Дай мне любить тебя (СИ)

— Я люблю тебя. Никого бл*ть никогда не любил, а на тебе заклинило, Вик. Я не сделаю тебе больно, слышишь? Не сделаю, только останься со мной…
Он мне противен. Сейчас, раскрыв передо мной свое нутро, Ник вдруг перестал быть смешным и добрым другом. Я действительно, дурочка. Не видела ничего. Он был у меня под носом, плел интриги, пытаясь разбить нас с Ильей, а я верила ему, искренне принимая за друга.
Верх был прав. А я обидела его. Снова.
— Убери от меня свои руки, — цежу сквозь зубы.
Он молчит. Кривится.
— Не-е-ет. Не отпущу, Вик.
Ник наклоняется, и его губы касаются моих. Я пытаюсь оттолкнуть его, я рычу, сцепив зубы. Меня начинает тошнить. А потом вдруг все исчезает. Его губы и руки, его близость. Я распахиваю глаза, и вижу Верха. Он в ярости. Скулы напряжены, в глазах — тьма всепоглощающая. Он отшвыривает Ника от меня так легко, будто он пушинка.
— Она же бл*ть сказала, не трогай!
Верх замахивается, и его кулак бьет в скулу Нику. Тот падает на землю, а Верх срывается к нему. И когда он уже в шаге от того, чтобы уничтожить Ника, я кричу.
— Не надо, Верх!
Он замирает. Поворачивается ко мне, смотрит так растерянно. И его взгляд — доверчивый, открытый, заставляет мое сердце обливаться кровью.
— Не марай об него руки. Пошли домой.
Илья поворачивается к нему. Наклоняется, сжимая ладонью его шею.
— Еще раз подойдешь к ней, и будешь рыб кормить в реке.
Ник ухмыляется.
— Не смейся, чувак. Я серьезно, угандошу тебя и лучшие поисковые собаки не найдут.
  
Глава 15
 
— Он так и сказал ему? Рыб будет кормить? — У Насти были глаза по пять рублей. Я засмеялась.
— Разве ты не знаешь Верха? Он может сделать все, когда кто-то несет угрозу его близким…
Настя покачала головой.
— Я в шоке. У тебя не жизнь, подруга, а американские горки. Ник отвратителен.
— Я знаю. И я не хочу его больше видеть. Но нам приходится сталкиваться на работе каждый день. И это меня убивает.
— Так уволься, — эти слова с такой легкостью сорвались с ее губ, что я замерла в удивлении. Настя только что озвучила самую навязчивую мысль последних дней. Но я не позволяла себе произносить эти слова. Уходить с хорошей работы из-за приставучего парня? Признаюсь, так себе причина. От поездки я уже отказалась, неужели, придется еще и работу искать?
— Нет, ну а что? Ты работаешь в среднестатистической компании, уверена, даже Верх сможет тебе помочь… в его интересах тоже, чтобы Ник меньше крутился вокруг тебя.
В ее словах есть доля правды. Но мы с Ильей пока так и не говорили о Нике. Когда он ушел, мы зашли ко мне в дом. Верх был на грани. Он не выпускал меня из рук, будто боялся, что в любой момент я передумаю и сбегу. Я еле уговорила его вернуться в универ. Слава богу, все прошло хорошо. Теперь мы постоянно на телефоне, а до выходных еще целых три дня. Но мы будто специально обходим стороной тему Никиты. Единственное, о чем я напила Илье — о том, что я решила никуда не лететь. Ему не понравилось мое решение, он не хочет, чтобы из-за него я рушила свои планы… но и поступить с ним так после всего произошедшего я не могу. Хотя, признаю, что огорчена отменой поездки.
Ник не трогал меня в офисе. Но его взгляды и нахождение рядом — для меня это было слишком. Я считала его другом, а он у меня под носом крутил интриги. Жутко от одного понимания ситуации.
— Ладно, подруга, мне пора, — Настя посмотрела на часы и вдруг резко засобиралась.
— Кир уже ждет у Цума. Мы едем знакомиться с его родней.
— Оу, у вас все так серьезно? — улыбнулась, удивленная тому, как стремительно развиваются отношения ребят.
— Не знаю, я сама в полном шоке. Все так быстро закрутилось.
Попрощавшись с Настей, я вышла на улицу. Вечерний город по особенному прекрасен. Огни витрин, теплый свет фонарей, освещающий аллеи. Я решила прогуляться пешком до дома. К тому же идти все четыре квартала.
Справа у парапета стояли парочка и целовалась. Парень был таким высоким, а девочка маленькая, и для того, чтобы коснуться ее губ, ему приходилось поддерживать ее под бедра на весу. Улыбнулась, настолько мило они смотрелись. Мимо меня промчались ребята на электрических самокатах. … Вдруг так в груди защемило. Такой теплый вечер, а его нет рядом. Достала телефон, и пролистала недавнюю переписку. Сегодня Илья был на редкость молчаливым. Отвечал через раз, и то, как-то сухо. Мне было тревожно, но я старалась гнать эти мысли подальше.
 
