Еще темнее

– Слушай, что ты вытворяешь?

– Кристиан! – Она удивлена.

– Я не понимаю, почему ты звонишь мне в такой поздний час. Мне нечего сказать тебе.

Она вздыхает.

– Я просто хотела сообщить тебе… – Она замолкает на секунду. – Я надеялась оставить тебе сообщение.

– Что ж, теперь ты можешь сказать мне это лично. И не придется отправлять сообщение. – Я с трудом сохраняю спокойствие.

– Ты злишься. Я слышу это. Если из-за записки, послушай…

– Нет уж, ты послушай. Я просил тебя, а теперь приказываю. Оставь ее в покое. У вас с ней нет ничего общего. Понятно?

– Кристиан, я переживаю за тебя.

– Я знаю. Но я серьезно говорю, Элена. Оставь ее в покое, мать твою этак. Или мне нужно повторять это несколько раз? Слышишь меня?

– Да. Да. Прости. – Я никогда еще не слышал ее такой покорной. И это немного охлаждает мой гнев.

– Ладно. Спокойной ночи.

Я швыряю мобильник на стол и хватаюсь за голову. Ну и женщина! Всюду сует свой нос.

Как я жутко устал!

Слышу робкий стук в дверь.

– Что? – рычу я и поднимаю глаза. Там стоит Ана – большие, полные страха глаза и длинные ноги. На ней моя майка. Она вошла в львиное логово.

Ох, Ана.

– Тебе больше подходят атлас или шелк, Анастейша, – шучу я. – Но даже в моей майке ты прелестна.

– Я соскучилась без тебя. Пойдем спать. – В ее голосе слышатся страсть и мольба.

Как я могу спать, когда творится вся эта хрень? Выхожу из-за стола и смотрю на Ану. Что, если Лейла хочет причинить ей зло? Что, если ей удастся это сделать? Смогу ли я жить после этого?

– Знаешь ли ты, что ты значишь для меня? Если по моей вине с тобой что-нибудь случится… – Меня захлестывает знакомое неприятное чувство, оно растекается в моей груди, превращается в комок в моем горле, и я с трудом глотаю его.

– Ничего со мной не случится, – заверяет она меня ласковым голосом, гладит меня по щеке, проводит пальцами по моей щетине. – Как быстро у тебя растет борода, – удивленно шепчет она.

Я люблю ее нежные прикосновения, чувственные и одновременно успокаивающие. Они укрощают тьму, постоянно грозящую мне. Она ласкает большим пальцем мою нижнюю губу, следуя за ним глазами. У нее расширились зрачки, а между бровями появилась маленькая «v». Потом она ведет пальчиком от моей нижней губы по подбородку и горлу к ямке на шее, к распахнутому вороту моей рубашки.

Что она делает?

Я лишь догадываюсь, что она ведет пальцем по линии, прочерченной помадой. Я закрываю глаза, ожидая, что тьма вот-вот стиснет мою грудную клетку. Она берется за пуговицу на моей рубашке.

– Я не буду дотрагиваться до тебя. Только сниму с тебя рубашку, – шепчет она.

Открыв глаза, я удерживаю панику и смотрю на лицо Аны. Я не останавливаю ее. Она расстегивает вторую пуговицу на рубашке, на всякий случай держа ткань подальше от моей кожи, расстегивает третью, четвертую… Я не шевелюсь. Не решаюсь. Лишь учащенно дышу и подавляю страх, а мое тело напряженно ждет окончания пытки.

Не дотрагивайся до меня.

Пожалуйста, Ана.

Расстегнув четвертую пуговицу, она робко мне улыбается.

– Вот и разрешенная территория, – сообщает она и проводит пальцами по линии, которую провела утром. Я напрягаю диафрагму: пальцы касаются моей кожи.

Она расстегивает последнюю пуговицу, распахивает полы рубашки, и я перевожу дыхание. Я выдержал. Потом она хватает меня за одну руку, за другую и вынимает из манжет запонки.

