Легенда о мальчике, что учился дышать (СИ)

— Ну.
— Но только пообещай, что не будешь орать, бить меня…
— Ну!
— Обещай, что выслушаешь меня спокойно! — строго сказал Джилленхол.
— Да говори ты уже! — взорвался сержант.
— Пообещай!
— Обещаю, сука-бля! — уже не на шутку впадал в состояние озлобленности Харди.
— Короче, из этой истории про Глэдис… Как от нее уехал сын, как ей теперь тяжело живется… Знаешь, а каково сейчас нашей матери? — нахмурился он. — Она уже немолодая, наверняка, ей тяжело справляться одной по дому, когда рядом нет мужчины. А вдруг ей нужна помощь, Томми? Все же у нее есть два сына! А она даже и не знает ни где они, ни что с ними? Может как-то нужно ей помочь?
— Помочь? — с охуевшим лицом, но вполне себе спокойно, выпалил Том. — Ну как вариант, можешь найти этого Руди, сообщить, что выеб его мать и дать адрес старой бляди. Глядишь, поедет к ней, сука-бля, выебет, да поможет по хозяйству. На этом у меня все. Я пошел спать — завтра рано вставать, — дерзко развернулся он и побрел в сторону дома, разъяренно двигая желваками.
Джейк лишь проводил брата грустным взглядом, опустив уголки губ.
 
На следующее утро, узнав об отъезде братьев, Глэдис в знак благодарности решила подкинуть их до соседней деревни. Во время завтрака она не забыла попросить у Тома прощения. Глэдис клялась, что совсем не является таким человеком, какой была вчера в амбаре, да и вообще последние дни. Уверяла, что вчера произошло глупое недоразумение — не более того! Том просто оказался крайним! Также она не забыла уточнить, что теперь все в норме и она больше никогда не доебется до бедного сержанта. Харди решил долго не зацикливаться и с барского плеча отпустил Глэдис все грехи.
— Томми, можно тебя на минутку, — отвел брата в сторону Джейк, когда они погрузили в пикап свои пожитки, а Глэдис села за руль и начала прогревать движок. — Можешь поехать в кузове, а я с тетушкой в кабине?
— Нахуя, сука-бля? — не понял Харди.
— Понимаешь… Как бы тебе сказать? — поднял божественно красивые глаза к небу Джилленхол, поводив языком по губе. — Мы сейчас уедем, и она останется совсем одна. И хочется сделать ей напоследок немного приятно. Все же она любезно согласилась нас подвезти и все такое…
— На что ты, сука-бля, намекаешь? — нахмурился сержант Том.
— Уффф, — тяжело выдохнул Джейк, почесав макушку. — Какой же ты непонятливый человек, Томми. Давай дядя Джейк расскажет, как поднять женщине настроение? Все просто! Для этого следует придерживаться лишь трех правил. Первое — нужно подрочить ей. Второе — не требовать ничего взамен. Ну, а третье…
— Я понял! Сука-бля, понял! — выставил вперед ладони Том. — Хочешь подрочить шкуре — дрочи! Сержанта не нужно об этом осведомлять! Он едет в кузове! — попятился он к пикапу.
— Глупец! Мог бы и выслушать! — тявкнул вдогонку Джилленхол. — Авось, когда-нибудь и самому пригодилось!
— Как-нибудь обойдусь! — показал «фак» Харди, с присущей ему громоздкой легкостью запрыгнув в кузов.
— Ну-ну, Томми, ну-ну, — усмехнулся под кожаный нос сексолог из шара. — Настанет и твой час — придешь ко мне за советом, как осчастливить женщину… Молись, чтобы дядя Джейк был в хорошем настроении!
— Ну мы едем? — высунулась из окна растрепанная коса Глэдис, которая, сегодня была за рулем.
— Бегу, бегу! — виляя бедрами, замельтешил в сторону пикапа дрочер из шара.
Всю дорогу до деревни сержант Харди проклинал брата последними словами. Мало ему было слушать хрюканье и аханье Глэдис из кабины, так еще и из-за несосредоточенночсти водителя, пикап как сумасшедший вилял по дороге, собирая кочки и ухабы, а в один момент и вовсе чуть не въехав в осла, пасущегося на проезжей части. Хм… Так вроде коса же была за рулем? Разве нет? Ах, она растрепалась в процессе дрочки и передала бразды правления пикапом в руки своей хозяйке? Что ж, это все объясняет!
 
========== Глава 82: Пройдоха ==========
 
— И куда, сука-бля, теперь? — спросил Том, как только Глэдис, нарочито забуксовав и обдав братьев пылью, поехала обратно в свои угодья, громко и удовлетворенно хохоча.
 
