На жёлтый свет (СИ)
— Я… — от ужаса скрутило внутренности.
— Ты же не рассказала братцу о нашем секрете? — бывший жених оттолкнулся от дверного косяка и подошёл вплотную, вторгаясь в моё личное пространство, разрушая зыбкое ощущение, что я ещё могу спастись. — Отвечай!
— Он не знает.
Мужчина всматривался в мои глаза, ища признаки лжи и не нашёл их, судя по его удовлетворённой ухмылке.
— Умница. Сохранила ему жизнь, — он ухватил меня за волосы и потянул наверх, запрокидывая голову. От боли я стиснула зубы, но Далимову было мало, и, рванув пряди сильнее? он заставил меня закричать. — Это начало. Ты у меня научишься…
— Пусти, — цепляясь за его руку, я встала на ноги.
— Больше я такой ошибки не сделаю, — Далимов потащил меня к выходу. — Сейчас мы поедем домой. Пора начать твою дрессировку.
Неловко запнувшись о ковёр, я повисла на его руках. Рустам не оценил моей слабости и поволок за собой, намотав волосы на кулак. Отталкиваясь пятками, я попыталась подняться, но не преуспела в этом. Выругавшись, мужчина вздернул меня наверх, легко отрывая от пола, и толкнул к стене.
— Пойдёшь сама, иначе я спущу тебя с лестницы и буду пинать до самой машины. Ясно? — я замешкалась с ответом на пару мгновений, и Рустам ударил меня по лицу. Коротко, без замаха. — Отвечай.
— Ддда, — выдохнула и сплюнула на пол кровь от разбитой о зубы щеки.
Далимов брезгливо скривился.
— Ты сама виновата. Не надо меня доводить.
— Не надо играть со мной, — парировала я и заметила замешательство в его глазах. Рустам не был готов к такому ответу. — Если бы ты хотел меня убить…
Следующий удар пришелся мне в живот. Я бы упала, если бы ублюдок не прижал меня к стене.
— Но сделать тебе больно я могу, — прорычал он с жадным предвкушением. — Очень больно. Только дай мне повод.
Словно он был ему нужен. Я оставила эту мысль не озвученной. Мазохисткой я никогда не была. Удовлетворенный моим молчанием, Рустам наклонился к самому лицу. Горячие губы слегка касались моих, когда он заговорил.
— Я хочу сломать тебя, дорогая. Хочу стать твоим кошмаром. Чтобы, просыпаясь по ночам, ты кричала моё имя… — он замолчал, услышав, как я хмыкнула. Мне в очередной раз не удалось сдержаться. Не вышло.
— Ты всегда кажешься выше своего роста, — сильные пальцы сжались на моём горле. — Выше всего происходящего вокруг. Словно вся грязь этого мира не может пристать к твоим ногам. Я заставлю тебя встать на колени…
— Что тут происходит? — раздалось с лестничного пролёта. — Ты обещал, что просто поговоришь с Ники.
— Не вмешивайся, Яр, — предупредил Далимов, не сводя с меня глаз. — Тебя это не касается.
— Она… моя сестра…
— На бумаге, не забывай, — мой мучитель оскалился, поняв, что мне сделалось по-настоящему больно. Только теперь, когда я поняла, что меня предали. Точнее, продали. — Перевод отправлю на днях, — подтвердил Рустам мою догадку. Он отступил на шаг, позволяя мне сползти на пол, но я смогла устоять. Лишь закашлялась и оттянула ворот футболки.
— Твою ж… — выругался родственник и шагнул ко мне. — Ты ее ударил!
— И повторю это ещё не раз, если понадобится, — скучающе подтвердил Далимов. — Это уже не твоё дело. Ты получишь свои тридцать серебряников, а я заберу своё.
— Ники… — я мотнула головой, не в силах произнести ни слова, — прости. Я думал, что вы просто поругались, и ты психанула…
— Так и есть. Верно, дорогая, — с нажимом произнёс Рустам и протянул мне ладонь. — Иди сюда, мы едем домой.
Я понимала, что не могу отказаться. В этом доме были дети и беременная женщина. Вряд ли Далимов будет хоть сколько добр с ними, если я проявлю строптивость. Похоже, теперь и Ярик понял это. Он побледнел и отступил от меня на шаг.
— Я ошибся, — прошептал он и, словно в разы постарел. Проходя мимо, я потрепала его по плечу.
