Дать боссу (по носу) (СИ)

Руки безумно устали, поскольку ими мне постоянно приходилось подтягиваться, да и локти тоже довольно быстро пришли в негодность, и теперь один из них неприятно саднил. Но это были мелочи по сравнению с тем страхом, который я испытывала.
И вот, наконец, я увидела впереди себя забор. Оранжерея упиралась прямо в него, так что мне оставалось ползти всего пару метров.
Я уцепилась руками за последние две балки, подтягивая к ним туловище, как вдруг поняла, что моя нога проехалась по чему-то острому. Я не успела даже охнуть, когда поняла, что моя штанина зацепилась за гвоздь. Я дернула ногой один раз. Второй. Ничего не помогало. В любой миг мог прибежать охранник и затребовать объяснений. Мне некогда было думать о том, как я буду выглядеть, когда доберусь до Фернандо. Мне просто надо было добраться до него. Я со всей силы дернула ногой, чувствуя, как в одно мгновение расходятся швы на брендовых джинсах. Пусть так, но зато я была свободна.
Теперь я двигалась с новыми силами, стараясь не останавливаться и не оглядываться назад. Штаны точно были порваны, но зато я была у финиша.
Когда ноги коснулись твердой земли, я испытала, вероятно, самое большое облегчение в жизни. Однако мой путь на этом только начинался.
Поправив штанину, которая была порвана до середины бедра, я бегом припустила в сторону оживленной дороги, где можно было поймать такси. Мне удивительно повезло — адрес Фернандо был единственным, который я знала. Еще со времен, когда я планировала сбегать от него в аэропорт, пришлось изощряться, чтобы найти ближайшую к его дому в горах автобусную остановку. Поиски не прошли даром — его адрес, казалось, я не смогла бы забыть уже никогда.
Прошло еще немного времени, и мне все же удалось поймать такси. И уже минут через десять я мчала на полной скорости к дому Фернандо.
***
Спустя минут сорок такси остановилось у знакомых ворот. Все тот же сухой куст терновника и безжизненные хазмофиты, но почему-то сейчас я была сказочно рада оказаться здесь вновь. Неизвестно, откуда взялось чувство ностальгии, словно я провела в этом доме много лет. Наверное, я просто перенервничала, и теперь все вызывало у меня такие бурные эмоции.
Я подошла к воротам и, нащупав в темноте звонок, нажала на кнопку. Каждый гудок заставлял меня нервничать все больше. Разумеется, я приехала сюда, чтобы сказать Фернандо правду, но что-то внутри заставляло сомневаться в своем решении. Что бы я делала, если бы Фернандо не так меня понял или, еще хуже, даже не стал меня слушать? Меня уже даже пугало не столько скорое возвращение Филиппа в дом, в котором меня не окажется, сколько страх, что Фернандо просто отправит меня на все четыре стороны, едва услышав мой голос в домофоне.
Прошло примерно полминуты, и я уже собиралась отключаться, чтобы звонить снова, но внезапно услышала тонкий писклявый голосок в динамике. Не узнать Стеллу было невозможно.
— Если это ты, то можешь сразу уходить.
— Нет, это не я, — тут же ответила я, надеясь, что она не отключится после моих неуместных шуток. — Мне надо поговорить с Фернандо, — сказала я более серьезно.
— Зачем тебе с ним разговаривать?
— Стелла, я понимаю, я не нравлюсь тебе, но я точно также не нравлюсь и твоему парню, потому не переживай, я просто передам ему кое-что важное по работе, — я старалась быть максимально вежливой, учитывая, что от этого разговора зависело не только будущее Фернандо, но и мое.
— Скажи мне, я передам ему.
— Отлично, передай тогда, что Жизель ждет его у ворот, — попыталась выкрутиться я.
— Он не может выйти, — девушка замялась — она явно искала причину его недоступности, — он в спальне… и он привязан.
— Боже, — я сделала испуганный голос, — зачем ты привязала Фернандо? Теперь я точно должна войти и освободить его.
