Измена – билет в новую жизнь (СИ)

Натюша завладела его вниманием и расспрашивала откуда он такой загорелый приехал. Молодой человек со снисходительной улыбкой обрисовывал ей преимущества отдыха на Мальдивах в сравнении с Российским побережьем Чёрного моря. При этом говорил громче, чем это необходимо было для Натальи Алексеевны, и я неоднократно ловила его заинтересованный взгляд.
Натюша не сдавалась, и с пеной у рта доказывала ему, что вывозить деньги из страны не патриотично.
Эдуард Олегович тоже притягивал взгляд. Для пожилого человека он выглядел крайне странно, и я исподтишка разглядывала его длинные поредевшие волосы, собранные резинкой в хвост, пухлые слащавые губы и какой-то винтажный узкий пиджак в паре с облегающей водолазкой…
Поискала взглядом часы на стене, и, прикинув, что малыши скоро вспомнят обо мне, попросила прощения, что должна идти к детям. Хотела выскользнуть без долгих прощаний, но не тут то было. Надежда Викторовна со словами: "Хочу видеть внука! Кто со мной?" — резво подскочила и вперёд меня направилась к выходу.
  
Глава 26. Незнакомый Альберт
 
— Ну, что, дружок-пирожок? Купаться будем? Будем! — спросила и ответила я за Егорку. Он лежал в кроватке в окружении игрушек, но, завидев меня, оживился и, внимательно наблюдая за моей мимикой, стал вытягивать губки так, словно пытался разговаривать. Эмоции, как облака в ветреный день, меняли выражение лица карапуза. В свои два с лишним месяца, малыш значительно опережал Элину в росте и был крупнее. Но она была шустрее и эмоциональнее.
Когда, после роддома, Егор несколько ночей устроил нам с Натюшей проверку на прочность, я предложила поставить его кроватку в мою комнату. Наталья Алексеевна сначала была против, но после очередных ночных "танцев с бубнами" вокруг малыша — согласилась. Егорке словно того и надо было — в дальнейшем спал до утреннего кормления.
Обычно мы купали детей с Натюшей вдвоём, но сегодня у неё прихватило спину, и я видела как она с трудом ходит по дому. За ужином Наталья Алексеевна высказала свои переживания, что вряд ли сможет мне помочь. Я её стала успокаивать, что уже всё продумала и справлюсь одна.
Альберт слушал наш разговор.
— Зачем справляться? Я же дома, — неожиданно встрял он, — Выкупаем малышей вместе. Я же сказал, если что — говори. Всегда всё решаемо. Не надо геройствовать.
— Да. Но вы часто заняты, — попыталась оправдаться я.
— Ива, я же просил… — поморщился он, потягивая горячий чай из своего любимого бокала с медведем, — мы не в офисе. Давай дома на "ты"? А то я чувствую себя почтенным старцем.
— Вы не… Простите… — смутилась я. — Ты не старец, — мне ужасно сложно давалось это "ты" по отношению к шефу. — Я просто так привыкла… Но постараюсь. Главное, чтобы потом в офисе не оговориться, — я рассмеялась от того, что даже представить себе такое не смогла.
— Давно пора, — подала голос Натюша, — а то каждый раз хочется оглянуться, скольких ты перечисляешь, говоря "вы". — Вот и договорились! И тебе, Берт, полезно. Вдруг понравится с детишками нянчиться, глядишь и своего надумаешь родить.
Альберту не понравились последние слова Натюши, и он, уточнив время купания детей, поблагодарил Дамира за ужин и вышел.
Я заранее подготовила полотенца, налила воду в ванночку и чистую одёжку для ребятни. Сложность была в том, что приходилось купать, кормить и укладывать одного, и только затем проделывать тоже самое со вторым. Иначе, пока купала следующего, первый уже заходился криком. Элина, когда просыпалась, некоторое время могла спокойно лежать, разглядывая подвешенные игрушки, поэтому водные процедуры я начинала с Егора.
Я уже раздела Егорку, когда услышала шаги Альберта на лестнице. Малыш недавно проснулся и теперь, взаимодействуя со мной, радостно сучил ручками и ножками. Я слышала, что шеф вошёл в комнату и почувствовала его пристальный взгляд Альберта.
— Егорушка, скажи дяде Альберту "агу", посмотрим, знает ли он твой язык? — решила я вывести немой диалог в нужное русло.
 
