Мир Дому. Трилогия (СИ)

– А выход? Говорить нужно так и так. Мое хозяйство – самое безопасное место. К Хрычу он вряд ли пойдет – с каких херов ему лезть куда‑то по грязным тесным коридорам? Он ведь тоже соображает… А что если все это подстава? Надо оно ему? Нет. Придется беседовать тут. Рисковать. Ну да ничего, меры безопасности кой‑какие примем. На время переговоров запрем всех по кубрикам, даже персонал – чтоб ни души в коридоре. Сам прослежу. Типа кварцевание коридора, и не колышет. Всем ша по нарам. Поссать – в утки, посрать – погодят.
– Если уж коснулись темы подозрений… – медленно, размышляя, говорю я. – Сегодня у меня уже было пятеро. Желтый, Сивый, Гадя, Красный и Дрозд. По сравнению с Технологом или Шашлыком это мелкие сошки… Но ты по одному, по два вызываешь людей в Медчасть… Не нарваться бы.
Он кивает и поднимается.
Донесения и рапорты
Observer to Curator Scaparotti Administration.
Report№1124‑07/11/2159.
Категория секретности: Secret‑000.
Категория срочности: !!!!!
Настоящим докладываю.
Получена информация о планирующейся внешней атаке объекта «Завод». Точные силы, средства и сроки на данный момент неизвестны. Однако есть все основания полагать, что атака будет синхронизирована с началом горячей фазы операции «Гроздья Гнева» (а именно – попыткой восстания).
Повторно направляю вам запрос на отправку в мой адрес дополнительных сил и средств в виде 10th Mountain Division.
Доклад окончен.
Прошу подтвердить получение данного пакета информации.
Scaparotti to Observer.
Доклад принят.
Ставлю Вас в известность, что согласно донесениям разведки в регионе на данный момент отсутствуют силы и средства противника. Тем не менее мы рассматриваем вариант о скрытном проникновении.
Данный вариант будет отработан в ближайшее время, результаты сообщены Вам. Также по результатам данной проверки будет принято решение по Вашему повторному запросу о 10th Mountain Division.
Ждите решения.
Прошу подтвердить получение данного пакета информации.
 Глава 13. Лис. 27 дней до 
 
План, который выдал накануне Док, ночью претерпел небольшие изменения. Комбриг и Док – и, скорее всего, Армен – общаются друг с другом через выделенный канал на коммуникаторе – и наверняка болтают там часами, планируя и обдумывая наши планы. Эту связь не отследить – она шифрована и осуществляется через те самые изолированные от Завода, спрятанные где‑то в стенах, ретрансляторы НП‑2. И уже по подъему в восемь утра – в восемь утра, мать вашу, в Медчасти можно валяться до восьми! – Док сидит у меня в кубрике и информирует о новостях.
– Комбриг сказал, что я должен быть вне всяких подозрений. И это правильно… – он задумывается на короткое время и начинает теребить свою козлиную бороденку и почесывать переносицу, пропихивая палец под дужку очков. – Решение таково: на тот период, пока вы будете общаться с нашими сегодняшними гостями, я должен исчезнуть из Медчасти. Если вас накроют без меня – это хоть и потеря, но терпимая. Уйдете Тайными Тропами. Но если накроют нас всех – мы потеряем Медчасть. Наше самое главное прикрытие. И это будет очень тяжелый удар.
Я слегка растерян.
– А как же кварцевание? Кто объявит, кто проведет? Стукачки же!..
– Дело не только в стукачках, братец Лис. Понятное дело, с этой стороны мы обезопасимся, разгоним всех по шконкам… Дело еще и в наших гостях. И Шашлык, и Вольтампер, и Технолог – это ИТР. Это, уж извини, не безмозглые бугры общих отрядов. ИТР – это близость к капо. Они нужны нам – но и нельзя исключать, что кто‑то может оказаться засланным. И ладно, там, Шашлык с Вольтампером… Они идут на профосмотр, они не в курсе предстоящего общения, и шпионские штучки им не за чем. Но вот Технолог целенаправленно придет на встречу с Комбригом. И на нем вполне может оказаться микрофон – или, чего хлеще, мини‑камера. Как с этим быть? Не шмонать же на пороге.
 
