Дочь кукушки (СИ)

Я не сомневалась в благородстве Артура – если он решится жениться на мне, то не станет слушать чужие советы. Но хочу ли я становиться для него обузой – ведь рано или поздно он осознает, чего лишился, связавшись со мной, и ему станет не хватать привычного круга общения.
- Право же, ваша светлость, вы слишком импульсивны! – услышала я вдруг насмешливый голос графа Данзаса. – Учитесь держать себя в руках!
- Что вам нужно от меня, ваше сиятельство? – почти выкрикнула я.
Мы были одни на террасе. Шел дождь, но я его не замечала.
- Мне? – удивился граф. – Решительно ничего. Но я должен был убедиться, что с вами всё в порядке, и что вы не побежали топиться в пруду. И не беспокойтесь – я сообщил его величеству, что сегодня вы вряд ли придете к нему для беседы.
- Благодарю вас, ваше сиятельство, - сказала я, не испытывая ни малейшей благодарности. – Но я не понимаю, какое вам до меня дело? Раньше вы опекали меня по долгу службы. А сейчас, я думаю, вы должны быть рядом с настоящей принцессой.
Он невозмутимо пожал плечами:
- Пока мне не поступало других распоряжений от его величества, я продолжаю состоять при вас, ваша светлость, кем бы вы ни были на самом деле. Так что пока вы во дворце, вам придется терпеть мое общество.
- Вы пришли посмеяться надо мной? – еще больше разозлилась я. – Ну, что же, смейтесь! Как быстро принцесса стала Золушкой, правда?
- Позвольте, я предложу вам накидку? – он будто не слышал моего вопроса. – Сегодня холодно, а вы в легком платье. И послушайтесь доброго совета – не пытайтесь бороться с тем, что вы не в состоянии изменить.
Накидка быстро согрела меня, и я перестала дрожать.
- К чему вы это сказали? Боитесь, что я пойду к его величеству и наговорю ему дерзостей? Уверяю вас, я вовсе не намерена этого делать. Я понимаю – король не может изменить своему слову. А мне его величество исполнение желания не обещал.
- Нет-нет, ваша светлость, - запротестовал граф, - я вовсе не это имел в виду. Напротив, я считаю, что вы должны просить его величество отказать в просьбе вашей матушке, если, конечно, позволительно так называть герцогиню. Эта женщина сделала для принцессы гораздо меньше, чем вы, и его величество понимает это. Выполнение ее желания противоречит вашим интересам.
Я грустно усмехнулась:
- Неужели вы полагаете, ваше сиятельство, что кого-то волнуют мои интересы? К тому же, герцогиня права – брак со мной сделает Артура несчастным. И если нет другого способа удержать его светлость от неразумного поступка, значит так тому и быть – я удалюсь в монастырь. И единственное, о чём я буду просить его величество – это позволить мне уехать в тот монастырь, в пансионе при котором я провела несколько месяцев. Его настоятельница была добра ко мне.
Данзас вздохнул:
- Не торопитесь соглашаться, ваша светлость. Быть может, разумнее дождаться возвращения в Лиму его светлости? Здесь замешаны и его интересы, разве не так?
Но я покачала головой:
- Нет, ваше сиятельство! Артур заслуживает лучшей участи, чем брак с безродным подкидышем. И прошу вас, давайте больше не будем говорить об этом.
- Как вам будет угодно, ваша светлость, - не стал спорить граф.
В этот день меня никто уже более не беспокоил. Горничная принесла обед и ужин прямо в спальню, но мне совсем не хотелось есть. И спать тоже не хотелось – только к утру я забылась в тяжелом сне.
И на следующий день я проснулась только к обеду.
- В гостиной вас дожидается его сиятельство граф Данзас, - сообщила горничная, затягивая шнуровку на моем платье.
Когда я появилась в гостиной, граф без зазрения совести поглощал мой обед. Я несколько секунд в немом изумлении смотрела на то, как исчезали у него во рту фрукты, конфеты, булочки.
- Между прочим, ваша светлость, - сообщил он мне, вытерев губы салфеткой, - с тех пор, как вы перестали быть принцессой, вас не стали кормить хуже. Надеюсь, вы не сердитесь на меня за то, что я сам пригласил себя к вашему столу? Вы не останетесь голодной – я уже отправил лакея на кухню за новым подносом. К тому же, насколько я знаю, девицы в расстроенных чувствах обычно совсем ничего не едят.
 
