Помолвлены понарошку (СИ)
— Приехали! — раздался звонкий голос Роуз, но ее самой не наблюдалось.
Из глубины двора деревянного особняка мчался внушительных размеров пес. Белый с рыжими пятнами на спине и морде, лохматый, слюнявый. Я хотела запрыгнуть Бену на руки (а лучше на плечи!), залезть обратно в машину и вернуться в Чапел-Хилл — что угодно, лишь бы меня не настигло это чудище.
Оно гавкало и рычало, предоставляя взору пасть, которая могла бы раздробить череп как орех. Казалось, разум вот-вот отключится, чтобы не видеть дальнейшей расправы, и я грохнусь в обморок.
Мысленно укорила себя в лени, из-за которой не составила завещание. Теперь мое тело по настояниям Келли похоронят в розовом гробу, надев на него вычурное платье и — не дай боже! — бюстгальтер. Хотя есть вероятность, что от тела того останутся лишь кусочки, которые будет не так-то просто упаковать в наряд с бисером и рюшами.
Меня погладили по плечам — и оскал пса тут же пропал.
— Привет, Биэр! — Бен сделал шаг вперед, заслоняя меня собой, и присел, широко раскрывая объятия. Не знала, что у него есть склонность к мазохизму. — Привет, дружок!
Чудище накинулось на моего притворного жениха и начало равномерно распределять слюни по красивому лицу.
Я поняла, что медленно шагаю назад, только когда врезалась в Келли. Она злобно ткнула ухоженным пальчиком по экрану телефона и переименовала контакт с «Зайчик» на «Совсем не зайчик».
Да уж. Пора бы научить этого ангела придумывать обидные прозвища.
— Биэр! — Келли тут же переключилась на позитивный настрой, кидая взгляд куда-то за мое плечо.
Секунда — и шерстяной вихрь сбил меня с ног. Я упала на землю, чувствуя, что сердце отчаянно стучит, призывая к бегству. Несколько камней впились в ладонь. Хотела встать, отряхнуться и ретироваться, но смогла только приподняться на руках. Глаза округлились, а тело перестало даже пытаться слушать мозг, замерло, когда еще один лохматый вихрь появился на горизонте. Чуть меньше первого, но с подмогой в виде кучи мини-клонов. Черт.
Я знала, что миссис Бенкс решила заполнить пустоту дома приобретением сенбернара. Келли показывала мне фото этого зверя и без умолку твердила, какой он мягкий и ласковый, но увидеть сие «чудо» в жизни — другое дело. А о куче таких же слюнявых соратников речи вообще не шло. Может, у меня просто галлюцинации от шока?
— Встаем, неве́стушка, — протянул мужской голос, поднимая мое оцепеневшее тело вверх.
Я не могла встать. Не могла придать твердости ногам и оторвать взгляд от несущейся в моем направлении своры собак. К счастью, мне помогли, решительно и прытко.
В нос ударил знакомый аромат с цитрусовыми нотками. Пахло Беном. Я потерлась щекой о его шею, сильные руки теснее прижали меня к себе.
— Боюсь собак, — призналась едва слышно, пока руки панически мяли мужскую футболку.
— Знаю, — так же тихо отозвался он.
Я пошатнулась, но Бен удержал меня на месте, когда мохнатые создания промчались у самых ног. Прямиком на Келли. Девушка визжала и хихикала, моля «не есть макияж», словно могла быть понята. Я же за макияж не переживала: только надеялась, что они не съедят ее.
— О, как замечательно, что вы приехали! — приближающийся голос миссис Бенкс заставил отлипнуть от шеи ее сына.
Если посмотреть на Роуз, то можно заглянуть в будущее и узнать, какой будет Келли через сорок лет. Надеюсь, моя подруга не возьмет пример с матери и не станет разводить лохматых. В противном случае я вряд ли смогу надолго задерживаться на ее пороге.
— Я скучал, мама, — заулыбался Бен, когда та начала обцеловывать его щеки.
В курсе ли она, что всего пару минут назад то же делало чудище по кличке Биэр?
Помню, было время, когда Бен называл это «телячьими нежностями» и отпрыгивал от Роуз, как от огня, если она только задумывалась проявить любовь на публике. Какие чудеса творит время!