– Неуважение… – вставляю я.
Док кивает.
– Да. Не выход. Но и я ни при каких условиях не должен мелькнуть в кадре. И лучше если я на это время совсем исчезну из Медчасти. Это моя отмаза. Случись кипиш – я вообще не при делах: ушел по собственной надобности – а тут вы, хреновы рэвольцьёнэры, сходняк устроили… Совещание на конспиративной квартире.
Это и впрямь хреновый расклад. Согласен.
Я сплевываю.
– Опасно, с‑с‑сука…
– Опасно. Но разве ты не знал, на что идешь?..
Сказать на это нечего. Конечно, знал. Так разве я иду в отрицалово?.. Нет. Просто констатирую факт. В ближайшие декады две‑три мы все будем ходить как по лезвию. Ошибся в человеке, не смог убедить и уболтать, допустил слабину, неуверенность, которая кинула его в объятия капо, – и ты труп. Или беглец. Что для нашего дела почти одно и то же.
– Хорошо. Но от кварцевания все же отказываться не стоит… Чтоб никто не шарился.
– Кварцевать будет Рита.
– Она знает о нашем деле? – настороженно справшиваю я.
– Кой во что посвящена, – уклончиво отвечает Док.
Ритка. Я, конечно, ничего не имею против нее – но не перебор ли? Чем меньше народу знает – тем оно все ж лучше. Посвящать в серьезное дело бабу… Впрочем – это не мне решать. И я ограничиваюсь только одним вопросом.
– Ты в ней уверен?
Док усмехается.
– Абсолютно. Так же как и в том, что на тот период, пока в коридоре будет включена лампа, – ни одна живая душа из кубриков не вылезет.
Так оно и выходит. Ритулёк – баба строгая, и все знают, что в хозяйстве Дока его правая рука. Подчинение беспрекословное – даже два капо из ЮЗ‑модуля, лежащие один с геморроем, а другой с простудой, ворчат, но следуют инструкциям.
Кварцевание проходит регулярно – и здесь трудно заподозрить персонал Медчасти в темных делишках. У Ритки инструкции – ни на минуту не отклоняться от графика, чтоб исключить малейшие вопросы. И она выполняет распоряжение скрупулезно.
Я сижу в своем пятом кубрике и слышу в коридоре ее голос.
– Первый кубрик! На выход! Занимаем одиннадцатый! На время кварцевания чтоб ни одно тело тут не шаталось! Открытым остается только кварцуемый кубрик, остальные запираю!
– А как же поссать, там, или еще чо… – скулит кто‑то.
– Перетерпишь! Ну?.. Шустрее! Все вещи тут оставляем, на полчаса переселяемся в одиннадцатый!
Топот в коридоре затихает, я выхожу в коридор и перемещаюсь в Смотровую – а спустя буквально пять минут дверь открывается и заходит Шашлык. Я поднимаюсь, делаю шаг ему навстречу – надо ж продемонстрировать уважуху дорогому гостю – и широким жестом указываю на креслице, которое специально для гостей приволок дежурный. На морде у Шашлыка непонимание, он оглядывается на Ритку – но та делает успокаивающий жест и запирает дверь.
Присаживайся, гость дорогой, беседовать будем…
– …Ты в своем уме, Лис? – услышав наш глобальный план, Шашлык смотрит на меня как на идиота. – Тебе башню перед Лабиринтом повредили или уже внутри?
Я морщусь.
– Шашлык. Давай вот только не будем…
– Да хули «не будем»?! Ты предлагаешь устроить самую настоящую революцию! – он в удивлении разводит руками. – Это даже не глупо. Это… Это же бред чистой воды!..
Я смотрю на него – и вижу самого лютого врага нашей операции: стабильность и довольство. Шашлыка можно понять – он держит пищеблоковый персонал в кулаке и имеет все необходимое. И даже сверх того… А вместе с ним от щедрот имеют и его крысюки. И на кой ляд им нужно участвовать в самоубийственной мясорубке? Комбриг был прав, озвучивая этот вариант.
 
– …это же полнейшее безумие, – продолжает Шашлык, разглядывая меня с неожиданным интересом. – И мне довольно любопытно, Лисенок, откуда это взялось в твоей башке? Ты, конечно, пацан сообразительный – но такое… – он снова разводит руками. – Ты предлагаешь мне подбить моих крысюков на бунт, попытаться завалить капо, навалиться всей кучей на контроллеров, как мясо, кинуть людей под сталь? Ради того, чтобы ты и кто‑то еще, добравшись до оружейки, – а это еще бабка надвое сказала – смогли вооружиться и показать нашей чернозадой швали кто тут хозяин? Ты предлагаешь мне поверить в возможность победы над машинами и захвате Гексагона?.. Но даже если и так… Вот оно мне надо? Мы живем сытно и довольно сносно. Жрать есть всегда – и не тот паек, что растят на компосте, а настоящее. Рационы. Чистая вода. Самогон. Бабы. У нас все это есть. Что ты можешь предложить мне вместо спокойной жизни?