Секунду назад я как раз сама хотела сказать, что вовсе не голодна, но сейчас из упрямства решительно взялась за одно из немногих оставшихся на столе пирожных.
- Вот и правильно! – одобрил граф. – На пустой желудок и о любви думать не так приятно.
- Зачем вы здесь? – спросила я, расправившись с миндальным пирожным и перейдя к ореховому. – Разве вчера я недостаточно доходчиво попросила вас не досаждать мне своим обществом?
Прозвучало это грубо, и я сразу же пожалела о сказанных слова – в моем дурном настроении Данзас был неповинен.
- Простите, ваша светлость, - граф сыто откинулся на спинку кресла, - но вам всё-таки надлежит поговорить с королем. Аудиенция назначена на два часа дня, и, если вы не хотите разозлить его величество своей непунктуальностью, нам надлежит поторопиться.
Мы прибыли в кабинет короля вовремя, застав там не только его величество, но и королеву, и герцогиню Аранакскую. Ее светлость заметно нервничала.
Мы с графом застыли возле дверей.
- Мы рады приветствовать вас, Алэйна, - сказал король, милостиво мне улыбнувшись. - Нам многое нужно обсудить. Вчера вы невольно услышали наш разговор с герцогиней, так что нет нужды объяснять, с какой просьбой обратилась ко мне ее светлость.
Я чуть наклонила голову, подтверждая – да, я знаю, о чём идет речь.
- Как вы знаете, несколько месяцев назад я пообещал герцогине выполнить любую ее просьбу. И я намерен сдержать обещание, хоть и считаю высказанное желание вопиюще несправедливым по отношению к вам.
- О, ваше величество! – простонала герцогиня.
Он взмахом руки остановил ее.
- Да, дитя мое, - вмешалась в разговор и королева, обращаясь ко мне, - я тоже полагаю такую просьбу недопустимой. Монастырь – это не тюрьма и не место ссылки. Туда следует приходить осознанно и добровольно.
- Но, ваше величество! – на щеках герцогини появились красные пятна. – Я полагаю, так будет лучше и для Алэйны. В монастыре ее происхождение уже не будет никого волновать. Она обретет там мир.
- Довольно, ваша светлость! – глаза его величества метали молнии. – Правильно ли я понимаю, что вы вовсе не желаете зла этой девушке, и что единственное ваше желание – это не допустить ее брака с вашим сыном?
- Именно так, ваше величество! – с жаром подтвердила герцогиня.
- Значит, - прищурился король, - вы не будете возражать, если мы найдем другое решение этой проблемы? Решение, которое, я надеюсь, устроит все стороны.
- Другое решение? – растерялась ее светлость. – Но возможно ли это?
Я тоже смотрела на его величество с изумлением. Надежда шевельнулась в сердце. Быть может, он предложит мне тайно уехать из Лимы в провинцию, где Артур не сможет меня найти? Я пошла бы на это, не задумываясь – отказалась бы от своего счастья, чтобы когда-нибудь был счастлив он.
- Возможно! – весомо заявил король. – Алэйна, вчера после разговора с герцогиней я много думал об этой ситуации. Более того, я поделился своими мыслями с некоторыми близкими к трону людьми. И один из них – умнейший, надо сказать, человек, - подсказал мне, что нужно сделать! Дитя мое, - его голос наполнился какой-то особой важностью, - мы выдадим вас замуж за другого!
Мне показалось, я ослышалась. И я удивленно посмотрела сначала на короля, потом – на королеву. Ее величество мягко улыбнулась:
- Мы понимаем ваше изумление, Алэйна. Но полагаем, что этот выход куда лучше того, что предлагала герцогиня. Вашей руки попросил достойный молодой человек, и я уверена, вы будете счастливы с ним.
 
Неужели она говорила серьезно? Выйти замуж за другого, когда мое сердце полно любви к Артуру? Как можно вступать в брак с человеком, к которому не испытываешь никаких чувств? Ведь это значило бы обмануть и его, и себя. Кто бы он ни был, он не заслужил такой участи.