— Здравствуйте, Роуз, — пролепетала я и очутилась в радушных объятиях. Легкие наполнились цветочным ароматом. Вероятно, она проводила время в саду.
Роуз рассказывала, как рада моему визиту, когда к ней подкралась обслюнявленная Келли и крепко прижала к себе. Закончив с объятиями, мы двинулись в направлении особняка. Келли охраняла меня от лохматых существ, пока Бен тащил наши чемоданы. Миссис Бенкс без остановки говорила о том, что произошло за время отсутствия ее детей. О том, о чем еще не успела поведать им по телефону.
Лично для меня провели краткую экскурсию по обновкам в доме и прилегающей к нему территории, где явно чувствовалась рука ландшафтного дизайнера. Таковым была Роуз до рождения Зака.
— Лоис, дорогая, — обратилась ко мне она, — ты хочешь жить в главном доме или в одном из гостевых домиков? О, или может вы с Келли хотите пожить в ее комнате, как в детстве?
Роуз обвила мою руку, и ее щебетание утихло. Взгляд глаз цвета корицы впился в кольцо на безымянном пальце, и они засияли. Женщина обернулась к Бену и Келли:
— И вы молчали о таком! — в голосе едва был заметен упрек, но он терялся в нескрываемом восторге. — Поздравляю, Лоис! И кто жених? Я его знаю? Это кто-то из университета?
Я не смогла сдержать улыбку, хотя сердце и получило легкий укол вины. Роуз Бенкс всегда относилась ко мне как к дочери. Так же, как и моя мама к Келли. Мне лестна ее любознательность, но, увы, придется соврать. Ради ее же блага. Миссис Бенкс будет счастлива, если счастливыми будут ее дети, а я сейчас спасу одного из них от брака без любви.
— На самом деле, знаете, — я неловко качнула головой и покосилась на Бена.
Мы планировали объявить о помолвке за обедом, в присутствии обоих родителей. Но этот план накрылся медным тазом, как только выяснилось, что мистеру Бенксу пришлось срочно уехать по работе и вернется он только послезавтра. Раз так, нет смысла тянуть кота за…
— И кто этот счастливчик? — Роуз крепче впилась в мою руку в предвкушении.
По лицу Бена расползлась улыбка:
— Это я, мам.
16
— Лоис моя невестка, — напевала миссис Бенкс, порхая по просторной кухне. — Лоис будет Бенкс! О, какое счастье! Какая радость! Мы с Люси станем родственниками! Господи, как это прекрасно! Как восхитительно! Я так рада за вас, детки! Я просто не могу описать словами…
Некоторым Роуз показалась бы слишком эксцентричной особой. Кого-то напугал бы град вопросов, который образуется в ее голове в мгновение ока и тут же обрушивается на тебя. Кто-то затыкал бы уши от ее восторженного щебетания и распевов в особо радостные моменты. Нашлись бы и те, кого ее радушность откровенно оттолкнула бы. Но я не из их числа.
Может, дело в том, что я знаю ее с девяти лет, или в том, что она немного похожа на мою собственную маму, но общаться с ей на удивление легко и приятно.
К слову, о моей маме. Люси Лестер-Данн — удивительная женщина. Все.
Шучу.
Моя мама — человек-сгусток энергии. Не бушующей, но созидательной. Она такая же добрая, внимательная и понимающая как Роуз, только моя. В отличие от миссис Бенкс, мама не сыплет вопросами, но со временем, с ней хочется поделиться всем самой.
Бывали времена, когда мама оказывала мне поддержку, не услышав ни слова о проблеме. Очень к месту, особенно если учесть, что у меня есть дурная черта: когда в моей жизни случается кризис, мой рот превращается в молнию и ее заедает так, что вся боль остается внутри. Сквозь зубчики молнии может просочится толика сухих фактов, но на большее нужно время. И порой очень много.
Я плакала на плече мамы после публикации секс-видео, о котором, надеюсь, она никогда не узнает. Мы вместе толстели от фисташкового мороженного, когда чертов Марк Броуди изменил мне с Трэйси. Она же была рядом, когда я целый месяц гадала, есть ли будущее для нашей с Беном дружбы. В который раз я услышала понимание в родном голосе, поведав ей о шалости с притворной помолвкой.