Красная Шапочка для Серого волка (СИ)

— Приедешь домой, отдохнёшь.
— Ага, — вздыхает, идя по трапу. — Но я вначале к Оле и маме. Соскучилась.
— Я тебе одну из своих машин выделил и водителя, — рассказываю ей по пути, предупреждая. — Будет тебя возить, куда нужно. Обменяетесь телефонами, чтобы всегда быть на связи. И прошу обойтись без такси. Я им не доверяю. Сколько раз видел, как они прямо за рулём засыпают.
— Не стоило.
— Мария, я так решил, кроме того, так я буду меньше волноваться о тебе, — настойчиво поясняю ей. — Для тебя ничего не меняется. Такой же транспорт, но бесплатный, и я тебе не буду надоедать лишними звонками.
— Да я всё равно только на работу, домой и в клинику. Больше никуда не хожу.
— Теперь у тебя ещё одна локация появится. Мой дом.
— Угу, — отвечает она, слегка смутившись. Но такой цели у меня не было. Лишь пытаюсь сказать, что путь в мой дом неблизкий, а я бы хотел чаще видеть Марию у себя в гостях. Не люблю я все эти общественные места. Ресторанную еду и домой заказать можно. Кинотеатр у меня дома личный.
Нет, если Маше потребуется и захочется, то мы обязательно будем выбираться куда-либо. Но в основном я не люблю чужих людей, общественные места, толпу и разговоры с теми, с кем не хочу говорить.
— Мария, я прошу извинить меня, но я не смогу тебя сегодня сопроводить, — загружаю сумки в её машину. — Мне нужно Игнатьеву передать кое-какие документы на подпись. Да и перекинуться парочкой слов.
— Конечно! — восклицает она с улыбкой. — Тем более мне нужно с мамой вначале поговорить и о тебе рассказать. Она не любит такие сюрпризы.
— Не говори ей, что я помог, — прошу девушку, взяв её за руку. — Я не хотел бы от неё той же реакции на помощь, от которой уберёг тебя. Мне не нужны женщины на коленях передо мной. Скажем ей потом как-нибудь. Когда она будет спокойна и в том состоянии, когда одного “спасибо” будет достаточно. Хорошо? — поднимаю уголки губ. — Да и, возможно, она решит, что я тебя купил этим.
— Так и будет, — соглашается девушка, сжав губы в тонкую линию.
— Давай этого избежим. Хорошо?
— Я буду смотреть по обстоятельствам, — обещает она мне и улыбку дарит.
Сажаю девушку в выделенную ей машину, целую на прощание её руку и сажусь в свой автомобиль.
Со стороны моё поведение и правда может показаться странным, но иного я пока дать Марии не могу. Со мной что-то происходит. Я всегда был решительным, твёрдым и бесстрашным. Но рядом с этой девушкой я иной. Я теряюсь.
— Вот, — опускаю на стол перед Димой документы. — Я всё подготовил. Смотри. Если устраивает — подписываем, — опускаясь в кресло перед ним. — Две ночи работал над договором и его условиями.
— Меня устраивает всё, если там есть Ева, — хмыкает, но договор всё же берёт в руки и открывает, проходясь взглядом по строкам.
Пока он читает, администратор приносит нам чай с лимоном. Разливает по чашкам, а после уходит.
— В принципе, всё хорошо, — кивает Игнатьев и, потянувшись за ручкой, подписывает документы. — Но Ева тоже будет участвовать ведь?
— Да. Я хочу, чтобы она стала немного в мои дела вникать, — отвечаю, ставя свою подпись. — Хватит ей книгами заниматься. Это нестабильно.
— Пусть занимается чем хочет, — пожимает он плечами в ответ. Но другого я от него не ожидал. Он готов ради неё хоть звезду с неба достать, лишь бы она была рядом. — Как отдых? — закрывает папку и откидывается в кресле.
— Я предложил ей отношения, — уверенно произношу.
— Мой план решил реализовать? — смеётся он.
— Нет, я на самом деле предложил ей отношения, — следую его примеру и поудобнее располагаюсь в своём кресле. — Я видел её горящие от радости глаза, Дим. И это что-то с чем-то! Влюбился в них с первого взгляда, — вздыхаю и, хмыкнув, продолжаю: — А затем я взглянул в зеркало и понял, что у меня самого рядом с ней глаза горят. Да и вообще с ней мне так хорошо и спокойно, что не хочу отпускать.
— Ну круто, старик! Поздравляю!
— Я поцеловать ее не могу, Дим, — продолжаю рассказывать. Я редко делюсь своими чувствами с кем-то, но сейчас меня разрывает. — Словно юнец, притронуться боюсь. Будто бы история с Лилей повторяется. Влюбился и кружу вокруг неё, не зная, как подступиться. Она уже смеётся надо мной, Дима! Хохочет без конца. Подкалывает.
 
