Необычный подозреваемый. Удивительная реальная история современного Робин Гуда

Стивен посмотрел на него сверху вниз и, повинуясь необдуманному порыву, заговорил.
– Почему я здесь? – спросил он лысого мужчину. – Что это за место?
Мужчина в ответ уставился на Стивена, затем перевернулся на другой бок и снова натянул одеяло на голову. Другой человек, спавший на полу, не двигался, поэтому Стивен подошел к плексигласовому экрану и стал колотить по нему кулаками, пытаясь привлечь внимание любого, кто мог бы рассказать ему, что происходит. В конце концов надзиратель медленно встал из-за стола и подошел к экрану. Этому невысокому мужчине можно было дать лет семьдесят. Захлебываясь словами, Стивен спросил, почему его привели сюда. Охранник ничего не ответил, просто взглянул на него с едва заметным интересом, а затем повернулся и отошел. Стивен кричал ему вслед. Он хотел позвонить. Один телефонный звонок полагался ему по закону. Он хотел понять, что происходит. Стоявший по другую сторону экрана старик указал костлявым пальцем на Стивена.
– Я не знаю, кто ты, и знать не хочу, – спокойно сказал он. – Просто заткнись и отвали.
Шум разбудил второго заключенного в камере. Молодой человек с сальными спутанными светлыми волосами выглянул из-под одеяла. Он протер глаза и посмотрел на Стивена, а потом поинтересовался, недавно ли его сюда поместили. Стивен кивнул. Голос молодого человека звучал слишком устало и странно, как будто весь его рот онемел. Стивен задал ему те же самые волнующие его вопросы: что это за место и почему они здесь оказались? В ответ молодой человек ничего не сказал, но вытащил из-под одеяла лист бумаги и, поднеся его к свету, начал водить по нему пальцем.
За спиной Стивена раздался голос. Это лысый мужчина пытался что-то сказать из-под одеяла.
– Ты в медицинском отсеке, – объяснил он, выдавив слова с невероятным усилием. – Под но… на… наб…
Он замолчал и, казалось, снова впал в полубессознательное состояние. Стивен посмотрел на двух мужчин, лежавших под яркими флуоресцентными лампами камеры. Казалось, они чем-то одурманены и как бы пребывают в зазеркалье, в подавленном состоянии. Едва ли они что-то соображали. Стивен застыл у стены камеры, молча наблюдая за двумя мужчинами.
Внезапно лысый закричал. Обрывки слов, вылетающие из его рта, напоминали Стивену грязную воду, которая урывками хлещет из старого ржавого крана.
– Мы находимся под… – процедил он сквозь стиснутые челюсти, – …наблюдением за самоубийцами.
Стивен оцепенел. Он оглядел свой бумажный комбинезон, а затем – камеру, в которой не было ничего, кроме зеленых одеял и тонких поролоновых матрасов, на которых спали двое мужчин. Его мысли вернулись к тому времени, когда он только оказался в тюрьме округа Страффорд. В какой-то момент во время процедуры оформления тюремная медсестра стала расспрашивать его о здоровье и самочувствии.
– Она спросила, возникали ли у меня когда-нибудь мысли о самоубийстве, – рассказывает Стивен. – И я честно ответил «да». Я много раз испытывал желание наложить на себя руки, пока сидел в Южном исправительном центре штата Вермонт, но никогда не пытался покончить с собой или причинить себе вред. В трудные моменты я говорил себе, что это переживание – лишь временная трудность, и отсюда всегда можно сбежать.
Для Стивена оказался неожиданностью тот факт, что его посадили в камеру надзора за потенциальными самоубийцами после невинного признания в регулярно возникающих суицидальных мыслях. Более того, это походило на пощечину, которую отвесили Стивену за то, что он был честен и откровенен с медсестрой. Он сел на пол и обхватил голову руками.
Однажды темным октябрьским вечером 2007 года девятнадцатилетний студент по имени Люк Твислтон почти закончил свою смену в крупнейшем филиале букмекерских контор «Вильям Хилл» в Вустере. Твислтон учился на втором курсе университета по специальности «менеджмент», но решил устроиться кассиром, чтобы немного подзаработать. Член университетской команды по регби, он был крепким, уверенным в себе и приветливым. После собеседования в офисе «Вильям Хилл» ему предложили работу «в полях», так он здесь и оказался. Время закрытия прошло, и, мягко подтолкнув нескольких задержавшихся клиентов к выходу, Твислтон теперь помогал опорожнять игральные автоматы и считать выручку.
