешай. Я сосредоточенно подавляю тошноту. – Можешь не подавлять, – ласково разрешил иллит, – я люблю пикантные привкусы. Кто первый? Преодолевая дрожь отвращения, халл приблизился, и тонкие руки обвили его шею. Пришлось плотно стиснуть губы. – Вот. Теперь, как только вы, недотроги, назовете мое имя, я услышу и открою вам путь к побегу. Разве это не прекрасно? Серый мироходец сплюнул, вытер морщинистые губы и решил пожевать травы, чем очень развеселил местного хозяина, который уже готовился впиться в Мартабаха. Когда экзекуция была произведена, иллит получил координаты, уселся поудобнее, сосредоточился и взмахом руки рассек материю реальности, открывая вход в червоточину. – Вдохните поглубже, там вакуум. – Хочешь, чтобы у нас легкие схлопнулись? – Я просто пошутил! – рассмеялся иллит. Мартабах открыл свой гроб и изъял из него молот: массивный прямоугольный параллелепипед на прямой рукояти длиной в четыре локтя, сплошь черный металл. Он вопросительно посмотрел на бывшего учителя, кивнул в сторону второго гроба, но Каос покачал головой. Затем они оба метнулись к червоточине, чтобы в следующую секунду оказаться в вакууме открытого космоса. Мултакар Восприятие и психика неизбежно меняются, когда индивид привыкает к своему физическому превосходству. Чувство безопасности в обстоятельствах, чреватых смертью для большинства, расхолаживает, усыпляет инстинкт самосохранения и внушает излишнюю самоуверенность. Поэтому очень легко обнаружить себя спокойно «парящим» в вакууме космоса, не беспокоясь о воздухе или о вселенском холоде. «Темно», – подумал Мартабах. «До ближайшей звезды миллион лет лететь, – подумал Каос в ответ. – Но очертания планеты и так видны». «Вот этот громадный зеленоватый абрис? А где солнце?» «Нигде. Мултакар отдален от всех звезд и подвешен в темноте. Вечная ночь и холод. Экваториальный радиус: больше двадцати тысяч квадратных километров, из исходных частей планеты сохранилось только ядро, выделяющее энергию, все остальное заменено искусственно созданными покровами, формирующими в высшей степени техногенный мир с миллиардами заключенных. Пять боевых лун, больше сотни артиллерийских спутников, мощное силовое поле, защищающее атмосферу от проникновения, и… флот». На фоне темной сферы Мултакара, покоившегося в вакууме без движения, начали зажигаться созвездия – сигнальные огни и сопла двигателей охранного флота. Тысячи боевых кораблей. «Скольких мы уничтожим, прежде чем они уничтожат нас?» «Охрана лучше, чем в Копатэксе. Но мы выживем, если не забудем о приоритетах». Мартабах присмотрелся. «Они выпускают истребители. Сотни тысяч. И фотонные торпеды. И, кажется… открыли огонь из плазменных орудий. Время подлета не больше стандартной минуты. Наши действия, бывший учитель?» «Видишь самый большой дредноут? Это флагман, как нетрудно догадаться. Для начала прорвемся сквозь завесу огня и возьмем его на абордаж». «Что потом?» «Будем импровизировать».