Тень (СИ)
— Интересный обычай. Есть в нём что-то правильное.
— Он больше нужен живым, нежели мёртвым. Люди любят успокаивать душу бессмысленными ритуалами. — Тень улыбнулся, но улыбка выглядела совершенно фальшиво.
— Если ты считаешь, что это бессмысленно, тогда зачем следуешь этому обычаю?
— Успокаиваю свою душу бессмысленными ритуалами. — На этот раз улыбка выглядела искренне, хоть и очень печально. — Я ведь тоже человек. Напоминаю сам себе о совершённых ошибках, о которых не имею права забывать. Да и те, кто тогда погиб, были выходцами из этого народа. Я думаю, что им было бы приятно.
— Раз ты не являешься частью этого народа, то и погибшие не должны быть тебе родными, разве это соответствует традиции? — Тень пожал плечами.
— Не думаю, что имеет значение родство крови. Память о том, о чьей смерти ты жалеешь.
— Прости, конечно, но не думал, что у величайшего убийцы в мире имеются сожаления о чьей-то смерти.
— Дело в том, что они погибли по моей вине, но я не желал их смерти. Скорее уж пытался предотвратить. Своеобразный гештальт, если ты знаком с таким понятием. — Герой кивнул. Он был знаком. — Но это, на самом деле, полный бред.
— Что именно?
— Любые сожаления о прошлом. Вещь бесполезная и отнимающая силы. Столь же разрушительная, как и чувство вины. Причём, последнее, зачастую, не имеет под собой реального основания. Хочешь совет? — Тень внезапно стал очень серьёзен, от него повеяло каким-то необъяснимым спокойствием. Словно Герой сидел перед человеком, для которого ничего не имело значения. Тален заворожённо кивнул. — Умей объективно оценить себя и ситуацию. Ты всегда должен чётко разграничивать свои ошибки и вмешательство обстоятельств, на которые ты не имел возможности повлиять. Поверь, подобная объективность экономит много сил, физических и душевных.
— Что-то непохоже, чтобы ты следовал собственным советам. — Вставил шпильку Герой. У него почти впервые появилась возможность пошутить над Тенью, и Тален не преминул ею воспользоваться.
— Ты прав. Не является ли мудрец, не способный использовать собственную мудрость, ещё большим глупцом, нежели тот, кто не имеет мудрости, но совершает правильные поступки? Впрочем, в моём случае ситуация иная. Слишком много неизвестных. Результат, к которому привело бы отсутствие моих ошибок, мог быть даже хуже, чем существующий.
— Ты же сам сказал, что сожаления о прошлом бесполезны. Так почему не избавишься от этих мыслей? Я уверен, что для тебя это не будет представлять особой проблемы.
— Ты прав. — Убийца посмотрел на небо, щедро усыпанное звёздами. Ночи на этой земле были светлыми. — Вот только, я не имею права. — Тень произнёс фразу на каком-то рычащем, но при этом довольно красивом и мелодичном языке, которого Тален никогда не слышал. — Это язык, который я считаю родным. К слову, фраза переводится примерно так: положение обязывает.
— Это мне знакомо.
— Ещё бы это не было знакомо Герою. — Хмыкнул убийца. — Избавиться от мыслей, говоришь… Легко сказать. Вот только, как бы я не пытался забыть его, прошлое всегда рядом со мной. Вечно задаёт вопросы. Шепчет на ухо, правильно ли я поступил. Пытается узнать, что и кому я вечно пытаюсь доказать. От прошлого невозможно уйти, Тален. Тебе повезло, если ты не знаком с этим чувством. Самое противное в том, что от него практически невозможно избавиться. Как бы банально не звучало, надо принять собственные ошибки и простить самого себя. Вот только, это гораздо сложнее, чем звучит.
— Ошибки дают нам шанс на рост. К тому же, всё можно исправить.
— Кроме смерти. — Озвучил Тень то, о чём не сумел сказать Тален. — Хуже смерти только смерть чужая, случившаяся по твоей вине. Если, конечно, ты имеешь такую вещь как совесть.