— Может спросим у них? — указал Джейк в сторону дряхлого деревянного дома, перед которым на качелях-балансирах седели два абсолютно одинаковых человека и били друг друга по голове гигантскими деревянными молотками, тем самым приводя качели в движение.
— Володимир! Виталий! Обидати! — выехала на полуразрушенную террасу женщина, восседавшая на инвалидном кресле.
Братья недоуменно переглянулись.
— Сука-бля, пошли отсюда, какие-то хуеплеты, — шикнул Том, смерив троих у дома недоверчиво-брезгливым взглядом.
— Добрый день! — проигнорировал его Джейк и шагнул вперед, приветливо помахав рукой. — Ну, а как нам еще найти моего отца? Будем опрашивать местных, — обернулся он, пожав плечами.
Сержант лишь состроил наигранно-фирменный еблет, как бы говоря: «Действительно, сука-бля, лучшего плана и не придумаешь!»
— Ви ще хто таки? — агрессивно крутанула колеса инвалидного кресла Юлия Тимошенко, голова которой была перемотана синтетической косой, украшенной шерифским значком. Женщина кубарем скатилась с ветхих ступеней и упала лицом в свиное корыто.
— Ээээм… Мы заблудшие путники и ищем одного человека, — миролюбиво заговорил парламентер из шара, выставив ладони вперед.
— Якщо ви шукаэте того, хто спыздил у сосидив телегу навозу, то це брехня, — пробуробила из корыта женщина, затем бойко встала на ноги и уселась обратно в коляску. — Володимир! Виталий! — поманила она двух ебантяев с качелей.
— Що? — обернулись те, а один даже упал на землю, но никто не понял, какой именно, даже их мать.
— Какая телега, пизда? Что ты мелешь? — встрял сержант, разобрав в непонятной речи лишь пару слов.
— Мамо ничого не пыздила! — прорычал один из братьев-имбицилов и, вооружившись молотком, двинулся на братьев-ебанатов. — Це все ти, Володька! Це була твоя идея!
— Пыздеж! — рявкнул второй, судя по всему, Виталий. Но это не точно.
— Ебать… — присвистнул Харди, бьясь в агонии украинской мовы.
— Так, стоп! Давайте начнем сначала! — затараторил Джейк. — Нас не интересует никакая сворованная телега. Меня зовут Джейк Джилленхол, и я ищу своего отца. Знаю лишь, что он какое-то время обитал в этих краях…
— Ах, Джилленхол! — яростно взвыла мисс Тимошенко. — Ви слыхали? Здается, ваш брат нашовся! Ще один!
— Хуя себе! Вот это поворот, сука-бля! — охуел сержант от подобных сюжетных линий. — Дядя Бен, выходит, та еще шлюха! Теперь ясно в кого ты такой, — пихнул он брата в бок.
— Томми, хватит! — гавкнул Джилленхол. — Никакая я не шлюха! И отец тоже!
— А кто ж он? Старую блядь ебал, пышку ебал, эту шкуру с косой ебал, — указал он «факом» в Тимошенко. — Судя по рассказам Глэдис, это еще не все его бляди. Еще, сука-бля, и залетела каждая! Ебануться можно! Сержант в ахуе! Надеюсь тут-то хоть, пиздюк, ты не в него? А то может тоже уже пораскидал незнамо где по стране своих синеглазых жиденков?
— Прекращай молоть абы что! Дядя Джейк что, похож на долбоеба? — хлопнул себя по бедрам Казанова из шара.
— Нууу… — неоднозначно покрутил ладонью Том перед мордой брата. — Ну ты значит все же признаешь, что Бен был долбоебом? Так ведь выходит, сука-бля?
— Причем тут все это? Не думаю, что это так важно! — подкатил глаза Джейк.
Дурацкий конфликт братьев остановил взмах молотка то ли Виталия, то ли Владимира, но точно не их матери.
— Эй! — возмутился Джилленхол, отпрыгнув в сторону и увлекая за собой Тома. Огромный молот просвистел ровно там, где секундой ранее стояли братья.
— Ебать шмаровозы! — взорвался Харди, подскочил с земли и кинулся к Юлии, попутно доставая из-за пояса «беретту». — Как вам такое, сука-бля? — схватил он женщину за шею и приставил дуло к звезде на косе.
— Мамо! — взвыли братья Кличко, побросав молотки и схватившись за головы друг друга.
— Быстро выкладывай, пизда, что знаешь о Джилленхоле! — процедил Том, угрожающе возведя курок.