«Как ты? Я соскучилась»
Написала сообщение и отправила. Убрала телефон в карман и подошла к проезжей части. На светофоре загорелся зеленый и я шагнула на пешеходную зебру вместе с остальными прохожими. Но сделав шаг, замерла испуганно, потому что прямо на меня мчался спортивный мотоцикл. Я делаю шаг назад, а этот наглец с оглушительным грохотом тормозит прямо у моих ног. Через секунду, в нескольких метрах от него останавливается еще один.
На парне спортивный комбинезон, высокие ботинки и черный шлем. Он ставит свои длинные ноги на асфальт, и опускает забрало.
— Что за придурки?!
— Какой кошмар! — возмущается народ, переходя дорогу.
А я глаз не могу оторвать от его омутов, от его улыбки, от которой сердце бешено скачет.
— Я тоже соскучился, мелкая, — произносит хрипло и протягивает мне шлем.
В груди распирающее ощущение восторга, а в голове сотни: как? Но я не произношу ни слова. Я просто боюсь, что сейчас моргну и он исчезнет. А я не хочу, чтобы он исчезал. Подхожу к Илье и забираю шлем из его рук. Глаза в глаза, и оторваться не могу от них. Он вдруг притягивает меня к себе за шею, и касается моих губ своими.
— Запрыгивай, малая. Есть важный вопрос, и очень нужен твой положительный ответ, — ухмыляется и в этот момент мотоциклист, остановившийся рядом с Верхом поднимает забрало. Птаха.
— Эй, Верх, хватай уже свою лебедушку и поехали. Времени мало!
  
Глава 16
 
Мы разгоняемся по ночной дороге. Я прижимаюсь к нему со всех сил. Только так я не чувствую страха. Только когда руки ощущают его горячее твердое тело.
Мы пролетаем мимо ярких фонарей, освещающих ночную эстакаду. Въезжаем на мост, соединяющий две части нашего города. Я понятия не имею, куда он везет меня, да и разве есть какая-то разница? Я счастлива! Повернувшись, смотрю на темную гладь реки, на проплывающие в стороне суда и мое сердце ликует от счастья.
Мимо нас вдруг проносится мотоцикл. Это не Птаха, Ванька все это время держится рядом с нами, на соседней полосе. Я поднимаю глаза, проследить за мелькнувшим гонщиком, и вижу, что на его кожаной куртке что-то написано. Огромными белыми буквами. «Малая».
Сердце замирает, в груди так и свербит от волнения. Мимо нас пролетает еще один мотоциклист. У него такая же куртка, как и у первого, только надпись на спине другая «Выходи», и тут же пролетает третий. И я уже знаю, что будет у него написано… «За меня».
Мне не верится в происходящее. Я поворачиваюсь к Птахе, несущемуся рядом с нами. Он достает из кармана телефон и направляет его в нашу сторону, отпуская руль. И тут мне становится страшно. Потому что, чуть сбросив скорость, Илья вдруг отрывает мои руки от себя, показывая, что я должна держаться за ручки мотоцикла. Я хватаюсь за поручни и вижу, как он быстро и молниеносно пересаживается лицом ко мне.
Я напугана. Сердце, кажется, совсем перестает биться. Скорость, мотоцикл и он лицом ко мне. Илья оборачивается, смотрит перед собой, проверяя дорогу. Я вижу как другие парни берут нас в кольцо, как бы защищая от постороннего транспорта. Илья расстегивает кожанку и достает коробочку. Он открывает ее, поднимает забрало, оборачивается к дороге, снова проверяя путь.
— Ты выйдешь за меня? — кричит. Его слова подхватывает попутный ветер, унося на бешеной скорости. А я хочу, чтобы это все закончилось. Как можно скорей!
Его зеленые омуты смотрят на меня с такой надеждой, разве у меня есть хоть один шанс ответить по другому?