— Ты! — недовольно закричала девушка, а я еле сдерживалась, чтобы не засмеяться, хотя понимала, что сейчас она мой единственный шанс поговорить с Фернандо. — Убирайся. Я знаю, зачем ты пришла. Но ты не получишь моего мужчину, — а потом я услышала глухой стук, и голос Стеллы исчез. За ним пришла тишина. Она просто кинула трубку.
 
Я понимала, насколько глупо будет пытаться дозвониться ему снова. На страже стояла Стелла, которая наверняка дала охранникам команду не подпускать меня к дому.
Я призадумалась, внимательно осматривая забор дома Фернандо. А что, через один уже перелезла сегодня — опыт есть. Однако тут же опомнилась. Все-таки я жила не в фильме про супергероев, а значит прыжки по крышам и заборам могли продолжаться ровно до первого перелома, который, к сожалению, не зажил бы от свойства сверх регенерации. Да и этот забор казался неприступным.
Я присела на небольшой скальный выступ прямо около входа и огляделась. Один тусклый фонарь, пустая дорога и голые скалы. Не так я представляла себе эту поездку. Странно, с чего я вообще взяла, что Фернандо станет говорить со мной после того, что я сказала ему? Тем более, почему я решила, что он будет один? Только сейчас до меня дошло, каким тупым был мой план. Заявиться посреди ночи к мужику, которого едва знаю, вытащить его из постели с девушкой, чтобы сообщить бизнес-новости! Я закрыла лицо руками, понимая всю нелепость происходящего. А ведь Стелла оценила ситуацию даже адекватнее меня.
Я начинала терять самообладание. Через пару часов мы возвращались в Нью-Йорк, в который меня везли, словно опасного преступника, без телефона, без денег и без шансов вернуться назад. Я проделала такой путь. Вопреки запретам Филиппа сбежала из дома, порвала джинсы Дольче Габанна, и теперь просто опустила руки. Нет, мне не нравился такой расклад.
Я вновь принялась осматривать забор. Должен же быть способ попасть внутрь. В конце концов, это же не колония строго режима, не Букенгемский дворец и даже не президентская дача.
Стена, которая отделяла меня от заветного дома, была не просто высокой — наверху ее обрамляли металлические пики. Одним словом, дом Фернандо казался мне неприступной крепостью.
И тут вдруг в паре метров от себя я увидела раскоряченное дерево, забившееся между скал. Оно было невысоким, не больше двух метров в высоту, однако мне вполне могло хватить этого, что забраться на стену.
Я подошла ближе, рассматривая его на пригодность, чтобы использовать в качестве лестницы. Судя по крепким массивным ветвям и не менее мощным корням, пробивающих даже безжизненный камень, это был скальный дуб. И как я не заметила его сразу?
Я еще раз окинула взглядом стену, мысленно пожалела свои колени и руки, которые и так уже были стерты в кровь, а затем поставила одну ногу на нижнюю ветку дуба и начала подъем.
Одной рукой я опиралась о стену, другой хваталась за густую крону дерева. Так я неспешно переставляла одну ногу за другой и довольно быстро достигла нужной высоты. Теперь оставалось лишь аккуратно, чтобы не слететь вниз, подтянуться на заборе и перелезть на другую сторону. Это было непросто, учитывая, что дерево росло достаточно далеко от стены, и чтобы достать до верха и ухватиться за один из пиков, нужно было прыгать. Ну почему опять я куда-то лезу? Почему со мной вечно происходит треш?
Между деревом и стеной было не больше одного метра, зато под ногами их было значительно больше, да и в случае падения я бы приземлилась на твердую скалу. Именно поэтому падать не особо хотелось. Однако и сдаваться я не собиралась.
Приготовившись к прыжку, я сделала несколько движений, разминающих кисти и голеностопы, и внимательно прицелилась к пике, за которую нужно было ухватиться. Наконец, я оттолкнулась и прыгнула.
Прошла секунда — и я уже болталась на стене, держась за одну из пик. Мне катастрофически не хватало сил, чтобы подтянуться, и я просто беспомощно висела, стараясь не упасть. Я сделала рывок, чтобы ухватиться за вторую пику, но не смогла. Смотреть вниз не хотелось, да и в темноте я бы все равно не увидела, что творится у меня под ногами. Силы заканчивались, а залезть наверх у меня так и не получилось.