— Егорка! — он по цокал языком привлекая внимание малыша, оставаясь позади меня и нависая над нами. — Ты же пацан… Мальчики должны быть сильными. А ты вперёд девочки и купаться, и кушать. Ай-ай-яй! — Егорка старательно фокусировал взгляд над моей головой.
— Ничего! Девочки могут и подождать, — ответила я за малыша, — а пацанам надо всё и сразу.
Я, проходя мимо Альберта с Егоркой на руках, про себя чертыхнулась, осознав, что сказанное выглядело двусмысленно. Шеф с извечной полуулыбкой наблюдал за мной, и я чувствовала себя не в своей тарелке.
Егор купаться любил! Головку на поверхности удерживал надувной воротничок, а сам он, погружаясь в тёплую воду, замирал и забавно приоткрывал ротик. Некоторое время прислушивался к ощущениям, а потом начинал в воде активно двигаться.
Я зачерпнула ладонью воду и полила ему на грудку. По личику малыша было видно, что процедура ему нравится. Шеф подключился к процессу. Я мыльной губкой начала обмывать тельце малыша, а он поливать его тёплой водой. В какой-то момент Егорка дёрнулся и обрызгал Альберта. Тот от неожиданности отпрянул со словами: "Ах, ты ж, озорник!"
Это выглядело забавно и я рассмеялась. Альберт глядя на меня — тоже. Беззаботный смех шефа подействовал удивительным образом: на мгновение мне показалось, что мы одна семья. Но внутренний циник словами "Кто он и где ты" — тут же опустило меня на землю.
Конечно, я видела, как он смотрит на меня. И в своих чувствах, на фоне учащённого сердцебиения в его присутствии, я тоже разобралась. Но стать любовницей, даже потрясающего мужчины, в мои жизненные принципы не входило.
— Ива, почему ты меня раньше не позвала купать малышей? Оказывается принимать участие в этом процессе — релакс покруче любых СПА процедур! — Альберт светился, и сейчас совсем не походил на того шефа, с которым я решала рабочие вопросы. — Невероятно! Неужели вот это, — он обхватил двумя пальцами крохотную, но уже удлинённую ступню младенца. — станет сорок вторым, тире сорок пятым размером?
— Конечно станет! Да, Егор? Что тут дядя Альберт сомневается в тебе? Скажи, я вырасту большой — пребольшой! Умненький, сильный и благородный… — перечисляла я, погружая малютку в мягкое махровое полотенце.
— Хм, — услышала я над ухом, — а вот благородный — это какой?
— Благородный — это благородный! — ответила я не оборачиваясь: его смешинку в зеленеющих сейчас глазах, я и так хорошо себе представила.
— Ааа… Ну так стало понятнее. А то было — не очень, — Альберт шёл следом.
— Пока Эля не шумит, покормлю Егора? А то он буянить сейчас начнёт, — оглянулась я в дверях и, не дожидаясь ответа, захлопнула дверь перед носом шефа.
Представив при этом его лицо, удовлетворённо хмыкнула и занялась будущим благородным мужчиной, облачая его в подгузник и боди.
Элина уже не спала, и, молча уставившись на любимую оранжевую корову, подвешенную на резинке, сучила ручками и ножками, периодически задевая игрушку. Та вращалась и в эти мгновения дочь зачарованно следила за её движением.
Егорка организованно, ни на что не отвлекаясь, с причмокиваниями, быстро насытился. Я переложила его в кроватку, где он, закинув ручонки за голову, блаженно уснул.
Выходя приготовить ванну для Элины, я с удивлением обнаружила, что Альберт не ушёл и ждал, сидя на верхней ступеньке лестницы. Он увлечённо разглядывал что-то в телефоне, но увидев меня, поднялся.
— Вот это скорость у пацана! — с восторгом оценил он. — Хороший работник из него получится.
— Да-да, — поддержала я шутку, увидев, что Альберт уже вылил воду из ванночки и приготовил другую, — достойный преемник своего дяди!
Сходила за дочерью и вернулась с нею на руках.
— Не то что Элина, — продолжила я.
— А что с Элиной не так?
— Купаться не любит. Сейчас плакать начнёт.
— Да? — он растерянно посмотрел на спокойно дрыгающую ножками малышку. — А я думал, что им всем нравится в тёплой воде нежиться…