Преследуя Аделайн (ЛП)

Она выбегает из комнаты и устремляется к лестнице. Я следую за ней по пятам, наслаждаясь изумленными криками, которые вырываются из ее горла каждый раз, когда она видит меня так близко.
Я намеренно позволяю ей бежать, мой член еще больше твердеет от погони.
Моя маленькая мышка любит пугаться. И я получаю удовольствие от того, что заставляю ее это делать.
Сбегая по лестнице, она стремится к задней части дома. Я усмехаюсь, когда понимаю, куда именно она направляется.
Я позволяю ей добраться до прихожей, прежде чем схватить ее, наслаждаясь тем, как она впивается ногтями в мою руку.
— Пытаешься пережить любимое воспоминание, шалунья?
Она рычит в ответ, бьет ногами по воздуху. Я почти врываюсь в солярий, красота его теряет для меня смысл, когда я держу в руках самый драгоценный подарок.
Я опускаюсь на колени и кручу ее вокруг себя, смеясь, когда она сопротивляется.
— Чувствуешь знакомое?
— Зед! — возмущенно кричит она, но я не даю ей ни секунды, чтобы сориентироваться. В считанные секунды она оказывается на спине, глядя на меня широко раскрытыми глазами.
— Дай мне знать, какие звезды ты предпочитаешь. Те, что над тобой, или те, которые я заставлю тебя увидеть.
А затем я вхожу в ее тесное тепло, не давая ни одному из нас ни секунды на подготовку к этому. Она вскрикивает, ее спина выгибается, а когти заостряются, когда она проводит ими по моим рукам.
— Господи, мать твою… — ее слова обрываются от очередного резкого толчка, стон заменяет ее грешные слова.
Я содрогаюсь, мой контроль полностью нарушен, когда я вхожу в нее, трахая ее так сильно, что я вынужден продолжать тащить ее обратно вниз к себе.
Резкие крики наполняют воздух, и в какой-то момент звук становится таким высоким, что я боюсь, что сломал что-то внутри нее.
Но затем ее киска крепко сжимается, делая почти невозможным движение, прежде чем она кончает на моем члене, ее тело почти конвульсирует от силы.
Мое имя срывается с ее губ, но я не могу остановиться. Звук шлепков нашей кожи и ее беспорядочные слова отражаются от окон, окружающих нас, пока я продолжаю входить в нее.
Ее маленькое горло в моей руке, я сжимаю его, пока она не может больше произнести ни слова. Рука обхватывает мою руку, вычерчивая кровавые полумесяцы на моей коже, пока она борется за кислород. Я с радостью принесу в жертву свое имя на ее языке, если это позволит мне подняться с ней на небеса.
Я обнажаю зубы, сильное наслаждение бежит по моему позвоночнику и нарастает у основания.
Черт, я чувствую взрыв прямо на краю пропасти. Поместье Парсонс всегда будет обречено быть домом, который горит и уносит жизни.
— Дай мне еще, детка, — призываю я, моя вторая рука тянется вниз, пока мой большой палец не обводит ее клитор.
Ее лицо розовеет, приближаясь к красному, когда она падает обратно. Я отпускаю ее горло, головокружительный прилив от недостатка кислорода в сочетании с ее оргазмом заставляет ее полностью оторвать спину от пола. Как одержимая, она цепляется за меня, а на моей коже появляются новые царапины.
Скрежеща зубами, я откидываюсь назад, увлекая за собой ее извивающееся тело, пока не оказываюсь на коленях с ее ногами, плотно обхватившими мою талию.
Она без устали извивается на мне, доводя до оргазма и увлекая меня за собой. Я кончаю с ревом, прижимая ее к своей груди так крепко, что мы оба способны только на мелкие, отрывистые движения, когда вжимаемся друг в друга.
Я теряю себя. Мое имя. Свою личность. Мою душу. Она унеслась в водоворот, который создали наши тела. Как будто ее засосало в червоточину и выкинуло в новую вселенную.
И когда мы спускаемся, окружающие нас звезды вдруг кажутся такими тусклыми и безжизненными по сравнению с теми, что сияют в ее глазах.
— Завтра у меня экстракция. Это то, к чему я готовился уже несколько месяцев, — говорю я, проводя пальцами по ее голой спине. — Это будет довольно опасно. Я просто хочу, чтобы ты знала об этом.
Адди поднимает голову, ее лицо стало гораздо лучше видно теперь, когда мы находимся в комнате с окнами. Я вижу едва заметные намеки на веснушки, покрывающие ее нос и щеки, и мне хочется поцеловать каждую из них.
 