— Влюбился.
— Кажется, да, — соглашаюсь с ним. — Но пока ни о чём серьёзном речи не идёт. Со своей стороны я понимаю, что буду работать над этими отношениями, чтобы не потерять её. Но она? Как себя будет вести Мария, я даже предугадать не могу.
— Это даже мило.
— Левых баб могу лапать, а с ней, как с вазой! — трещу без умолку, и друг, наверное, начинает скучать по тому молчаливому Ярику, которого он привык видеть. — И мне это нравится. Она умна, интересна как собеседник. Она не молчит, когда я что-то говорю. Спорит. Вступает в дискуссии. Пытается примеры привести. Живой, интересный собеседник!
— Пропал, старик! — довольно тянет он. — Но Машка пусть продолжает! Я знал, что вы сойдётесь.
— Правда?
— Ты просто глаза свои не видел, когда её тогда бегущую увидел, — улыбается своим воспоминаниям. — Загорелся. И я решил помочь.
— Как именно? Дал её данные? — прыскаю от смеха. Вот же помощник от бога.
— Организовал вашу первую встречу, — коварно растягивает губы в улыбке.
— В смысле?
— Ты думаешь, она просто так осталась запертой в холодильнике?
— Ты совсем? — вскакиваю. — А если бы она замёрзла?
— Человек из твоей охраны был предупреждён. Он уже шёл её открывать, когда ты на кухне появился.
— Игнатьев!
— Всегда пожалуйста, — даже капли стыда не испытывает. — Всё ради лучшего друга!
  
Глава 22. Красная Шапочка
 
Водитель довозит меня до клиники и сопровождает до входа. Помогает мне с халатом и отпускает в лифт, получив с меня обещание, что я найду его немного позже на парковке.
Палату нахожу быстро. Стоило мне назвать свою фамилию и имя, как медицинский персонал засуетился. Едва только я вышла из лифта, как на этаже меня встретила медсестра и сопроводила до ВИП-палаты сестры.
Начинаю чувствовать себя звездой какой-то. Все бегают, кофе предлагают, тапочки приносят, чтобы я не портила свой внешний вид бахилами.
— Мам, — вхожу на её половину, увидев родительницу, которая сидит около стекла, за которым видно Олю, и читает сестре сказку.
— Машенька! — кидается она ко мне, а сестра за окном машет радостно.
Обняв изо всех сил и чувств маму, машу сестре в ответ и отмечаю лёгкий румянец на её щеках. Хороший знак. Обычно она бледненькая, с синяками под глазами. А сейчас даже губки розовенькие.
— Это что на тебе? — спрашивает она, отпустив меня и разглядев мой внешний вид. — Курточка новая?
— Ага. Он купил, — поджимаю губы. — И целый чемодан другой одежды.
— Это что за отношения такие? — возмущённо интересуется. — Содержанка?
— Нет, мам, — тут же начинаю отрицать, хоть и понимаю, что со стороны всё выглядит именно так. — Он безумно странный. Купил мне это, когда мы только друзьями были. Сейчас, когда мы уже в отношениях, оказывает мне знаки внимания и заботы, но при этом ведёт себя скромно и прилично.
— Это как?
— Чай приглашает пить, — перечисляю, не зная, на чём именно акцентировать её внимание. — Водителя и телохранителя выделяет. Подарками задаривает.
— Чай пить?
— Правда чай пить. С лимоном, — улыбаюсь. — Без приставаний.
— Ты чаёк, а он коньячок с лимоном? — ищет она подвох.
— Что ты, мам?! — даже прыскаю от смеха. — Он не пьёт. Сказал мне, что его развлечение — это лимонад газированный. И он даже на своём дне рождения пил лимонад, и алкоголем там нигде не пахло! Представляешь?
— И правда странный. Все же пьют, — задумчиво тянет она.
— А он — нет.
— Рассказывай!
— Его зовут Ярослав, — сажусь, и сестра, подвинув штатив с капельницей, садится поближе к окну, чтобы всё слышать. — У него свой бизнес, который достался от отчима. Отчим умер, а мама жива. Сестра есть, которую он любит. Живёт один. Что дальше? Даже не знаю.