Становление Патриарха (СИ)
И всё же побегать по лавкам и рынку пришлось, как и поднимать связи с местной «сферой услуг» для авантюристов, которыми мы обзавелись зимой. В итоге все морально и физически вымотались… ну, кроме меня, однако моя бодрость не меняла того факта, что девочки устали. В итоге ничего, кроме сытного ужина и пары поцелуев перед сном, у нас не было… К вящему довольству Тмистис следующим утром. Нет, так-то она всё ещё ворчала, что хозяйка не бережётся и пускает в кроватку всяких подозрительных личностей, но маленькую победу себе однозначно засчитала, хоть и не имела к ней никакого отношения.
Ну а после завтрака и коротких сборов мы наконец-то предстали пред светлыми очами почтенного Ансельмо де Гратти, с которым нас встречали ещё трое магов, что вместо посохов носили мечи, да и по комплекции напоминали больше рыцарей, нежели учёных мужей, максимум физических нагрузок которых — это хождение по лестнице и перенос книг с одной полки на другую.
— Ну что, готовы? — без обиняков и представлений поинтересовался у нас наш подопечный, испытывая лёгкое нетерпение.
— Само собой, — кивнули мы, не выказывая никаких претензий отсутствию церемонии знакомства с остальными спутниками. Лично меня куда больше интересовало, куда идём, в том плане, что конкретный пункт нам так и не называли, что я вежливо и постарался исправить: — Пожелания по маршруту?
— В порт, — совсем не обрадовал, хотя, говоря откровенно, и не удивил маг. — Там мы сядем на корабль, который доставит нас до промежуточной точки маршрута, а вот дальше мы уже сами по себе, — куда именно «дальше», по-прежнему не пояснялось. Оно немного раздражало и разочаровывало, но резоны Ордена я понять мог — «проводник» у нас есть, так зачем попусту сотрясать воздух ценной и потенциально опасной информацией? Средств магического подглядывания и подслушивания существует много. Да, вероятность того, что их против нас применят, невысока, но всё-таки не равна нулю, так и зачем нарываться?
— Хорошо, — киваю, подтверждая, что мы всё услышали. — Выдвигаемся?
— Да, пойдёмте, — чародей отрывисто поправил дорожный плащ и первым направился к дверям.
Его спутники, так и не проронив ни слова (хотя, правды ради, не испытывая к нам никакого негатива или презрения, а просто не видя смысла говорить), двинулись следом, вскоре сформировав с Ансельмо этакий ромбик, где он был на смотрящей вперёд вершине, двое шествовали чуть сзади по бокам, а один замыкал. Уже минуту спустя мы покинули вотчину королевских волшебников, где была назначена встреча, а ещё через полчаса блуждания по людным и шумным, в силу каждодневной утренней суеты, улицам добрались до городского порта.
Запахи солёной воды, свежей и не очень рыбы, гниющих водорослей и сырого дерева тут вытесняли ароматы конского навоза и свежего хлеба из булочных, преимущественно царствовавшие в «приличных» переулках остального города. Скрип снастей, крики чаек, рабочий матерок матросов, уже вовсю вкалывающих на десятках занимающих места у пирсов судов, невольно навевали воспоминания о многолюдных вокзалах моего родного мира, а обилие сомнительного вида личностей, активно слоняющихся вокруг по самым разным делам, невольно заставляло пристальней следить за вещами и придерживать меч.
Корабль между тем нас уже ждал. Оказалась им неприметная купеческая шнява, какими на том же Лунном Море, подле которого я жил целый год, регулярно пользуются как контрабандисты, так и сравнительно мелкие торговцы, чьих капиталов не хватает на более представительные и крупные суда. Орудий на борту видно не было, впрочем, пушки тут вообще неизвестны, а вооружают боевые корабли, как правило, баллистами, да и те имеют не шибко большое значение, так как нанести достаточный для утопления чужого судна урон не могут. Маг на борту — со всех сторон куда более эффективная боевая единица. Ну а вообще, основным методом морских сражений тут является абордаж, так что отсутствие на палубе видимых орудий убийства ещё не значило, что мы будем беззащитной овечкой.
