Не друзья (СИ)
В выходные я еду в гости к Асе. Они с семьёй выбрались за город. Шашлыки, вино, музыка и задушевные разговоры. Это именно то, что нужно, чтобы не сойти с ума в одиночестве. Сестра сразу же предупреждает: помимо Коли и мальчишек будет присутствовать лучший друг её мужа. Меня не пугает это. Будет так будет.
Дача у сестры небольшая, но ухоженная и чистая. Зелёная лужайка, качели, детский бассейн и песочница. А ещё прекрасная просторная веранда с плетёным столом и стульями.
На улице сегодня ветрено. Я кутаюсь в клетчатый плед, делаю глоток вина. Тело расслабляется, мысли становятся не такими навязчивыми. Я часто думаю о том, чем занят Тихомиров. Позвонить и задать вопрос в лоб по-прежнему не решаюсь. Вдруг он опять меня оттолкнёт? Это будет невыносимо…
— Твоего Тимурыча, наверное, инфаркт хватил, да?
— Я бы так не сказала. Но он обеспокоен тем, как я поведу себя с наследством. Сейчас мой адвокат занимается оформлением документов.
— Молодец, что не отказалась!
— Это моя маленькая месть за «Креатив», — усмехаюсь я.
В деталях вспоминаю тот день. После встречи у нотариуса свекровь настойчиво звала в гости, только я отказала. Было немного непривычно, и первое серьёзное «нет» так и норовило смениться на «да». Всё потому, что Эмилии Альбертовны всегда было много в моей жизни.
Мы с сестрой продолжаем обсуждать Айдаровых. Она откровенничает. Признаётся, что недолюбливала их. Считала навязчивыми, настырно лезущими в нашу с Тимуром семью. Я пожимаю плечами и делаю очередной глоток вина. На тот момент я не знала, что может быть иначе, и воспринимала это как заботу обо мне и муже.
— Девчонки, а вот и мясо! — сообщает друг Николая, Владимир. — Как говорится, с пылу с жару.
— Вау! Вот это аромат! — восхищается Ася и, играя бровями, смотрит в мою сторону.
— Можете оценивать. Я за второй партией!
Владимир уходит, а сестра тут же садится рядом и начинает рассказывать обо всех его достоинствах. Не пьёт, не курит. Работает, как и Коля, в автосервисе. Это означает, что моя машина всегда будет на ходу. Ранее был женат, но развёлся год назад.
— Попробуй, боже! — восклицает Ася. — Что тебе стоит? В разводе, в самом расцвете сил! Красивая, умная.
— Прошу, только не надо заниматься сводничеством. Я сама как-нибудь определюсь с тем, что мне делать.
— Окей. Но учти, что ни на Айдарове, ни на Тихомирове мужчины не заканчиваются. Только по сторонам оглянись.
На этом разговор мы заканчиваем и переключаемся на другие темы.
Я прекрасно провожу время. Вдоволь наедаюсь, выпиваю много вкусного вина. Смеюсь от души и расслабляюсь. Наверное, впервые за долгое время напряжения и замкнутости становится спокойно и легко.
Сестра предлагает остаться ночевать у неё на даче, но я отказываюсь и начинаю вызывать такси. Приложение пишет, что время ожидания больше часа.
— Владимир тебя довезёт, — командует Ася. — Он не пил, живёт недалеко от тебя. И не маньяк — это точно. Захочешь — сама пригласишь его к себе в гости.
От мысли, что ко мне будет прикасаться другой мужчина, бросает в дрожь. Нет, нет и ещё раз нет. Моё тело всё ещё помнит ласки и прикосновения Богдана. В сексе он такой разный. В один момент чувственный внимательный любовник, в другой — чистый зверь, который действует на одних инстинктах. Грубый, страстный, нетерпеливый, до чёртиков заведённый. Это мне в нём всегда нравилось.
После недолгих попыток вызвать другую службу, понимаю, что уехать на машине с другом Коли будет не самым плохим вариантом. Поцеловав сестру на прощание, я сажусь на переднее сиденье форда и пристёгиваю ремень безопасности.
— Я осторожно еду, не волнуйся, — произносит Владимир, заводя двигатель.
— Я не волнуюсь. Всегда пристёгиваюсь — привычка.
