Хагалаз. Восхождение (СИ)

По залу пронеслось приветственное ликование. Внезапно девушку пробрала дрожь. Согласно традиции, король или королева открывали бал танцем, но Хизер так увлеклась формальной стороной, что совсем позабыла об этом. Неужели ей самой предстоит пригласить кого-то? Да и кого? Она совершенно не знает людей в зале.
Гости ждали, освободив центральное пространство для танца. Хизер с надеждой посмотрела на Леоссара, но тот, как будто сообразив, что от него хотят, только поджал губы. Девушка мысленно выругалась. Что теперь? И дальше стоять, глазея на толпу? Нарушить традицию и велеть танцевать другим? Хизер и не помнила, когда в последний раз чувствовала подобную неловкость. Она только стала королевой и уже рекомендует себя, как непредусмотрительная дурочка.
Решение нашлось совершенно внезапно. Перед королевой возник знакомый человек. Мужчина в серебристом жилете и высоких сапогах поклонился, выставив вперёд правую руку.
— Ваше Величество, могу я иметь честь пригласить вас на танец?
Это был глава рыцарского ордена, лысый рыжебородый Егель Арфел. По выражению его лица было сложно понять истинные эмоции. Оно казалось ясным и открытым, но что-то в этом мужчине вызвало у Хизер недоверие. Она выдержала паузу, чувствуя, как смельчака изучают взглядом. Выбирать не приходилось, и единственное, что могла сделать Хизер дабы разрядить момент, — согласиться.
— Извольте.
Она грациозно протянула руку и спустилась. Мужчина расплылся в самодовольной улыбке. Девушку терзало смутное чувство тревоги, но вымучено улыбнувшись, она постаралась не выдать её. Вот ещё один повод знати почесать языками. Егель вывел королеву в центр зала. Через мгновение заиграла музыка. Хизер пустилась в танец с такой же лёгкостью, с какой не раз вступала в бой. Леоссар глядел на то, с какой жадностью рыжебородый пожирает девушку взглядом. Он подступал так близко к ней, что едва не наступал на платье. Хизер держалась невозмутимо. Маг невольно вспомнил, как единожды застал её танцующей в день Летнего солнцестояния. Девушка и тогда казалась ему прекрасной, но пленительный и вызывающий взгляд, каким она сейчас одаривала главу рыцарей, вызывал у Леоса зависть и неприязнь к потенциальному сопернику. Как глупо стать советником и не уметь танцевать! Дабы сгладить собственную несостоятельность, он взялся за фужер с вином.
Когда танец закончился, зал взорвался восторженными аплодисментами. Егель проводил королеву обратно. Его игриво-похотливая улыбка заставляла Хизер внутренне съёжиться.
— Прекрасно танцуете, Ваше Величество. В вас, должно быть, скрыто много талантов.
— Талантливый человек талантлив во всём, — холодно отозвалась она.
Мужчина усмехнулся. Бал пошёл оживлённее. Теперь и гости пустились в пляс. Хизер села на трон и немного расслабилась, надеясь, что её роль на сегодня отыграна. Кто-то из слуг любезно преподнёс ей кубок с вином. Девушка приняла его и бросила в алую жидкость оникс. Этот жест заметил только Леоссар, однако допрашивать королеву не стал и даже не решился приблизиться к ней. Хизер кольнула досада. Она задержала на маге пристальный взгляд, но тот сделал вид, что увлёкся закусками. Впрочем, заскучать королеве не дали. К ней то и дело подходили люди, чтобы отрекомендоваться, приносили подарки, клялись в расположении и верности. Хизер встречала каждого банальным набором любезностей и несколько встрепенулась лишь единожды, когда вдруг мужчина, не назвавший имени, странно усмехнулся и приветственно поклонился ей. Хизер выпрямилась и чуть подалась вперёд, выказывая заинтересованность.
— Лорд Арравел, рада вас видеть.
— Взаимно, Ваше Величество. Уж где не рассчитывал встретиться, так это здесь. Вы… умеете удивить. До такой истины не докопался бы даже я. Прошу прощения за мою прежнюю грубость, надеюсь, вы не злопамятны. — Мужчина обаятельно улыбнулся и, несмотря на то, что прежде лорд вызывал у девушки скорее отторжение, его знакомое лицо в толпе стало для неё маленькой радостью.
— Не беспокойтесь. Мне не на что злиться, ведь это вы спасли мою жизнь. Я премного благодарна, и поверьте, в долгу не останусь.
 
