Знакомьтесь: ваша будущая жена-злодейка (СИ)

Голос Лайзы дрогнул, и она кашлянула, чтобы прочистить горло. Кто-то из гостей округлил губы в беззвучном «о!», а в глазах Николаса промелькнуло уважение, смешанное с легким интересом. Я и сама ощутила прилив симпатии к Лайзе. Не каждый вспомнил бы подобного рода историю. Стыдятся обычно других вещей.
— Благодарю вас, леди Эванс, — с куда большей теплотой, чем прежде откликнулся Николас. — Что ж продолжим. Помните, что каждый вопрос позволяет мне чуть лучше узнать вас. Леди Люкрей, у вас есть подруги, которым вы доверяете?
Гвен, стоящая рядом со мной, вздрогнула и закусила губу, будто хотела проглотить слова, рвущиеся с языка.
— Нет, Ваше Величество, — проговорила она и с легким ужасом воззрилась на Вивьен. — Я никому не доверяю. Я дружу лишь с теми, с кем мне выгодно, и до той поры, пока мне выгодно это делать.
По залу разнесся шепот, в котором неодобрение можно было услышать, только если обладать хорошей фантазией. Во дворце царили свои правила игры и слова Гвен вполне укладывались в эти рамки. Осуждение признание Гвен не вызвало.
— Понимаю вас, — поморщившись, сказал Николас и тут перешел к новой жертве. — Леди Ланкраст, а как вы относитесь к конкуренткам?
Вивьен поправила упавший на лоб темный локон и, не колеблясь, величественно обронила:
— Как к врагам.
До меня с опозданием дошло, к чему клонит Николас, и я, чуть выгнув шею, нашла глазами Рози. Та комкала лимонную юбку и смотрела прямо перед собой. На ее щеках играл болезненный румянец.
«Розовые очки всегда бьются стеклами внутрь».
Да уж… если у Рози и были иллюзии относительно дружбы с двумя этими дамами, то сейчас они развеялись, как дым.
— Что это значит, леди Ланкраст?
В интонациях Николаса прорезалось что-то вкрадчивое. Теперь он почти не напоминал влюбленного в красоту луны поэта, и я даже с удивлением отметила легкое сходство Николаса с Максом.
Все-таки кровь не водица.
— На войне все средства хороши. — Вивьен пожала точеными плечиками. — Обман, манипулирование, интриги….
Гости снова одобрительно зашептались между собой. Подобного рода идеология отзывалась им и была понятна.
— Достаточно, леди Ланкраст, я вас понял. — Николас тоже скривился, будто ему стало противно, и тут перешел к новой невесте. — Леди Дейврут, ваше сердце свободно?
Рози вспыхнула, как горящий факел, и едва слышно прошептала:
— Нет.
Николас нахмурился. На его благородном лице промелькнула тень сомнения и тревоги. Гости за его спиной оживились, будто зрители в кинотеатре, которые наконец-то дождались конца рекламного блока и начала фильма.
— Кто же царствует в вашем сердце, леди Дейврут?
Я досадливо поморщилась. Конечно, я все понимаю, но рейтинг Николаса в моих глазах упал сразу на несколько пунктов. Задавать такие вопросы стоит наедине. И желательно после того, как сам вскроешь карты.
— Кто же, леди Дейврут?
Рози, казалось, стала еще меньше ростом. Ее губы дрогнули, а сама она сжалась:
— Вы, Ваше Величество.
Обронив эту фразу, она охнула и спрятала пылающее лицо в ладонях. Я посмотрела на Рози с сочувствием. Признаваться первой всегда сложно, а уж на публике…
Подождите! Так она и правда влюблена в Николаса?
«Получается так. Сыворотка бы не дала солгать».
Николас широким шагом приблизился к Рози и осторожно отвел ее руки от лица. Он склонился и что-то шепнул ей на ухо. По залу снова прокатился рокот, на этот раз явно возмущенный.
Я навострила уши, пытаясь разобраться в причине негодования титулованных гостей. Если я правильно поняла, аристократичную публику задело слишком интимное отношение Николаса к безродной конкурсантке. Им не было дела до бестактного вопроса Его Величества, но вот симпатия, которую тот и не думал скрывать, больно задевала их самолюбие.
— Ваше Величество, мы обязаны продолжить.
Спокойный, слегка равнодушный голос Макса мгновенно заставил всех замолчать. Николас едва заметно вздрогнул и резко разогнулся, отступив от Рози на шаг. Та выглядела настолько сконфуженной, что, казалось, была готова расплакаться. Я послала ей подбадривающую улыбку, но девушка ее не заметила.
 
