Красавчик (ЛП)

— Ты в порядке? — спрашивает он.
Нет. Ни капли.
— Перелом запястья, но жить буду.
Просто не знаю, где именно.
Финн касается временного гипса, который мне наложили, и скользит пальцами вниз по костяшкам руки.
— Это больно, знаю.
— Как ты узнал, что я здесь?
Почему он в костюме? Боже, он отлично в нём выглядит.
— Кто-то из парней включил вечерние новости, когда мы приземлились. — Тревога появляется на лице Финна. — Здание оцепили.
— А. — Не хочу переживать это снова.
Его пальцы крепче сжимают мои плечи.
— Я до смерти перепугался, Чесс. Не знал, была ли ты внутри...— он замолкает и снова обнимает. На этот раз сильнее. — Твой сосед, какой-то парень по имени Фред, все еще был снаружи. Он сказал, где тебя найти.
Наверное, мне есть за что поблагодарить Фреда.
Я издаю тихий смешок. Финн смотрит сверху и сжимает губы.
— Ты должна была позвонить мне.
—Я забыла взять телефон, когда начался пожар, — снова усмехаюсь, но совсем не весело. — Не знаю на память ни одного гребаного номера. Ну, разве я не безнадёжна? Я даже не помню номер Джеймса, хотя мы знакомы уже десять лет. Впрочем, это не имеет значения, он все равно сейчас в Нью-Йорке. — Прикусываю губу, чтобы удержаться от дальнейшего лепета.
Финн изгибает губы в сочувственной улыбке.
—Я в полной жопе без своего телефона.
Фыркаю, борясь с жжением под веками.
— Итак, я определенно облажалась.
Парень морщится и опускает голову.
— Дерьмо. Мне очень жаль. Я не очень хорош в этой хрени.
По моему мнению, Финн сейчас просто идеален.
— Все в порядке. Я понимаю. Просто раскисла.
— Нет, милая, — говорит он с нажимом. — Ты можешь говорить все, что вздумается. — Похоже, он хочет добавить что-то еще, но просто кладет огромную руку мне на плечо, окутывая теплом.
— Тебя уже отпустили?
Я киваю в сторону бумаг на передвижном столике.
— Сначала нужно заполнить кое-какие формы.
Финн бросает взгляд на мою руку, наполовину скрытую гипсом, и берет планшет. Он упирается задом в кровать, держа ручку наготове.
— Диктуй.
Комок подступает к горлу, и я с трудом сглатываю, ощущая вкус пепла. Медленно отвечаю на вопросы, и он старательно записывает.
Следующие тридцать минут проходят как в тумане: Финн уходит поговорить с медсестрой, и передает ей документы. Забирает сломанный ноутбук и кладет руку мне на поясницу, направляя к выходу; глоток свежего воздуха, когда мы выходим из здания скорой помощи; Финн открывает дверь внедорожника и помогает мне забраться внутрь.
Мое израненное тело мягко утопает в роскошном кожаном сиденье, и только когда машина трогается, я нахожу в себе силы заговорить.
— Куда мы едем?
— Домой. — Он крепче сжимает руль. — Ко мне домой.
Киваю, не зная, что сказать. Я собиралась поехать в гостиницу. Слабый голосок внутри вопит, что он хочет вернуться в наш дом. Никогда раньше я не была бездомной. Такое чувство, словно потеряла огромную часть своей личности. Делаю глубокий вдох и сосредотачиваюсь на дороге. Иначе снова буду думать о моих вещах, сожженных, залитых водой или утерянных.
Едва заехав во Французский квартал, мы останавливаемся перед реконструированным фабричным зданием с видом на Миссисипи. К нам спешит швейцар, и Финн протягивает ему ключи от машины.
К тому времени, когда мы добираемся до квартиры, мое запястье словно зажато в тиски. Я прижимаю руку к груди и следую за Финном. Его квартира напоминает мою: голый кирпич, широкие потертые половицы и высокие потолки. Только у меня лофт — чёрт, был лофт — а у него пространство разделено на комнаты.