— Что вы, не стоит. Я отлично заработал на вашем финальном бое. Благодарю за то, что не разрушили надежд.
— Это было не ради вас.
— Знаю. Все велары бьются за себя, но… мне нравится думать, что с кем-то у меня была особенная связь. В дружеском смысле.
Хизер улыбнулась.
— Как с Блэйром?
— Как с Блэйром, — подтвердил мужчина. — Приятного вечера, Ваше Величество. Надеюсь, правление ваше будет мудрым и долгим. Ревердас уже устал от смены власти.
Арравел удалился к гостям, и только тогда Леоссар, наконец, осмелился подойти.
— Старый друг? Смотрю, с ним ты была особенно любезна.
Хизер бросила на мага острый взгляд.
— Это всё, что ты можешь? Просто смотреть?
— А чего ты ожидала? Что я кинусь в пляс? Брось, я не умею, и мы оба это знаем. К тому же в зале куча людей, которые желают переговорить с тобой с большей силой, чем я.
— Так убирайся к тем, кто не желает. — Хизер пригубила вина.
— Я не это имел в виду. Просто… ладно, Ваше Величество, давайте не будем ссориться, а то тоска смертная загрызёт.
— Да… давайте не будем.
Хизер удивилась тому, насколько легко ей далось прощение Леоса. Может, сказалась усталость, а может, она и впрямь не винила его за эту крохотную дерзость. Маг опустился неподалёку, и девушка кратко рассказала ему о знакомстве в тюрьме, услуге Арравела, и любопытство мага было удовлетворено. Никто из присутствующих не решался пригласить королеву на танец, да Хизер и сама не жаждала лишнего внимания.
Уже после того, как гости разошлись, а слуги закончили с уборкой, Леос спустился в залу, потянулся и взглянул на сидящую в задумчивости Хизер.
— Что-то мы задержались, всё тело ломит. Балы утомительны и скучны. Ты не собираешься спать?
— Собираюсь, — тихо отозвалась она, поднялась и почувствовала, как загудели уставшие ноги.
— Тогда доброй ночи. — Мужчина направился к выходу.
— Леос, постой.
Маг обернулся и вопросительно взглянул на девушку.
— Что-то не так?
— Ты задолжал мне танец, так что не надейся просто так уйти.
— Я ведь уже сказал, что не умею…
— Боюсь, это непросительное оправдание. — Девушка медленно спустилась. — Иди сюда, встань напротив.
— Хизер…
— Откажешь королеве?
Маг устало вздохнул, но вспомнив выражение лица рыжебородого, решительно приблизился к девушке. Взявшись за края платья, Хизер слегка присела.
— Отведи за спину руку и поклонись. Хорошо, теперь возьми меня за руку, поворот, шаг, поворачивайся обратно. Теперь за вторую руку, шаг в бок, обратно, шаг назад, касайся только пальцев, чтобы я могла сделать разворот.
Маг в точности выполнял все указания. Этот танец оказался проще, чем тот, что они танцевали на празднике, поэтому Леос без особого труда запомнил ряд движений. На втором круге он выполнял их почти без подсказок. Они танцевали без музыки в полумраке зала. Уставшая и чуть захмелевшая Хизер напомнила магу себя прежнюю, ту, с которой он спал в одной палатке, с которой ежедневно бился на мечах. В конце она прильнула к нему, не побоявшись смять платье. Леос осторожно приобнял девушку за плечи, и вспомнил, как заплакала она в ночь перед тем, как сбежать на арену. Действительно ли любила его? Была ли ещё жива та любовь, которую он отверг?
— Время позднее. Я провожу тебя в покои, позволишь?
Хизер кивнула. Маг взял её под руку и вывел из залы.
  
Глава 42 Битва
 
Харон поёжилась от резкого порыва ветра. С наступлением сумерек значительно похолодало, впрочем, ночь обещала быть жаркой, и девушка мечтала лишь о том, чтобы продлить безопасные мгновения. Приготовления подходили к концу, воины занимали позиции. Родриго Миран в последний момент решил остаться с лучниками, положившись на то, что лорд Харес возьмёт на себя командование по ту сторону реки. Харон оставили у центральных ворот, Августа отправили к западным. На случай, если маги прорвутся, они должны будут поспособствовать их уничтожению, задержать, превратить в доступные мишени. От стрелы в голову умрёт и Иннун, их не так уж много, но отчего-то Харон терзало тревожное чувство. Она всю жизнь занималась тем, что искала среди преступников себе подобных, и никогда не была одна. Все те казни, что были учинены Белым оком — работа пятерых, но противостоять врагу в одиночку, доверившись людям… Девушка и представить не могла, что когда-нибудь окажется на поле боя. Наверное, то же самое чувствуют велары, выходя на арену.