Еще темнее

Сойер исчез, вероятно, прошел в квартиру.

– Честно говоря, мистер Грей, ваши бывшие подружки очень утомительны, – сердито заявляет она.

– Да. Верно. – Они и в самом деле меня уже достали. Веду Ану в гостиную. – Тейлор и его помощники проверяют сейчас все шкафы и буфеты. Только я не думаю, что Лейла здесь.

– Почему она может оказаться здесь? – недоумевает Ана, и я заверяю ее, что Тейлор профессионал и что мы уже обыскали всю квартиру, включая игровую комнату.

Чтобы успокоить ее, предлагаю выпить, но она отказывается. Она устала.

– Пойдем, я уложу тебя в постель. На тебе лица нет.

В спальне она высыпает на комод содержимое своей сумочки.

– Вот. – Она протягивает мне письмо Элены. – Если хочешь, прочти. Я не буду на него отвечать.

Я пробегаю глазами листок.

«Анастейша,

возможно, я заблуждалась на ваш счет. А вы явно заблуждаетесь насчет меня. Позвоните мне, если у вас найдется свободная минута – мы можем вместе пообедать. Кристиан не хочет, чтобы я говорила с вами, но я буду крайне счастлива вам помочь. Поймите меня правильно. Я одобряю ваш союз, поверьте – но если вы его обидите… Он и так видел много обид. Позвоните мне: (206) 279–6261.

Миссис Робинсон».



Элена испытывает мое терпение.

Это одна из ее новых игр?

– Не уверен, что она способна тебе чем-то помочь. – Я убираю записку в карман брюк. – Мне надо поговорить с Тейлором. Давай я расстегну тебе «молнию» на платье.

– Ты сообщишь в полицию насчет автомобиля? – спрашивает она, повернувшись ко мне спиной. Я убираю в сторону ее волосы и тяну вниз бегунок «молнии».

– Нет, я хочу обойтись без таких мер. Лейле требуется помощь, а не карающая рука полиции, и я не хочу видеть копов в своей квартире. Мы просто должны удвоить наши усилия и найти ее. – Я ласково целую Ану в плечо. – Ложись.



На кухне я беру стакан и наливаю себе воды.

Что происходит, черт побери? Ощущение, будто мой мир взрывается. Только-только у меня начинает все налаживаться с Аной, как всплывает прошлое и преследует меня. Лейла и Элена. На миг у меня даже возникает подозрение, что они могли сговориться, но я тут же понимаю, что это невозможно. Элена не такая сумасшедшая, а у меня начинается паранойя.

Тру лицо ладонью.

Зачем Лейла набросилась на меня?

Из ревности?

Она хотела большего. Я – нет.

Но ведь я бы с радостью продолжал тогда те отношения, какие у нас были… Это она их оборвала.



– Хозяин, можно мне говорить откровенно? – спрашивает Лейла.

Она сидит справа от меня за обеденным столом. На ней эффектный кружевной купальник от «La Perla».

– Конечно.

– Я привязалась к вам. Я надеялась, что вы возьмете меня под свое крыло и я навсегда останусь рядом с вами.

Взять под крыло? Навсегда? Я удивлен. Что за архаичная хрень?

– Но я догадываюсь, что мне бесполезно и мечтать об этом, – продолжает она.

Лейла. Ты знаешь, что все эти семейные радости не для меня. Мы уже говорили с тобой на эту тему.

– Но вы одиноки. Я это вижу.

– Одинок? Я? Вот уж неправда, я совсем не чувствую себя одиноким. У меня есть моя работа. Моя семья. У меня есть ты.

– Но я хочу большего, хозяин.

– Я не могу тебе дать большего. И ты это знаешь.


– Понятно. – Она поднимает лицо и глядит на меня; в ее янтарных глазах недовольство и вызов. Она нарушила наше правило – никогда не смотреть на меня без разрешения. Но я ее не ругаю.

– Я не могу. Я не способен на это. – Я всегда был с ней честен. Для нее это вовсе не новость.

– Вы способны на это, сэр. Но может, я не та, кто заставит вас это понять. – В ее голосе слышится грусть. Она опускает глаза на свою пустую тарелку. – Я хотела бы закончить наши отношения.

Она застигла меня врасплох.

– Ты уверена в этом? Лейла, это серьезный шаг. Мне бы хотелось продолжить наш контракт.

– Я больше не могу, хозяин. – Ее голос дрогнул на последнем слове, и я не знаю, что сказать. – Я не могу, – шепчет она.

– Лейла… – Я замолкаю, неприятно удивленный эмоциями, прозвучавшими в ее голосе. Она всегда была безупречной сабой. Я думал, что у нас с ней неплохая совместимость. – Мне будет жалко, если ты уйдешь, – говорю я, и это чистая правда. – Я действительно наслаждался временем, которое мы проводили вместе с тобой. Надеюсь, что и ты тоже.

– Мне тоже будет жалко, сэр. Я более чем наслаждалась всем. Я надеялась… – Ее голос обрывается, и она смотрит на меня с печальной улыбкой.

– Жаль, что я не чувствую ничего другого. – Но я не чувствую. Я не испытываю потребности в длительных отношениях.

– Вы никогда не давали мне ни единого намека на большее, – спокойно говорит она.

– Прости. Ты права. Если хочешь, давай все закончим. Так будет лучше, раз у тебя появились какие-то чувства ко мне.



Тейлор и его помощники возвращаются на кухню.

– В квартире нет никаких следов Лейлы, сэр, – докладывает Тейлор.

– Я и не думал, что они могут быть, но я благодарен вам за проверку. Спасибо.

– Мы будем поочередно вести мониторинг. Сначала Райан. Сойер и Рейнолдс пойдут спать.

– Хорошо. Как знаете.

– Да. Мистер Грей. Джентльмены. – Тейлор отпускает всех троих.

– Доброй ночи.

Когда они уходят, Тейлор поворачивается ко мне:

– Автомобиль весь всмятку, сэр.

– Под списание?

– Думаю, что так. Она действительно на нем отыгралась.

– Если это сделала Лейла.

– Утром я поговорю с охранником, дежурившим в эти часы, и посмотрю их видеозапись. Вы хотите подключить полицию?

– Пока нет.

– О’кей. – Тейлор кивает.

– Мне надо купить Ане другую машину. Ты можешь поговорить завтра с «Ауди»?

– Да, сэр. Эту заберут утром.

– Спасибо.

– Что-нибудь еще, мистер Грей?

– Нет. Спасибо. Отдыхай.

– Доброй ночи, сэр.

– Доброй ночи.

Тейлор уходит, а я перехожу в свой кабинет. Я взбудоражен и не смогу уснуть. Я прикидываю, не позвонить ли Уэлчу, чтобы тот был в курсе, но уже слишком поздно. Сняв пиджак, я вешаю его на спинку стула, сажусь за компьютер и пишу ему сообщение.

Когда я кликаю на «отправить», жужжит мой телефон. На нем вспыхивает «Элена Линкольн».

Что там на этот раз? Я отвечаю.