Внешне мужчина вполне в моём вкусе. Высокий, широкоплечий. Тёмные волосы, зелёные глаза и густая щетина на лице. Он тоже меня оценивает. Всю дорогу пялится на глубокий вырез платья. Начинаю думать, что Ася, похоже, бежала впереди паровоза, утверждая, что он не маньяк. Иначе почему я чувствую себя неловко в его присутствии? Почему мне неприятны эти липкие взгляды? Почему не хочется, чтобы кто-то, кроме Богдана, на меня настолько жадно смотрел? Господи, я так по нему скучаю. Очень-очень сильно. Аж в груди колет.
— Ася сказала, что ты развелась? — спрашивает Владимир, нарушая тишину в салоне.
Хоть бы музыку включил.
— Да. Совсем недавно.
— А я год назад. У тебя что произошло?
— Мне изменил муж со своей помощницей. Я застукала их.
— Вот урод, — сообщает Владимир с презрением. — А моя жена сказала, что разлюбила. Я, блд, всё для неё делал: впахивал как проклятый, только бы на цацки и курорты хватало. Дома убирался, мыл посуду, полы, заботился, цветы охапками носил. А она разлюбила… Разве из-за этого разводятся?
— Не знаю… — пожимаю плечами.
Он говорит о жене с такой горечью, что у меня сжимается сердце. Его чувства ещё не остыли. Год прошёл, а Владимир до сих пор не может отпустить ситуацию. И это нормально, наверное. Каждый человек по-разному переживает развод. Я, благодаря Тихомирову, отделалась очень легко. Он окружил меня таким вниманием и заботой, что думать о муже практически не было времени. И, если бы не суд и раздел имущества, я и вовсе не вспоминала бы о Тимуре…
Автомобиль заезжает во двор. Я надеваю сумочку на плечо, одёргиваю платье. Понимаю, что находиться наедине с чужим мужчиной мне совсем не нравится. Не могу сказать, что Владимир плохой. Нет, он очень даже хороший. Судя по рассказам сестры и его самого, хозяйственный и семейный, а ещё трудолюбивый.
— Оставишь свой номер, Свет? — просит он, заглушив двигатель.
— Вов, извини…
— Почему? Не спеши отказывать! Мы могли бы помочь друг другу пережить развод.
— В моей жизни уже есть человек, который очень-очень мне помог и был рядом в непростое время. Уверена, что ты тоже встретишь девушку, которая залечит твои душевные раны.
Я выхожу из машины, нахожу в сумочке ключи. В квартиру захожу, буквально падая от усталости.
Разблокировав телефон, натыкаюсь на сообщение от Аллы Владимировны. Чёрт, я так расслабилась, что не услышала раньше! А ведь оно отправлено два часа назад. Пульс зашкаливает, а кончики пальцев покалывает от волнения, когда я открываю его…
Глава 45
— Толик совсем с катушек слетел, — жалуется мама. — На прошлой неделе его в очередной раз попёрли с работы за пьянку. Я всё пыталась подыскать ему новую, но разве у нас в Поляне что-то годное найдёшь? Перебивается с шабашки на шабашку: кому-то крышу починит, кому с огородом поможет, кому дачу построит. Деньги пропивает… Я по соседям ходила, чтобы одолжить Дарине на первое сентября! У неё рюкзак порвался, и тетради нужно купить, а в магазине зарплату задерживают.
— Почему мне не позвонила? — тихо спрашиваю, делая глоток чая.
— Ты и так часто нам помогаешь. Уже неудобно.
— А у соседей удобно?
Сегодняшняя поездка к маме была очередным порывом. Я накупила игрушек, гостинцев, одежды и отправилась в гости в Красную Поляну.
Тянусь к сумочке, которую поставила на угловой диван, достаю кошелёк и отсчитываю купюры. На днях мы с Тимуром с помощью адвокатов урегулировали вопрос наследства. Это было непросто и отнимало много личного времени. Пришли к тому, что он оставляет в покое «Креатив» и вдобавок выплачивает мне приличную сумму денег за долю в «Венте». Деньги пока не поступили на счёт, но этот вопрос, к счастью, полностью решён.
— Вот, — протягиваю маме купюры. — Здесь должно хватить…
— Ой, ну что ты, Свет! Так много!
Она качает головой, но деньги принимает и прячет их в карман цветастого халата.
— Спасибо тебе…
— Если вдруг что-нибудь нужно, не стесняйся. Звони.
Потому что я до сих пор, словно маленькая, с нетерпением жду твоего звонка. По любому поводу.
Этого я вслух, конечно же, не произношу.