Я прощалась с ним. Одним прикосновением, дав понять, что не держу зла.
— Все мы делаем то, о чём потом жалеем, — резко бросил Далимов и крепко ухватил мою руку. — Пошли. Мы и так задержались в этой дыре.
— Скажи дяде Мише, что он не приглашён на свадьбу, — попросила я брата, не оборачиваясь. — Никого не жду.
Оставалось лишь надеяться, что в оставленном на тумбочке телефоне, Ярик найдёт номер Михо, а тот правильно поймёт моё послание.
Глава 29
Мы выбрались наружу, где стоял до боли знакомый автомобиль и пара охранников. В очередной раз поразилась самоуверенности Далимова. Он ничуть не сомневался, что не получит отпора. И не ошибся.
Настя скрылась на кухне, едва завидев нас, а брат, так и не спустился следом. Его предательство меня надломило. Наверное, он действительно не желал мне зла и решился сдать жениху, полагая, что спасает глупую девицу от опрометчивого и необдуманного шага.
Передо мной распахнулась дверь машины, и на миг в глазах водителя померещилась жалость. Она тут же сменилась абсолютным безразличием, и я не могла с уверенностью сказать, на самом ли деле уловила ту эмоцию.
— Тётя Ники! — в уши вонзился детский голосок. Я обернулась, пряча боль за маской безмятежности. — Я нарисовал тебе… Вот! — мальчишка сунул мне в руки альбомный лист и улыбнулся, демонстрируя отсутствие переднего зубика.
— Спасибо, солнышко, — легко коснувшись пальцами его волос, я отдёрнула руку, будто обжегшись. За мной пристально следила пара чёрных глаз. — Беги к маме.
Племянник стремглав бросился к порогу, на котором, переминаясь с ноги на ногу, ждала его мама. Она не смотрела на меня и, подхватив малыша, скрылась в дверном проёме.
Отвернувшись, села в машину. Рустам запрыгнул следом и бесцеремонно выдернул из моей ладони рисунок.
— Дети такие тупые, — пробормотал он с отвращением и швырнул лист на мои колени. — Мне по душе собаки.
— Сделай вазэктомию, — свернув нечаянный подарок, сунула его в карман. — Я оплачу операцию.
Далимов сухо засмеялся, запрокинув голову. Это не помешало мне сжаться, ожидая удара и жалея, что не умею быть покорной. Не с этим мужчиной. Щека после прошлого удара пульсировала, и я прижала к ней прохладную ладонь.
— Вот это в тебе особенно заводит, — недобро прищурился мужчина, подгребая меня к себе. — Ты не умеешь сдаваться, верно? Николь… — грубо сжав пальцами подбородок, Рустам приподнял мое лицо, заставив смотреть ему прямо в глаза. — Чем больше ты будешь сопротивляться, тем интереснее. Я…
— Удивишься, — закончила фразу за него и скривилась от боли.
Далимов запечатал мне рот жестким поцелуем и легко сломил сопротивление, вминая напрягшееся тело в своё. Зажмурившись, пыталась абстрагироваться от происходящего и представить, что это всё творится не со мной. Когда мне это удалось, мужчина отпустил меня и довольно хмыкнул, когда я торопливо отодвинулась от него к противоположной двери.
Всю дорогу до особняка Далимова я изучала потёртости своих джинсов и дёргала нити в прорезях. Похолодевшие пальцы плохо слушались и едва заметно подрагивали. В салоне пахло дымом и кофе, и хоть этот аромат всегда для меня ассоциировался с домом, мне никак не удавалось унять скачущее в груди сердце.
Закрыв глаза, я попыталась представить что-то успокаивающее и отчего-то вспомнила Виктора и нашу с ним поездку по дождливым улицам города. Закусив губу, я попыталась избавиться от иллюзии. Нет в моей жизни надежных мужчин. Некому доверять и незачем. У меня никого не осталось, да и не было никого. От обиды в груди сдавило, и я судорожно вздохнула.
— Почти приехали, дорогая, — известил Далимов, гнусно ухмыляясь. — У тебя теперь новая комната. Ты же не будешь против?
— Это не важно, — прошептала я.
* * * * *
Как только машина остановилась, я дёрнула ручку двери и через пару мгновений оказалась снаружи. Рядом материализовался охранник и настойчиво оттеснил меня от дорожки к дому. Искать новых врагов я не стала и, понурившись, побрела к ступеням.