Мы рухнули после того, как я оттрахал нас обоих до одури, и с тех пор ни у одного из нас не было желания вставать.
— Это из-за ритуалов?
Я киваю и рассказываю ей о ночи, которая у меня была. Она была в курсе этой хреновой вечеринки, и когда я говорю ей, что она прошла успешно, ее лицо смягчается от облегчения.
— Я не могу поверить, что люди действительно это делают. Люди просто пришли и сели за этот стол, как будто собирались съесть гребаный хвост омара?
— Да, — пробормотал я. Я прикусил губу, на моем лице уже формируется дерьмовая ухмылка от того, что я собираюсь ей рассказать. Ее голова снова опускается на мою грудь, когда я говорю: — Маленькая девочка, которую я спас, Сара? Она спросила, буду ли я ее папой.
Голова Адди вскидывается так быстро, что она близка к тому, чтобы сломать ее.
— Осторожно, этот мир будет в беде, если ты умрешь.
У нее перекошен рот.
— Что ты сказал?
Я пожимаю плечами.
— На самом деле, я не успел ничего сказать. Она должна была уйти, чтобы меня могли арестовать. Если бы я этого не сделал, Дэн и Общество могли бы счесть рейд слишком удобным. К счастью, я смог разыграть это на обвинении, которое Дэн получал в прошлом.
Она моргает.
— А ты бы смог? Удочерить ее, я имею в виду?
Я поднимаю руку, аккуратно убирая прядь ее волос с лица и закручивая их за ухо. Она пытается скрыть дрожь, но ее тело слишком тесно прижато к моему, чтобы это удалось.
— Я бы ничего не сделал без твоего согласия. Но да, я бы забрал ее.
Она сглатывает.
— Зачем тебе нужно мое разрешение?
— Ты думаешь, я преследовал тебя только потому, что хотел быстрых острых ощущений? Нет, детка. Мы с тобой навсегда. Это значит, что если я стану папой, то ты станешь мамой.
Ее глаза расширяются, и в их радужной оболочке мелькает что-то похожее на панику. Я загибаю палец под ее подбородок и быстро чмокаю ее в губы.
— Не волнуйся об этом сейчас. Сара в безопасности, и в данный момент нас больше беспокоит ее травма и забота о ее психическом здоровье.
Она кивает, хотя я не пропускаю ее затянувшийся взгляд, прежде чем она снова устроится на моей груди.
  
Глава 41
 
Тень
— Ты готов к сегодняшнему вечеру? — спрашивает Джей у меня на ухо.
— Я был готов, — легко отвечаю я, подъезжая к клубу для джентльменов «Спаситель». Общество, выбравшее этот клуб в качестве прикрытия для подземелья, должно быть, обладает извращенным чувством юмора.
Я вынимаю наушник из уха, засовываю его во внутренний карман, а затем иду ко входу.
Снаружи здание похоже на любой другой дорогой стрип-клуб — мраморное черное чудовище, от которого веет деньгами и властью. Охранник, стоящий у дверей, окидывает меня взглядом, а затем, как обычно, спрашивает, как вас зовут, и дает мне проверить вашу задницу. Один раз кашлянул.
В отличие от детектива Фингерса, этот умудряется держать руки в безопасной зоне и пропускает меня без проблем.
По понятным причинам, мне не разрешено иметь при себе огнестрельное оружие. Но это не будет проблемой.
После того как Марк признался, несколько моих людей смогли проникнуть в охрану, нанятую для этого клуба.
Сильные мужчины и женщины, конечно, не стали бы приходить убивать детей, если бы не чувствовали себя защищенными.
Охрана обязана носить огнестрельное оружие, и я знаю, что некоторые из них могут позволить мне одолжить пистолет или два, когда придет время.
Как и в прошлый раз, когда я вхожу в клуб, мне кажется, что я прохожу через портал в ад. Здесь душно, воздух настолько наполнен развратом и болезнью, что это физический груз на моих плечах.