Bittersweet (СИ)

— Когда в Тамаранг прибудет посланник?
— Завтра.
— Значит, у нас остаётся всего один день, чтобы каким-то образом проникнуть в неприступный дворец, зайти в сокровищницу и забрать самый ценный артефакт во всех срединных землях, а затем как-то выйти обратно.
— Это оказалось тяжелее, чем предполагалось, Зедд, но выбора нет. Если Рал обретёт магию Одена, то всему миру наступит конец, — сказал Ричард, внимательно смотря на Зедда, но, к его удивлению, последний оставался спокоен.
«Такое ощущение, что его спокойствие вызвано уверенностью в собственных силах и в успехе плана», — подумал Ричард, ожидая ответа Зедда.
Прошло ещё несколько волнительных мгновений. Вдруг Зедд заговорил: — Когда кусок не по зубам, разрежь его на два. Ричард бросил на него удивленный взгляд — волшебник всегда любил говорить загадками.
После короткой паузы, тот уверенно продолжил:
— Ричард, ты вместе с Кэлен задержишь посланника Рала, а я пройду в замок и заберу шкатулку
— Как? — заволновался Ричард.
Зедд не ответил, а достал из своего рукава небольшой свиток белого завернутого пергамента и протянул его Ричарду, намекая, что ответ кроется там.
Ричард развернул свиток и без лишних вопросов принялся читать вслух:
— 10 золотых артисту, который сможет доказать, что достоин выступать на приеме по случаю дня рожденья Её Высочества принцессы Виолетты.
Кэлен скептически вскинула бровь:
— Артист? А причем тут ты, Зедд? В чем суть плана?
— Разве ты знаешь кого-то более артистичного, чем я? — промолвил Зедд с легкой досадой в голосе.
***
Тамаранг. Тронный зал.
Тем временем в Тамаранге проходил отбор на роль артиста, который должен был присутствовать на дне рождения принцессы.
Это продолжалось уже несколько часов. Виолетта сидела посередине зала на большом троне, почти ничем не уступающем в роскоши королевскому.
Принцессе было скучно от вида приходящих и уходящих артистов, от которых она отмахивалась, как от назойливых мух.
Никто не мог её впечатлить, и чем дольше Виолетта сидела на троне, сохраняя каменное выражение лица, тем сильнее ей казалось, что уже никто и не сможет внести какое-то разнообразие. При этом, встать и уйти не позволяла обязанность кого-нибудь выбрать. Она поджала губы при виде новопришедшего и даже хотела закрыть глаза, чтобы вздремнуть.
В зал вошёл Зедд, который решил представиться Рубеном Рыбником — великим кукловодом, позже он поклонился со словами:
— Приветствую вас, Ваше Высочество. Принцесса кивнула и легонько зевнула.
Мгновение, и вдруг Зедд резко согнулся, стащив со своей необутой ноги старый грязный чулок. Когда артист поднял глаза на принцессу, то увидел, что она за ним внимательно наблюдает — заинтересовалась, и вся скука сошла с её лица.
Зедд невозмутимо продолжил. Натянул чулок на свою руку и задвигал пальцами, изображая рот.
— Принцесса Виолетта, я мистер Чулок. С днем рождением вас!
Виолетта расценила это как наглость и неуважение в ее сторону, поэтому возмущённое лицо её исказилось гневом.
— Стража! Немедленно вышвырните этого идиота!
Стража, как стая хищных птиц, моментально слетелась на Зедда так, что чулок соскользнул с его руки.
— Простите, Ваше Величество, я разочаровал вас, — прошептал Зедд и поклонился в последний раз.
В нем нарастал ответный гнев. Но он прекрасно знал, что принцесса не просто грозила пальчиком — она рубила головы по-настоящему.
«Это не последний мой трюк», — промелькнуло в голове Зедда, и смешок, непонятный для других, слетел с его губ.
Вдруг, чулок поднялся с пола и крикнул: — Эй, ты куда отправился без меня?
Виолетта вскочила со своего места от удивления и даже от некоторой доли страха. Всё её внимание приковал говорящий чулок.
— Что значит — куда? — раздражённо просил Зедд, косясь на чулок.
— Из-за тебя, я потерял работу!
— Сначала ты ругаешь меня за то, что потерял работу, затем за, что от меня воняет! — обиделся чулок, поднимаясь ещё выше, подобно червяку, и взглянул на принцессу
— Чем-то тут и впрямь попахивает, не находишь? — обратился он к ней.
 
