Мир Дому. Трилогия (СИ)
– Пошли, ребята. С богом.
Из Медчасти он вышел первым – нужно было расчистить дорогу. Еще загодя, включив лазерник, получил от искина ДСЛ расположение: четыре меха слева, в глубине коридора, еще пятеро справа. Итого девять. Расстояние до самого дальнего не превышает двадцати метров – хорошо, можно точнехонько в голову бить, топливник не трогать. Вооружены дробовиками. Разобрать их – раз плюнуть; главное, чтоб вся эта толпа народа в коридоре на своих матрасах лежала. Хотя это обеспечить как раз нетрудно…
– Лежать всем! – вывалившись в коридор, заорал он. – Плашмя! Упали!!!
И, кинув приклад револьвера к плечу, тут же открыл огонь по мехам слева, целя в голову.
РШ‑12[19] – хреновина мощная. Тем более когда в каморах бронебойная ПС‑12Б. Первая же пуля буквально взорвала голову дальнего меха, проделав в лицевой пластине дыру размером с пятак. Он еще падал – а Комбриг, сдернув ствол левее, уперев точку ЛЦУ в маску второго, снова выжал спуск. Тот же результат – башка долой, полтонны стали валится на бетон. Дальше стало чуть сложнее – контроллеры уже реагировали, уже двигались, уже вскидывали стволы, выцеливая, – но он успел ухлопать и третьего, пробив грудную пластину и достав топливник. Номера пластом лежали у стен, вжимаясь в свои матрасы – и вспыхнувший фонтаном мех, рухнувший в центре коридора, вреда никому не принес.
Следующая секунда, когда его накрыло облако картечи, оказалась не очень приятной – но и только. Броня ДСЛ хоть и легкая, но ту же пятерку держит уверенно, даже без запреградки – и потому Комбриг почувствовал только мелкие уколы, переданные внутренним слоем скафандра. Да и то лишь по задней поверхности – от фронтального выстрела успел укрыться, вздернув щит. «Множественные попадания. Задняя сфера. Без повреждений », – нейтральным тоном откомментировал искин ДСЛ – и Комбриг, снова вынырнув из‑за верхней кромки щита, всадил пулю в четвертого.
Левый фланг чист. Разворот кругом, нырнуть за щит… Картечь плотным градом ударила в сталь, рванув плоскость из рук, – но квазимышцы уверенно справились с нагрузкой, и искин промолчал. Упав на колено, Комбриг, оставаясь за щитом, в секунду скинул барабан револьвера в сброс, воткнул следующий – и, вскочив, рванул через коридор наискось. Шаг – выстрел, шаг – выстрел, шаг – выстрел. Тело, натренированное годами – десятилетиями! – войн, несмотря на возраст, все еще было послушно и работало с хорошей отдачей – и уж во всяком случае он, ветеран ПСО, в скорости этих условно‑боевых буратин превосходил. Банг, банг, банг! Улетали они красиво, как банки в тире. Навстречу же пришло только два облака – скорострельность у дробовичков была так себе – и оба принял щит. Пару свинцовых градин в шлем можно и за попадания не считать.
На все про все ушло секунд пятнадцать – старость не радость… Комбриг, который последние пятнадцать лет работал против настоящих боевых механизмов, не считал этот результат выдающимся. У них и брони‑то нормальной нет. Тем более против его стрелковых агрегатов. Но на крысюков вокруг этот танец с саблями подействовал просто убийственно – в галерее сейчас стояла мертвая тишина, и люди, все как один, распялив варежки, переводили взгляд со здоровенной черной фигуры на груду мехов. И обратно. Оно и хорошо – для поднятия боевого духа очень способствует.
– Не спать! Шевелимся, шевелимся! – сдернув второй барабан, снова рявкнул Комбриг. Перезарядил, пихнул пистолет в кобуру, вытащил из сбросового подсумка барабаны и скоренько воткнул в каждый обойму[20]. – Боевики, алё! Работаем, все по плану! Каждый на свою точку! Смола, Лис! Берите людей – и за мной!
И, вскинув щит к плечу, рванул по направлению к северному лифту – теперь предстояло навестить оружейников.
На Башку, младшего бугра Девятого отряда Общих работ, скоротечный бой Комбрига произвел сокрушительное впечатление. Он с кентами торчал буквально сразу за этим черным дьяволом, в коридоре Медчасти – и видел все, от начала до конца. И сейчас, сидя в засаде, на первом уровне Центрального, доставал кентов неудержимо прущими наружу впечатлениями.