 
Наводя порядок, Люк заметил пару перчаток, оставленных кем-то на одном из столов. Это натолкнуло его на мысль, что один из клиентов мог задержаться в мужском туалете. Твислтон решил пойти туда и проверить. Он толкнул дверь и увидел человека, который обеими руками вцепился в раковину и смотрел на себя в зеркало. На нем была черная балаклава. Рядом с человеком, на другой раковине, лежали нож и пистолет. Человек развернулся, и на долю секунды Твислтон увидел в его глазах безумный страх. Твислтон загородил собой дверной проем туалета. Он был приблизительно сто восемьдесят сантиметров ростом и весил около ста килограммов. Но он все еще не мог осознать то, что видел перед собой.
– Я был немного шокирован и спросил: «Что вы делаете?» Но на нем была балаклава, так что, думаю, я сразу понял, что он собирается делать.
Затем оба метнулись вперед, будто соревнуясь в скорости реакции. Человек в балаклаве выиграл с небольшим перевесом. Превозмогая ужас, он схватил оружие и бросился на Твислтона.
– Он приставил нож к моей груди, а пистолет – к голове. Потом велел мне лечь на пол, но я отказался подчиниться. Не знаю, бывали ли вы когда-нибудь в букмекерских конторах, но туалеты там не такие уж чистые. Так что я лишь заложил руки за голову и попятился. Выйдя из туалета, я прислонился спиной к стене и соскользнул вниз.
Оставаясь в балаклаве, Стивен оглядел помещение. Он увидел начальницу Твислтона, женщину средних лет, и крикнул ей, чтобы она не двигалась с места. Та не послушалась и выскочила через главный вход, заперев дверь за собой. Стивен вполголоса выругался. Накануне вечером он завершил запись в дневнике призывом к себе: «УБЕДИСЬ, ЧТО МОЖЕШЬ СОВЕРШИТЬ ОГРАБЛЕНИЕ, И СОВЕРШИ ЕГО КАК СЛЕДУЕТ!»
Но при ограблении все пошло совсем не так хорошо, как хотелось бы Стивену. Его план состоял в том, чтобы заставить сотрудника открыть сейф до того, как поднимется тревога. Теперь на это не оставалось времени. Полиция могла прибыть через несколько минут. Поэтому Стивен перепрыгнул через прилавок кассира, открыл кассу и стал запихивать банкноты в рюкзак. Мониторы видеонаблюдения, расположенные над головой, отображали все происходящее, и Стивен едва не подпрыгнул, когда увидел одетого в черное человека в балаклаве. Потребовалась секунда, чтобы понять, что это он сам на экране. Сидя на полу у стены, Твислтон понял, что Стивен действует необдуманно и хаотично. На самом видном месте лежала сумка с наличными, которые менеджер недавно извлекла из игральных автоматов.
– Выручка из этих автоматов могла составить тысячи, – поясняет Твислтон. – Но он совершенно упустил это из виду.
Не обратив внимания на сумку с наличными из автоматов, Стивен очистил кассы и бросился в заднюю часть помещения букмекерских контор к пожарному выходу. Когда двадцать минут назад он вошел в контору, низко надвинув на лицо капюшон толстовки и выдавая себя за обычного посетителя, то планировал убежать через заднюю дверь и скрыться в тесном лабиринте улочек и переулков, которые казались ему идеально подходящими, чтобы уйти от погони. Стивен промчался мимо Твислтона и бросился через пожарный выход в переулок. Твислтон вскочил на ноги и захлопнул дверь, потому что знал, что в конце переулка установлены высокие ворота. Он надеялся, что таким образом поймает грабителя в ловушку. Через несколько минут в дверь постучали полицейские, потребовав, чтобы Твислтон их впустил. Он объяснил, что не может, потому что менеджер заперла его, но направил их к пожарному выходу. Вскоре после этого появилась менеджер с ключами. Вооруженные полицейские и служебные собаки ворвались в контору, а затем вышли через пожарный выход в задней части помещения. Но переулок оказался пуст. Ворота были взломаны. Загадочный грабитель растворился в ночи. Над головой гудел полицейский вертолет, патрулируя улицы в его поисках.