Смутные времена Лепрозория (СИ)
— И все? — удивленно поинтересовался отец маленькой пумы. — Или меня вы тоже так мазать будете?
— На взрослых не работает без долгих медитаций, — отмахнулась Ясинэ, пряча пузырек с маслом в кимоно. — Да и надобности нет. До свидания.
Кайл вышел на улицу вслед за Ясинэ:
— Ну не грусти, это же просто попытка.
— Я не грущу. Я выполняю свою работу. Много лет никто Еву не находит, с чего вдруг мы ее должны найти? — поморщилась Ясинэ, вытирая руки о сорванный с земли подорожник.
— А представь, если нам повезет?
— Очень смешно… Иди звезду ронять, чтоб исполнилось.
— Ну что ты такая… Я же тоже не хочу шарахаться по всему округу и детей за немытые головы трогать. Я лучше в лабораторию при императоре попрошусь, — надулся Кайл.
Ясинэ молча махнула на него рукой и через всю деревню направилась к окраинам. Туда, где начинались холмы и луга разнотравья.
Солнце клонилось к закату, на поиски оставалось каких-то шесть часов, и можно было возвращаться в деревню, искать Айну там.
— Предлагаю разделиться, — Кайл остановился посреди поля и упер руки в бока.
— Ухты, до этого ты не был таким сговорчивым, — хитро улыбнулась Ясинэ, вдыхая запах разнотравья полной грудью. Пахло безумно приятно, где-то даже чабрецом — нарвать бы и в чай…
Ясинэ поискала взглядом светло-фиолетовый кустарник и, сорвав веточку, жадно втянула носом пряный запах.
— А я просто любисток увидел, — потупившись, ответил Кайл. — Мне он для лекарств нужен.
— С аконитом не перепутай, а то убьешься. А, впрочем, перепутаешь — мне отдай, для ядов нужен, — Ясинэ заколола веточку в волосы.
— Давай я тебе просто аконит соберу? — тут же просиял Кайл. — А ты пока эту пуменку поищешь.
— Ну и хитрый ты, даром, что тигр, — прищурилась Ясинэ, но согласно кивнула.
Пока Кайл собирал травы по полям и лугам Лисьего округа, Ясинэ устало бродила по тем же полям в поисках маленькой пумы.
И едва не наступила на нее.
Котенок лежала на высоком холме, подложив под голову руки, и разглядывала небо. Маленькая котейка. Кареглазая, с песочными ушами, хвостом и лапами, с длинными каштановыми волосами, собранными в косу.
— Айна? — спросила Ясинэ, убирая лапу.
Девочка медленно перевела на нее взгляд и так же медленно кивнула.
— Я шисаи, — Ясинэ полезла в кимоно за маслом.
Девочка молча следила за каждым ее движением.
— Мне нужно кое-что проверить, это не больно, — достав пузырек, она показала его Айне.
Та села и, потянувшись, обнюхала ее руку, щекотно касаясь мокрым кошачьим носом.
— Я намажу твои виски и буду задавать вопросы, хорошо? — Ясинэ села рядом и откупорила скляночку.
— А вопросы будут интересные? — тихо спросила девочка, посмотрев в глаза.
Интересные…
— Ну это даже не совсем вопросы, — замялась Ясинэ, набирая пальцами масло. — Это что-то вроде проверки.
— А, ты такая же, — скривилась девочка.
— Какая? — Ясинэ приблизилась и осторожно помазала один висок.
— Ты тоже будешь проверять, нормальная я или нет? — пробурчала девочка, но дала мазнуть и по второму виску.
— Мне все равно, нормальная ты или нет — я шисаи, — пожала Ясинэ плечами.
— Ладно, — кивнула Айна и снова пристально посмотрела на небо.
— Что ты там ищешь? — Ясинэ наклонилась, закрывая ей обзор.
— На звезды смотрю.
Подняв голову, шисаи уставилась на совершенно чистое светлое небо. Ни единого облачка. Ни единой звезды.
— Какие звезды? Сейчас день, вечер почти, на небе нет никаких звезд…
— То, что ты их не видишь, не значит, что их там нет, — выглядывая из-за Ясинэ, отозвалась Айна.
И Ясинэ растерялась, не зная, что ответить.
— Вот почему ты спросила, — протянула она, присаживаясь рядом. — И дело ведь не только в небе…
Сумерки медленно сгущались, и как всегда в это время года, ночь наступила как будто мгновенно. И постепенно на небе показались лиловые звезды.
— Теперь видно, — Ясинэ указала на самую яркую из них. — Она называется «звезда Самсавеила» — ты знала? Если идти за ней, то попадешь в Райский сад.