Вскоре мы, под небольшое недовольное бурчание феи (и моё тщательно скрываемое удовольствие), загрузились в трюм, где для пассажиров оказались оборудованы хоть и не особо комфортные, но отдельные каюты. Тем не менее отплытие заняло ещё порядка полутора часов, во время которых удалось узнать, что как минимум один из незнакомых нам пока боевых магов сопровождения владеет заклинанием «Порыв ветра», вернее, его небоевой модификацией, как раз предназначенной для наполнения парусов в морских путешествиях и, как следствие, значительного облегчения маневрирования. Однако наблюдать его применение я всё же не смог, ибо обсуждение, в котором данные чары упоминались, пришло к тому, что не стоит привлекать внимание, демонстрируя на весь порт, что на борту какого-то мелкого торговца, который ни в жизнь не разорится на полноценного мага в экипаж, данный маг внезапно присутствует.
И вот вся обстановка вокруг уже кренится и пошатывается соразмерно тому, как кораблик вскарабкивается на волны и перекладывает паруса, а Тмистис, подозрительно косясь на то приближающийся к ней, то отдаляющийся потолок, решает оперативно приземлиться на плечико Линвэль, откуда чуть не падает из-за качки, после чего с ворчанием подаётся ближе к волосам эльфийки, чтобы держаться за те, как за страховку. К счастью, признаков морской болезни никто из нас не показывал, и всё же плавание обещало пройти не слишком приятно. Средневековый парусный корабль — это средневековый парусный корабль, ни личных душевых с унитазами, ни кондиционеров с электронным освещением в каютах, ни даже лишнего места над головой тут не завезли. И хотя для нас, вернее, для представителей Ордена Боевых Магов Кормира явно подготовили особые условия, трюм оставался трюмом — штукой, что имеет мало общего с комфортом.
Словом, настал тот самый момент, когда сомнения в правильности сделанного выбора начали с новой силой грызть маленькое чёрное сердце одного вампира. Оно ведь вечно так — ты точно знаешь, что отказаться не можешь ни в момент получения предложения, ни после, но всё равно где-нибудь потом обязательно включится рефлексия. Оставалось надеяться, что пробудем мы в пути по морю не слишком долго и что никому не придёт в голову заставлять меня днём торчать на палубе. Свет-то я выдержу, особенно если заранее укутаюсь магией, но настроения это мне точно не прибавит, а в замкнутом пространстве, без развлечений и отвлекающих факторов вроде работы оно и так имеет тенденцию очень сильно падать, вплоть до получения неприятностей. Я же неприятностей не хотел. Ни себе, ни тем более девушкам…
Шесть дней спустя.
— Хозяйка должна поцеловать этого злобного, хитрого интригана! — наседала на Линвэль боевитая фейка, вынуждая нас с Айвел давиться смехом, да и сама Лин не могла сдержать улыбки.
— Ты столько рассказывала, что я не должна с ним целоваться, а теперь готова продать меня за печенье, — тем не менее отбивалась от своего фамильяра она, выкатывая встречную претензию.
— Но сладенького не осталось! — огласила каюту мировой трагедией Тмистис. — А этот злодей не хочет давать печенье, которое припрятал! Дразнится!
— Я не дразнился, — требую соблюдения истины.
— Ты сказал, что будешь давать его только раз в день! Жадина! — надулись на меня.
— Это было ради тебя — если ты съешь всё сразу, то оно совсем кончится, а так у тебя есть запас, который мы растянем на всю дорогу.
— Тмистис не хочет на всю дорогу! — ручки со сжатыми кулачками вдоль боков, пяточки в стороны — и вся такая «фыр-фыр-фыр!» на меня. — Маленькие порции — это жестоко! Тмистис не хочет страдать, зная, что сладенькое ещё есть, но его нельзя кушать! Лучше всё скушать сразу, чтобы не страдать!
— Но тогда ты будешь страдать оттого, что оно совсем кончилось, — возражаю я.
— Нет, не буду! Дай!
— Нет, не дам. Я о тебе забочусь, — мстительно отказал я.
— Хозяйка! Поцелуй его и заставь! — пошла на новый круг фея.
— Фобос — сильный, я не смогу его заставить, — ухмыляясь во все зубки, тоже проявила капельку отмщения за всё хорошее эльфийка.