– Можно я сниму с тебя рубашку? – спрашивает она.

Я киваю, совершенно обезоруженный, и она снимает рубашку с моих плеч и стягивает ее с моего тела. Готово. Она довольна собой, а я стою перед ней голый до пояса.

Я медленно прихожу в себя.

Все было не так уж и плохо.

– Теперь займемся брюками, мисс Стил? – спрашиваю я с похотливой усмешкой.

– В спальне. Я хочу, чтобы ты лег в постель.


– Неужели? Мисс Стил, вы ненасытная особа.

– Интересно, почему? – Она хватает меня за руку и ведет через гостиную и коридор в мою спальню. Там прохладно.

– Ты открывала балконную дверь? – спрашиваю я.

– Нет, – отвечает Ана, удивленно глядя на дверь. Потом поворачивает ко мне побледневшее лицо. Она испугалась.

– Что? – спрашиваю я, и все волоски на моем теле встают дыбом – не от холода, а от страха.

– Когда я проснулась, – шепчет она, – здесь кто-то был. Только тогда я решила, что мне почудилось.

– Что?

Я быстро окидываю взглядом комнату, потом бросаюсь к балкону и выглядываю наружу. Там нет никого – но я точно помню, что я закрыл и запер дверь во время осмотра квартиры. И я знаю, что Ана никогда не выходила на балкон. Я снова запираю дверь.

– Точно?.. – спрашиваю я. – Кто?..

– Женщина, кажется… Было темно. И я только что проснулась.

Блин!

– Одевайся, – приказываю я. – Немедленно! – Какого черта она ничего мне не сказала, когда пришла ко мне в кабинет? Я должен увести ее отсюда.

– Моя одежда вся наверху, – жалобно сообщает она.

Я достаю из ящика комода какие-то тренировочные штаны.

– Вот, надевай. – Я бросаю ей штаны, достаю майку и торопливо натягиваю на себя.

Хватаю с ночного столика телефон.

– Мистер Грей? – отвечает Тейлор.

– Она все-таки здесь, мать ее так, – рычу я в трубку.

– Блин, – говорит Тейлор.

Через три секунды Тейлор и Райан вбегают в спальню.

– Ана говорит, что видела в комнате женщину. Потом пришла ко мне в кабинет и забыла сказать мне об этом. – Я бросаю на нее укоризненный взгляд. – Когда мы вернулись сюда, балконная дверь была открыта. Я помню, что закрыл и запер ее во время осмотра. Это Лейла. Я точно знаю.

– Давно это было? – спрашивает Тейлор у Аны.

– Минут десять назад, – отвечает она.

– Она знает квартиру как свои пять пальцев. Сейчас я увезу Анастейшу. Найдите ее. Она прячется где-то здесь. Когда вернется Гейл?

– Завтра вечером, сэр.

– Пусть не возвращается, пока здесь не станет безопасно. Ясно?

– Да, сэр. Вы поедете в Бельвью?

– Я не хочу привозить проблему своим родителям. Забронируй мне где-нибудь номер.

– Да. Я вам позвоню.

– Мы не преувеличиваем опасность? – спрашивает Ана.

– Возможно, у нее пистолет, – рявкаю я.

– Кристиан, она стояла возле кровати и могла меня застрелить, если бы хотела.

Я тяжело вздыхаю. Сейчас не время для споров.

– Я не готов рисковать. Тейлор, Анастейше нужна обувь.

Тейлор уходит, а Райен остается с Аной.

Я торопливо захожу в гардеробную, снимаю брюки и натягиваю на себя джинсы и блейзер. Вынимаю из кармана брюк презервативы, которые положил туда перед поездкой, и перекладываю в джинсы. Кладу в сумку кое-какую одежду и в последний момент хватаю джинсовую куртку.

Ана стоит там же, где я ее оставил, испуганная и растерянная. Мои штаны слишком велики ей, но переодеваться некогда. Набрасываю ей на плечи джинсовую куртку и хватаю за руку.