— Но это не я.
— Ты нанят, — тихо произнесла принцесса, упав на трон.
Хищная стража тот час отпустила старика. Он, отряхнувшись, победно улыбнулся и поклонился в пояс со словами:
— Рубен Рыбник — великий кукловод к услугам Вашего Высочества, — чулок тоже сделал поклон.
  
Подкравшийся сомнения
 
Дхара. Покои Рала. Кабинет.
Спустя несколько часов.
Магистр освободился от дел, прошел к себе в кабинет и принялся изучать очередной документ государственной важности.
«За этот месяц произошло много важных событий в Дхаре, накопилось очень много важных дел, на которые, из-за усиленной подготовки к поездке, у меня почти не осталось времени.
Сегодня к королеве Милене я отправлю посланника, а завтра с Миледи поеду в Тамаранг. Уверен, эта поездка окажется непростой.
Самое страшное — Искатель знает о шкатулке и о том, в какой день я поеду в Тамаранг, чтобы забрать её. А значит, всеми силами попытается забрать шкатулку, чтобы она не досталась мне.
Не стоит недооценивать Искателя. В Эдраане я слишком расслабился. Нельзя позволять себе этого! Даже если ситуация кажется для них проигрышной.
Ричард оказался достаточно сообразительным, потому я уверен, что сам лично ни он, ни Исповедница в Тамаранг не явятся. В Срединных землях и в Тамаранге их знают все — сразу бросят в темницу. Он не станет рисковать своей головой. И к тому же в замок пробраться невозможно, там лучшая охрана!
Значит, скорее всего, они пошлют в Тамаранг человека, которому полностью доверяют, чтобы он стащил шкатулку и передал им в руки. Просто так никого в замок не пустят. Чтобы свободно проникнуть, необходимо быть гостем или рабочим.
Нужно удвоить охрану, проверить всех, кто там находится… И полагаться только на себя. Если быть внимательным ко всему, что происходит в замке, то можно противостоять нападению.
Состояние Морганы весьма плачевно. Сегодня она бледна и измученна. Это очень удручает. Я раньше её такой никогда не видел. Даже когда на неё покушались.
Её голос дрожал… С трудом говорила. Не думаю, что это просто кошмар. Это вершина айсберга. А остальное — намного глубже. Ведь кошмары сняться ей каждую ночь, и ни один не пугал так сильно. Моргана что-то скрывает… Что же ей приснилось?
За всё время проживания в Народном дворце она ничего не утаивала от меня… Нет-нет, это не может быть предательство, должна быть другая причина.
Не знаю, как она поедет в Тамаранг, в такую даль. Надеюсь, лекарство поможет, иначе ей придётся остаться здесь», — думал Магистр, сидя за столом и изучая документы за сегодняшний день. Он очень устал от пагубных мыслей и дел, свалившихся ему на голову.
«Так, нужно не забыть отправить посланника. Он должен выехать сейчас, иначе не успеет». В дверь тихо постучали. Это был Эгремонт. Он учтиво поклонился:
— Приветствую вас, Лорд Рал.
Рал кивнул.
— Лорд Рал, простите, если потревожил вас…
— Всё в порядке, Эгремонт, ты пришел вовремя.
— Я хотел спросить, отправлять ли посланника в Тамаранг? — генерал говорил достаточно тихо. — Нужно. И чем скорее, тем лучше. Он должен успеть сообщить всё, что нужно королеве, — ответил Рал, думая о тяготах поездки.
— Как скажете, Лорд Рал. Я незамедлительно сообщу посланнику о том, что ему нужно выезжать в Тамаранг. Хотел спросить вас, Лорд Рал, с миледи что-то случилось? Я видел, к ней приходил лекарь. Простите, если спросил то, что меня не касается, — Эгремонт виновато опустил голову. Он надеялся, что Лорд простит его за столь дерзкие вопросы.
Эгремонт знал Магистра с самого раннего детства, когда Первый Волшебник захотел убить его отца Паниза, Лорд Рал попытался спасти его, и сам пострадал в пожаре, тогда я спас ему жизнь, и с тех преданно и верно служу Магистру.