Несущий смерть

Кроме того, необходим полный детальный отчет о каждом из убийств. На столе перед Анной были разложены папки: Донни Петроццо, Стэнли Лемур, Джулиус Д'Антон и Фрэнк Брендон. Придется еще раз встретиться с патологоанатомом, делавшим вскрытие всех четверых. И еще, вооружившись последней фотографией Фицпатрика, заново допросить Сайласа Роуча и его приятеля Делроя Плантера. Их показания о том, что убийцей Фрэнка был Донни Петроццо, могут оказаться ложными.
Анна так яростно жевала кончик карандаша, что разгрызла его в мелкие щепки и теперь отплевывалась, не прерывая размышлений. Если дело дойдет до ареста Фицпатрика, улик недостаточно: есть подозрение, что он причастен к убийству Фрэнка Брендона, Джулиуса Д'Антона и, само собой, Дэвида Раштона, однако неясно, он ли убил Донни Петроццо и Стэнли Лемура. Разгрызая следующий карандаш, Анна нервно постукивала ногой по краю стола. Наверняка известно лишь одно: Донни Петроццо, Джулиус Д'Антон и, возможно, Дэвид Раштон умерли от передозировки фентанила.
Анна написала в блокноте слово «фентанил» и подчеркнула его. До сих пор нет доказательств, что Фицпатрик ввозит наркотик в страну. Даже если Делрой и Сайлас опознают Фицпатрика, нельзя опираться на показания двух наркоторговцев. Ни на ферме, ни в Уимблдоне следов наркотика не обнаружено.
Анна откинулась на спинку стула. Прошлой ночью она почти не спала и сейчас почувствовала, что выдохлась. Крепко потерла виски и выбросила изгрызенный карандаш в корзину. Количество жертв все растет, а они без толку тычутся во все стороны, как слепые котята. Если не удастся ничего выжать из двух торговцев, может оказаться, что они сами себя загнали в тупик. Она вернулась к записям об убийстве Фрэнка Брендона и подчеркнула слово «мицубиси». Нужно точно выяснить, когда машина перешла к Фрэнку. Известно, что он арендовал для нее гараж в Уимблдоне; известно также, что машина была в угоне, а потом Стэнли Лемур ее продал.
Анна пошла к Каннингам посоветоваться, но у двери ее кабинета столкнулась с выходившим оттуда Филом.
— Ее не будет до полудня — личные обстоятельства.
— Черт!
— Да уж, но придется двигаться дальше. Доставим Джулию Брендон для допроса, как велела Каннингам.
— А Ноланов — Гонор и Дамиена?
Фил пожал плечами:
— Было бы удобнее поехать туда и допросить их в тамошнем отделении — обыск еще не закончился.
— Я поеду.
Фил взглянул на нее:
— Я жду ответа из лаборатории: если на простынях, изъятых с фермы, кровь Фицпатрика, Ноланов можно арестовать. Если нет — придется ограничиться допросом.
— Фил, я уверена, что нужно еще раз допросить наркоторговцев — на этот раз предъявив им фотографию Фицпатрика.
— Я как раз еду в отдел по борьбе с наркотиками. Сэм Пауэр завозникал, что доставка их к нам обойдется слишком дорого: машина, охрана, дорога туда и обратно.
Анна кивнула:
— Нужно точно узнать, кого убили первым: Стэнли Лемура или Фрэнка Брендона. Оружие в обоих случаях одно и то же.
— Как же, припоминаю — «глок», — обиженно ответил он.
— Возможно, они наврали насчет Донни Петроццо, и стрелял не он, хотя в притоне был. Кроме их слов и отпечатков, у нас пока ничего нет.
— Точно. — Фил посмотрел на нее. — Что-нибудь еще?
— Да нет. Я пытаюсь выстроить последовательность убийств по датам и времени. Просто не знаю, за что хвататься.
— Вот именно. Дело разрастается с каждым днем. Привлекли дополнительные силы, но без большого результата. А от нее, — он кивнул в сторону кабинета Каннингам, — вообще никакого толку.
Анна сделала вид, что не поняла намека.
— Что ж, поехали дальше. Работаем вместе, Фил.
Он криво улыбнулся. Анна знала, что «вместе» ему не понравилось, но он это проглотил.
— Вместе так вместе, Тревис.
