"2013" (СИ)

— Племянник мой. Никита.
— О, моего племянника тоже зовут Никита. Ему шесть лет.
— Моему только год исполнился. А тебе сколько лет?
— Девятнадцать.
— Девятнадцать? Значит, тебе могут продать сигареты?
— Увы, без паспорта нет. Он у моей мамы.
— А почему твой паспорт у твоей мамы?
— Она не разрешает мне им пользоваться. Думает, что я его потеряю.
— Хм… Так тебе же девятнадцать. Ты же можешь делать все что угодно.
— Эм… не могу. Увы.
Я услышала собачий лай.
Мы с Кристиной повернулись.
По пригорку, рядом с четвертым домом, спускалась Наташа Эткова — полноватая девочка двенадцати лет со светло — русыми волосами. Она вела на поводке трех собак разных пород, одна из которых совсем мелкая.
Вот как раз она и гавкала на всю улицу.
Ее большие собратья шли молча.
— О, Наташка… — удивленно сказала я, провожая свою очередную подружку взглядом.
Вообще Наташа проживала возле тридцать восьмой школы.
Это буквально пару минут ходьбы от нашего дома.
В нашем дворе она была очень редко.
У нее еще были младшие сестра и брат.
— О, привет. — Наташа подошла к нам и окинула удивленным взглядом. — Как дела?
— Да вот решили немного прогуляться. А ты здесь какими судьбами?
— Собак выгуливаю. — Она кивнула на своих питомцев. — Мы завтра в Простоквашино переезжаем. Мама купила там дом, а квартиру мы продали. Теперь будем проживать недалеко от вас. А ты как? — обратилась ко мне Эткова. — Говорят, у тебя жених появился. Мне Андрюшкина все уши прожужжала. Грит, у Настьки парень на богатой машине ездит. Двухметровый такой, седой!.. — Наташа задрала руку вверх. — Если он седой, то сколько ему лет? И где ты умудрилась такого откопать?
Этковой всегда было нужно все знать. А когда ей рассказывали о моих очередных закидонах, то с удивлением смотрела на меня, словно видела перед собой не девушку девятнадцати лет, а капризного подростка в пубертатном возрасте.
И всегда качала головой. Ей всегда было сложно меня понять.
Да, они практически все, начиная с двенадцати лет, засматривались на мальчиков.
В отличие от меня.
Уж меня — то парни никогда не интересовали. А если уж начинала с кем — то общаться, то только под их давлением.
Я чувствовала себя ущербной среди обычных девочек.
— Почти сорок. Мы с ним в больнице познакомились. Он в Кемерово живет.
И снова эта мелкая пакостница!
Смотрит на меня насмешливым взглядом и довольно улыбается.
Я чувствовала себя очень неловко, когда тема заходила про Сергея.
Снова этот удивленный взгляд.
— Сорок? Серьезно? — Наташа была поражена. — Зачем тебе старый?
Я на эмоциях всплеснула руками.
— А меня как будто спрашивали, какого возраста будет мой жених! — раздраженно воскликнула я. И в то же время было очень обидно.
Почему — то именно меня осуждали за возраст моего бойфренда, когда половина маленьких девочек в то время встречались со взрослыми дядьками!
Что за несправедливость — то такая?!
— Н — да уж… — покачала головой Эткова. — Умеешь ты, Настюха, находить себе приключения на пятую точку. Хотя тебе все равно парень нужен. Тебе девятнадцать лет! У тебя же Анька в этом возрасте замуж вышла, верно?
— Ты хочешь сказать, мне тоже надо? Да кому такое ярмо на шею нужно?!
— Видимо, нужно. Если тебя даже богатый заметил.
— Да уж. Богатый!..
Валя Андрюшкина вышла из моего подъезда.
— Тебя Соня зовет. Хочет тебя о чем — то попросить, — сказала она мне.
— Ладно. Сейчас подойду.
— Сонька еще здесь? — оживилась Наташа.
— Конечно!.. — фыркнула Валька. — Куда она денется…
Наташка подбежала к моему подъезду.
Я, недолго думая, направилась следом за ней.
Я постучала в деревянную резную дверь и застыла в ожидании.
Соня отперла замки и выглянула за дверь. Ее длинные волосы были распущены.
— Валя сказала, что ты хочешь о чем — то меня попросить…
— Ах да! Ты сможешь зарядить мой мобильный? У меня зарядник только для компьютера. Мне Валя сказала, что ты сможешь мне помочь. Подожди минуту. Я сейчас тебе все отдам.
И она убежала в зал.
 