— Красивая, — Айна села рядом, обняв лапы. — И ты красивая.
— Спасибо, — улыбнулась Ясинэ. — Меня зовут Ясинэ.
— А я — Ева.
И масло на ее висках засияло лиловым, как звезды.
#5. Не знает сладкого, кто не отведал горького
— Кем ты себя возомнила?!
Голос Сакерда пробивался через наглухо запертую дверь. Кайл, даже не прислушиваясь, мог разобрать весь диалог без особого труда.
Могла и Айна. И, невольно подслушивая разговор Ясинэ и Сакерда, она все сильнее сжимала в пальцах рукав Кайла и пряталась за его спиной. Для нее вообще оставалось загадкой, почему ее забрали у клана, почему родители так быстро согласились… и что теперь будет? И никто не мог ей ответить, а может и вовсе не хотел.
— Да кто ты такая, Ясинэ?! Ты просто шисаи! Самая обыкновенная! — кричал Сакерд. — Ты даже не обучена видеть плетения сути! Ты даже не умеешь все, что должен уметь шисаи! В тебе только безмерный гонор и эгоизм!
— Я… — тихий и спокойный голос Ясинэ практически потерялся в его.
— Ты слишком высокого о себе мнения! Неоправданно, незаслуженно высокого! Не прошло даже месяца с заседания шисаи, а ты приводишь ко мне какую-то девчонку и нагло утверждаешь, что она — Ева!
— Но она же Ева!
— Нет, Ясинэ! Так не бывает. Тридцать три шисаи столетиями ее ищут, все свои силы и умения бросают на это! А ты, маленький котенок, которому и половины столетия нет, вот просто так взяла и нашла Еву? Ты издеваешься? Ты смеешься надо мной?! Ты считаешь то, чем мы занимаемся — просто чушью, и можно любую девчонку тащить ко мне, а меня самого выдергивать с задания?! — едва не рычал Сакерд. — Ты и понятия не имеешь, насколько все это серьезно и важно.
— Да, — вдруг льдом прозвенел голос Ясинэ. — Я издеваюсь и смеюсь. Да, я очень высокого мнения о себе. Я возомнила себя той, кто нашел Еву. Да, я понятия не имею о всей серьезности и важности этих поисков — потому что никто не потрудился их мне объяснить в полной мере.
— Ясинэ, уйди из моего кабинета. Я не хочу слушать тебя и твое упрямое вранье от непонимания и непринятия всей серьезности ситуации. А твой сарказм просто неуместен.
— Вы даже не посмотрели на нее…
— Выйди вон! — рявкнул Сакерд.
— Нет, я не уйду, пока вы не посмотрите котенка. Если я ошиблась, то вы обязаны объяснить мне, в чем моя ошибка, — спокойно и гораздо тише сказала Ясинэ. — Должны же быть какие-нибудь проверки для той самой Евы. Как вообще понять, Ева это или нет? То масло, что вы дали, отреагировало на нее.
— Ты наверняка что-то напортачила с ним, — пробурчал Сакерд.
— Есть что-то кроме масла? Ну или сами проведите эту проверку.
— Есть, — Сакерд нехотя встал из-за стола. — Возьми вот их и отрави.
— Все?
— Кроме этой.
— Но зачем? — зашуршали полы кимоно и следом зазвенели склянки. С едва слышным хлопком открылась одна из них.
— Это очень старый тест на шисаи. Не всегда же могу прийти я со своим ножом, — со скрипом распахнулся сундук.
Ясинэ молча возилась в кабинете, пока Сакерд искал нечто в своих вещах.
— Ты закончила? — спросил он, захлопывая и запирая сундук.
— Да, господин Сакерд.
— Тогда зови свою «Еву», — Сакерд вернулся за стол и расположился в своем кресле.
Ясинэ бесшумно прошла до двери и распахнула ее.
— Айна, пойдем, — протянула она руку пуме.
— А я могу посмотреть? — осторожно спросил Кайл, не надеясь, что ему позволят.
Ясинэ заглянула в кабинет, будто передавая вопрос без слов, и оттуда донесся усталый голос Сакерда:
— Да, ему можно присутствовать.
В кабинете Верховного шисаи царил удивительный порядок. Книги и вещи лежали и висели аккуратно, ни пылинки на полках, подушки были сложены в углу, и пара сундуков стояли запертыми вдоль стены.
Как будто перед своим уходом Сакерд навел идеальный порядок. А теперь, вернувшись, разрушил его одним лишь присутствием гостей — сам он казался со своим кабинетом одним целым. Узоры, вышитые на кимоно в тон росписи стен, пурпурная ткань — в цвет подушек и невесомых штор, лиловым глазам вторило перемолотое сердце в песочных часах.