– Не, ты видал, а?! Видал, как он их раздолбал?! Вы видали?! – в восторге вопрошал он, то дергая за рукав Хулио, то пиная носком Жирдяя, а то – чуть более почтительно – подталкивая локтем старшего, Кирдыка. – Я даже понять ни дыры не успел – а половина железных уже на свалку! И – херак‑херак‑херак! – тут же остальные прилегли! Если б к нам таких ребят с десяток пришло – они бы всех тут в мясорубку!
– Вот только у нас один всего, – проворчал Кирдык, внимательно вглядываясь куда‑то вперед. – И ты это… Завали давай хлеборезку. Килька уже к углу подгребает…
Килька, номер Девятого отряда, и впрямь маячил у самого выхода в коридор. Весь этот день старший бугор сидел в зале НП‑2 и внимательно прислушивался и приглядывался – и, конечно, видел все те финты и уловочки, что придумывались новоявленными боевиками. И едва выбравшись на волю – решил сразу и применить. Кирдык, понятно дело, совсем не специалист по военным делам – но местечко вроде бы грамотно подобрал. Самый дальний блок, в юго‑западном углу второго уровня, три проходных комнаты одна за другой. Сидели они в третьей, по обе стороны от дверного проема – но и вторую, и дверной проем в коридор из первой, и крадущегося Кильку видно было очень даже хорошо. Сейчас только подманить какого‑нибудь железного из коридора – и в четыре ствола его!..
Килька, меж тем, подошел к дверному проему и осторожно выглянул наружу. Каску он снял – и Башка видел его красный от напряжения, усеянный капельками пота, затылок. Глянул – и тут же нырнул обратно. Обернулся, замахал бешено руками, тряся в воздухе пальцами…
– Кажись, есть… – сдавленным шепотом пробормотал Жирдяй.
– Че ты там, падла, граблями машешь?! – громко зашипел крысюку Кирдык. – Высунься, чтоб он тя увидел – и назад!
Килька снова замахал руками, пытаясь что‑то сказать – и, кажется, Башка даже сообразил, что, – но Кирдык снова махнул рукой, и Килька обреченно кивнул.
– Слуш, Кир… Кажись, он говорит, что контроллер его и так заметил… – неуверенно сказал Башка. – Может, пусть назад…
Закончить он не успел. Килька, снова высунувшись в проем, вдруг взвизгнул от ужаса – и следом, почти без перерыва, из коридора дернуло грохотом. Голова крысюка взорвалась ошметками красного и серого – и тело, развернув силой выстрела, бросило поперек порога.
Дальше, кажется, Башка немного потерялся. По крайней мере спустя мгновение обнаружил себя уже где‑то в глубине комнаты, прячущегося за ржавым железным столом. В коридоре все ближе и ближе грохотали шаги – а он, сжимая трясущимися руками автомат, пытался удержать пляшущий ствол на дверном проеме. Влипшее в лужу крови тело Кильки старался же и вовсе игнорировать.
Если б он был один – тут бы и конец. Но кенты не спасовали. Когда в дверной проем вылезло здоровенное стальное тело – приняли железненького только в путь. Пух и перья полетели. А вернее – искры рикошетов, металл и разные детальки. Три очереди разом врезались в стальную грудину, кромсая и дырявя металл; спустя секунду, разом осмелев, включился и Башка – но ему уже почти ничего не досталось. Механизм задымил – и вдруг оглушительно рванул во все стороны ошметками. И хорошо еще, что сидели они в последней комнате – иначе и контузить могло. А то и еще чего похлеще…
Снова выглянув из‑за стола, Башка увидел нижнюю его часть, придавившую тело Кильки, и кусок брюшины, чадящий черным дымом. Помещение очень быстро заволакивало, дышалось уже с трудом – и Кирдык, завопив что‑то из‑под закрытой каски, пригибаясь, бросился на выход. За ним гуськом пристроились и кенты.
Убежали недалеко. Едва выскочив в коридор, Башка сразу понял, что был прав – Килька пытался сказать, что контроллер не один, но и приказ бугра игнорировать не посмел. Потому и полез. Чуть дальше, в таких же дверных проемах, сидело еще два механизма – и стволы дробовиков торчали прямо в обнаглевших человечков…