— Слушай, Тень… — Герой, видя состояние в котором находится убийца, хотел задать вопрос, но никак не решался. Он давно хотел сделать это, но боялся ответа, хотя не хотел признаваться в этом самому себе. Впрочем, Тален всё-таки озвучил свою просьбу, заранее готовясь к отказу. — Я давно хотел услышать о твоём настоящем прошлом. Не пойми неправильно, я не собираюсь как-то использовать эту информацию. И мне довольно затруднительно объяснить причину своего интереса, но…
— Вот уж интерес я понять могу. — Внезапно довольно искренне улыбнулся убийца. — Моя история довольна интересна. О моём прошлом можно хоть книгу писать, да не одну и читать на ночь вместо сказок. Вот только, она ничего тебе не даст. Поверь, моя история окажется для тебя совершенно бесполезной. Просто потому, что не сможешь адаптировать полученное знание под себя. А знание, не имеющее практического применения, для человека твоего характера обернётся бременем. Скажу больше, вряд ли ты в мою историю даже поверишь.
— Дело не столько в знании и вере, сколько в понимании. Я очень плохо понимаю людей, не умею читать в сердцах. Так было раньше и так есть сейчас. Но я сумел частично понять каждого члена нашего отряда. Кроме тебя. Ты самый противоречивый и, зачастую, даже абсурдный человек, которого я встречал.
— Понять меня, значит. Задача столь же бессмысленна, сколько невыполнима. Я могу удовлетворить твой интерес, Герой. Думаю этот мир не будет против, если один из его обитателей узнает правду. Вот только, у меня есть одно условие. — Взгляд Тени стал колючим. — Ты поклянёшься именем своего бога, что не расскажешь никому мою историю до того момента, как я покину этот мир.
— До момента твоей смерти?
— До момента моего ухода. Сформулируй именно таким образом, ты потом поймёшь зачем.
Герой принёс требуемую клятву, его меч на мгновение окрасился в золотой цвет.
— Клятва услышана. — Тень неуловимо изменился, на уровне интуитивного восприятия. Словно перестал сдерживать самого себя. — Нарушишь её и лишишься силы. Не только божественной, но и своей собственной. Если не повезёт, то можешь и умереть. Ладно, слушай, раз так того желаешь. Я расскажу тебе сказку о мальчишке, который получил шанс стать богом.
И Герой слушал. История Тени звучала так безумно, что он был готов поверить в неё с самого первого слова. Просто потому, что выдумать такое было невозможно. Даже если предположить, что Тень сумасшедший и всё это выдумал, то история звучало слишком логично и последовательно, чтобы такое можно было списать на безумный бред. Перед ним сидел человек, способный путешествовать по мирам. Впрочем, можно ли считать Тень человеком? Вопрос сугубо философский и ответа на него Герой знать не желал. Он не задавал вопросов и не перебивал рассказчика, пытаясь зафиксировать в сознании каждое сказанное слово. Когда Тень замолчал, они ещё долго сидели в тишине, пока Тален пытался осознать и переварить услышанное. Наконец он смог разложить по полочкам слова убийцы и у него возникли вопросы. Увидев разрешение в глазах Тени, он задал первый из них.
— И ты вот так просто отказался стать богом? Разве нельзя считать переход на иную ступень существования, недоступную всем нам, достойным итогом всей жизни?
— Ты считаешь, что я многое потерял? Что такое, по твоему мнению, бог?
— Бессмертное существо, имеющее невообразимую силу и возможности. Безграничные знания и потенциал.
— А я кто? — С насмешкой в глазах спросил Тень. — Я потенциально бессмертен, ведь не ограничен одним миром. Убей меня, и я сразу же раскрою глаза в своём доме, отряхнусь и пойду дальше. Я имею силу, неподвластную даже некоторым богам, а мой потенциал безграничен, поскольку каждая новая жизнь даёт мне ещё большее количество силы. Я способен путешествовать сквозь миры, вбирая в себя знания бесконечного количества цивилизаций. Чем же я отличаюсь от того бога, которого ты представляешь? — Герой хотел ответить, но вопрос Тени был исключительно риторическим. — А знаешь чем? Отсутствием ограничений. Как я уже говорил, боги ограничены правилами и миром, они редко могут вмешиваться, лишь даруя свою силу достойным. Я мог стать богом, но вместе с силой получил бы клетку и цепи. И не только это. Боги имеют изменённое сознание, которое не способны постичь мы, смертные. У них иные приоритеты, они не имеют эмоций, в привычном нам значении этого слова. А я желаю оставаться человеком, ощущая все преимущества и недостатки такого выбора.