— Да, конечно, — проговорил Николас и нервным движением взлохматил волосы на макушке. — Леди Морган, следующий вопрос предназначается вам. Ваша сокровенная мечта?
Я подобралась, как перед прыжком, а затем усилием воли расслабилась. Натянув на лицо маску романтической наивности, я изобразила смущение: закусила губу и посмотрела на Николаса из-под полуопущенных ресниц.
«Какая-то у тебя получается сексуальная романтичность, подруга! Все-таки свою природу так просто не скроешь».
Я постаралась не очень громко скрипнуть зубами и трепетно выдохнула:
— Я мечтаю всю ночь любоваться звездами, слушать шелест набегающих на песчаный берег волн, а на рассвете окунуться в воду, в зеркале которой отразятся первые солнечные лучи.
Благородная общественность замерла, не зная, как реагировать. С одной стороны, лицезрение морского пейзажа вполне подходящее занятие для невинной девушки, но вот вторая часть моего признания, с купанием на рассвете, их определенно поставила в тупик. Зуб таю, во дворце не царят пуританские нравы, но об этом не принято говорить вслух.
Краем глаза я заметила Макса. На его лице с резкими чертами промелькнуло легкое недовольство, которое тут же уступило место любопытству, стоило Николасу с интересом уточнить:
— Почему именно на рассвете?
Бинго! Я ждала этого вопроса!
— Рассветные лучи окрашивают морскую воду в изумительный цвет: смесь лазури, золота и розового опала. Поверьте, нет ничего более красивого, чем это сочетание.
Макс взглянул на меня, как на ученика, внезапно превзошедшего скромные ожидания учителя: удивление, уважение и восхищение плескались на дне карих глаз в равной степени. Уголок тонких губ Макса чуть дернулся, обозначая улыбку.
Николас же не стал скрывать эмоций: он округлил рот в беззвучном «о!», и хлопнул в ладоши раз, затем другой, а потом и вовсе громко зааплодировал. После небольшой заминки его поддержали гости, среди которых я рассмотрела маменьку. Та, обмахиваясь веером, подмигнула мне. Кажется, моя импровизация пришлась ей по вкусу.
Чувствуя себя актрисой, которую вызвали на бис, я присела в глубоком реверансе и склонила голову.
— Что ж, леди Морган, вам снова удалось удивить меня. Пожалуй, не только меня. — Николас обернулся на толпу аристократов позади себя и усмехнулся. Видимо, ему понравилась та неоднозначная реакция, что вызвали мои слова. — Позвольте перейти к новой участнице. Леди…
Дальше я уже не слышала. То напряжение, которое еще секундой ранее сжимало грудь, отпустило, и я сделала жадный вдох. До этого момента я даже не понимала, что толком не дышу. Все-таки я не знала заранее вопроса Николаса, так что пришлось креативить буквально на ходу. Ощущения было схожи с прыжком в холодную воду на глубину.
«Да ты отлично справилась! Если сам не ощущал, как тебя сейчас потряхивает, в жизни бы не подумал, что ты так волнуешься! Знаешь, у тебя точно есть шанс выкрутиться, если дело дойдет до допроса инквизитора».
Угу, ну лучше бы нам не попадать в пыточные.
Подождите, я сказала нам?
«Ты и я — одно целое, Ника. Ты начинаешь привыкать к этой мысли».
Я тряхнула головой. В прошлой жизни, в моем родном мире, у меня были друзья, но ни с одним из них я не чувствовала той странной, иррациональной близости, как с Саймоном. Это и есть связь ведьмы и фамильяра? Черт, что же я буду делать без нее, когда вернусь к себе…
Саймон надулся и никак не прокомментировал мой риторический вопрос. К слову, я прежде не задумывалась, но можно ли (теоретически) протащить через миры маленького хвостатого хамелеона? Например, в кармане, м?
 
Задумавшись о своих проблемах, я и не заметила, как испытание подошло к концу. Каждая из девушек получила вопрос и дала на него честный, исчерпывающих ответ. Кажется, другие невесты не интересовали Николаса, потому что он беседовал с ними без особого энтузиазма, как будто для галочки.