Я с интересом проследила за ней.
Квартирка — то, в принципе, вполне обычная. Только трехкомнатная.
В нашем доме не было строго одних двухкомнатных квартир.
Где — то три комнаты, где — то две, а где — то вообще одна.
Поэтому я не особо удивилась, что квартира Сониной бабушки отличается от моей.
— На, держи, — Соня вручила мне зарядник вместе с мобильником. — Как зарядишь, принесешь обратно.
И закрыла дверь.
— М — да… — произнесла я и начала подниматься на свой этаж.
Валя тем временем уже завербовала Кристину.
Они сидели на лавочке и о чем — то мило беседовали.
Везде этой Андрюшкиной надо залезть!
Я подключила мобильный Сони к своему системнику и ушла, оставив ее сотовый на своем компьютерном столе.
— Сколько тебе лет? — решила поинтересоваться, когда вышла из подъезда.
— Четырнадцать, — ответила Кристина. — В школу нах… не хожу. Предметы скучные! — продолжила рассказывать она Вальке. — Меня мамка один раз поймала, так ремнем отхлестала, что сидеть неделю не могла!
И рассмеялась. Для нее это все было поводом для радости.
— Да меня часто пи…ли. Отец с матерью вечно руку на меня поднимали. Пришла я домой однажды пьяная. Бухущая в хлам! Они мне говорят: “иди спать, утром поговорим!”. Утром встаю, они мне: “снимай штаны!”. Ну и отметелили так, что потом сидеть не могла. Я ни разу не пискнула, когда меня мутузили. На соль меня тоже ставили. Хреновая штука.
— А ты часто домой не приходишь? — Валя смотрела под ноги и что — то рисовала на земле носком кроссовка.
— Постоянно! Надоели родаки.
Я с удивлением наблюдала за их разговором, и с интересом отметила, что Валька не особо реагирует на слова новой подружки. Или делает вид.
Насколько я помню, мать ее саму постоянно избивала чем под руку попадется.
Причем прилюдно.
Мы тут всем двором битые ходили. И это считается нормой.
Типа нормально, это же воспитание!
— Да постоянно! Дома делать нечего. Кроме уроков. Поэтому на лето отправили к сестре. Я здесь уже давно обитаю. Просто раньше в этот двор не заходила. Мы с сестрой ходили на площадь. Вместе с Никитой. Ее муж меня не очень — то любит. Грит, она гулящая и непослушная. Да еще и курит! Он терпеть не может, когда бабы курят!
Прям как мой.
Но Сергей сдался под натиском моего характера.
Не всякий нормальный человек меня выдержит.
— Ты уже заходила к Соне? — поинтересовалась Валя.
— Да. Ей надо было мобильник зарядить. А вы чего повздорили — то?
— Она не захотела идти со мной на плиты. Типа там делать нечего. А во дворе скучно!
Да, после того как нашу тарзанку спилили противные бабки из моего подъезда, во дворе стало дико скучно и неинтересно.
Зато больше нет других тупых малолеток!
— Как дела у тебя с женихом?
— Нормально. Постоянно встречаемся.
— И вы уже спали?
— Ну да. А что?
— А как твоего жениха зовут? — спросила, лузгая семечки, Кристина.
— Сережа.
— И он такой седой, да? На красной машине?
— Он альбинос. Да, машина красная.
Зачем спрашивать одно и то же? Когда уже все всё вокруг знают?
— У Сони фестиваль перенесли, — произнесла после недолгой паузы Андрюшкина.
Вот те раз! Это что, еще месяц ее терпеть?!
Да не. Она же переходит в одиннадцатый класс.
— Мне мама кучу репетиторов наняла. И первого числа у меня первые занятия по английскому языку, — сказала Сонька нам с Валей.
Они как раз шли в сторону площади. И я с ними поперлась.
— А где твоя мама? Она больше вроде не приезжала.
— Улетела в Египет. Поэтому она привезла меня к бабушке. Что я одна дома делать буду?
 
Логично.
Так что, полюбому она уедет домой. Выбора у нее не будет.
Да и в глубине души я радовалась, что они разругались.