Анна направилась в совещательную поговорить с Памелой Медоуз, занимавшейся убийством Стэнли Лемура. В комнате почти не осталось свободного места: все было занято шкафами для документов, тележками, доверху нагруженными разными папками, и полицейскими, которых привлекли дополнительно, — их столы стояли впритык друг к другу. Дежурные с трудом поддерживали порядок.
 
Памела указала на стол в дальнем конце комнаты, за которым сидели два детектива, разбиравшие гору грязных папок в растрепавшихся обложках. Это оказались конторские книги Стэнли Лемура за много лет — просмотрев их, детективы сумели найти первоначального владельца «мицубиси».
— Мне нужна точная дата, когда машину забрали из гаража Лемура, — проинструктировала их Анна. — И все подробности о том дне, когда его в последний раз видели живым, плюс точное время смерти.
Она подошла к дежурному офицеру и передала ему список дел на сегодня: еще раз допросить жену Джулиуса Д'Антона, выяснить точные даты, когда она его в последний раз видела, еще раз уточнить даты ярмарки антиквариата, которую он посетил, и его визита в антикварный магазин, а также дату, когда его фургон отбуксировали в автосервис в Шиптон-на-Стауре. Кое-какая информация у них уже есть, нужно только все занести на доску. Еще нужно добавить туда время смерти Донни Петроццо и указать дату, когда Фрэнка Брендона в последний раз видели живым, рядом с датой стрельбы в притоне в Чолк-Фарм. Тело Дэвида Раштона еще не вскрывали, но Анна попросила написать его имя в ряду имен остальных жертв.
Потом она велела Гордону составить график по яхте «Вызов дьяволу»: когда ее сдавали внаем и когда продали. Возвращаясь в кабинет, она заметила, как в совещательной устанавливают две чистые белые доски, на которых крупными буквами написано: «Время / График». И подумала, что кое-чего добилась, хоть и пришлось превратить совещательную в учебный класс, с информационной доской вместо классной и фломастерами вместо мела.
Тело Дэвида Раштона было в морге. Утром Эван Филдинг произведет вскрытие. Детективу-констеблю Памеле Медоуз выпала неприятная обязанность известить вдову Раштона об убийстве мужа. С нею поехал еще один сотрудник из команды; они получили разрешение на изъятие всего, что, по их мнению, имеет отношение к расследованию.
Ленгтон заранее позаботился о том, чтобы дело пока не получило широкого освещения в прессе: хотелось до поры до времени сохранить все в тайне. Больше всего Ленгтон опасался, как бы в прессу не просочились сведения о том, что главный подозреваемый — Александр Фицпатрик. Узнав об этом, ФБР могло вмешаться и попытаться оказать давление на следствие, а Ленгтон надеялся этого избежать. Никто из членов команды еще не понял, что с сегодняшнего дня Ленгтон полностью включился в работу: дело слишком разрослось, и он принял решение, что Каннингам с ним не справится, — ей требуется помощь, а команду пора приструнить.
Первым его хватку почувствовал Фил, когда Ленгтон взял его в оборот, сообщив, что допрос двух наркоторговцев они проведут вместе. Ленгтон был уверен, что, раз у них теперь есть фотография Александра Фицпатрика, один или оба торговца опознают его. Работать нужно совместно с отделом по борьбе с наркотиками: Ленгтон вовсе не собирался вызывать их недовольство. Если получится, с торговцами нужно попытаться договориться — и тут может помочь Сэм Пауэр, нажав на них, чтобы они начали давать показания. Пока им предъявляли обвинение в хранении и сбыте наркотиков; если к этому добавится обвинение в убийстве, им светит очень долгий срок.
Фил никогда прежде не работал с Ленгтоном и теперь, сидя рядом с ним в патрульной машине, чувствовал себя не в своей тарелке. Сначала Ленгтон вцепился в смартфон, с бешеной скоростью отправляя сообщения, — его пальцы летали по миниатюрной клавиатуре со скоростью молнии. Затем открыл окно и закурил сигарету. Под пристальным взглядом Фила глубоко затянулся три-четыре раза и вышвырнул сигарету в окно. Открыл дипломат, вытащил копии показаний торговцев, быстро просмотрел их и снова убрал в дипломат, что-то бормоча, потом негромко сказал:
— Начнем с Сайласа Роуча.
Фил кивнул. Он заметил, что Ленгтон все время потирает правое колено, словно пытаясь уменьшить боль.