Положив руку на поясницу, парень направляет меня по широкому коридору в гостиную. Эта комната — изысканный вариант холостяцкой берлоги. Кофейный столик из состаренного дерева, большие кожаные кресла, серый диван, в котором можно утонуть и огромный телевизор с чем-то вроде трех игровых консолей. Арочные окна обрамляют реку, сверкающую в лунном свете.
— Ты голодна? — спрашивает он, делая паузу.
— Нет, просто устала.
Финн кивает, как будто предполагал это, и ведет меня дальше. За первой дверью оказывается спальня. Сначала я думаю, что это его комната, так как она просторная и полностью обставлена. Но здесь чувствуется женская рука. Белое пуховое одеяло с кружевом и множество подушек сложены на красивой резной кровати из красного дерева под балдахином. Я просто не могу представить, чтобы Финн выбрал нечто подобное для своей спальни. И также не вижу его сидящим в одном из изящных маленьких кресел, обитых тканью, которые расставлены перед камином.
 
Он кладет сломанный ноутбук на буфет.
— Моя мама живет в этой комнате, когда приезжает в гости. Здесь есть ванная. — Он открывает дверь, и я вижу ванну на толстых ножках на фоне голых кирпичных стен. Меня вдруг одолевает сильное желание погрузиться в горячую воду.
Финн слегка улыбается, явно заметив направление моего взгляда.
— Хочешь, приготовлю ванну? Это займет немного времени.
— Хорошо.
Пока он возится с кранами, я стою посреди комнаты. Хочется присесть, но вокруг все такое чистое и красивое, а от меня несет сажей и дымом.
Финн спешно возвращается, в нем чувствуется нервозность и мне хочется его обнять.
— Так, значит, здесь кофеварка. — Он открывает дверцы буфета и достает автоматическую кофеварку на подносе. — И холодильник тоже.
В небольшом холодильнике сливки, сок и бутылки с водой. Прямо как в шикарном отеле. Несколько раз моргнув, я киваю. Финн оглядывается через плечо, проверяя, все ли я запомнила.
— Все идеально, — уверяю охрипшим голосом.
Парень встает и засовывает руки в карманы брюк. Он кажется больше в этой комнате, его мужественность контрастирует с вычурными деталями интерьера. Элегантно одетый громила с чутким сердцем.
— Полотенца и халат в ванной... и, да... — идёт к высокому комоду у шкафа. — Одежда.
— Одежда? — хриплю я. Приближаюсь на негнущихся ногах, когда он выдвигает ящик.
Здесь блузки разных цветов, синие и черные джинсы, свитера... Все аккуратно сложено, и с этикетками. Я снова моргаю, еще быстрее, в горле нарастает ком.
— Ты купил мне одежду?
Наши глаза встречаются.
— Она тебе необходима.
У меня пропадает дар речи.
— Это просто на первое время, — продолжает он, как будто я не собираюсь вот-вот сорваться прямо в его уютной гостевой комнате. Обнаруживаю бюстгальтеры, трусики, носки и ночные рубашки всех цветов радуги, красиво сложенные в другом ящике.
— Угадать с размером бюстгальтера было немного сложнее. Имею в виду, я был почти уверен насчет размера чашки, но тридцать четыре? Тридцать шесть? Без понятия, что это означает... — встречается со мной взглядом, и кончики его ушей розовеют. — Ну... в общем... в любом случае...
На моих губах появляется улыбка.
— Я всегда могу обойтись без него. 
— Пожалуйста, не надо, — поддразнивает Финн. — Я и так изо всех сил стараюсь не пялиться на твои сиськи.
Грудь сдавливает так, что больно смеяться. В конце концов, я прерывисто втягиваю воздух.
— Когда ты всё это сделал?
У него не было столько времени.
— Как бы мне ни хотелось заработать очки, — говорит он, задвигая ящик комода. — Но это сделал мой помощник Чарли. Ты скоро с ним познакомишься. — Финн идет выключить воду. — Он работает на многих наших парней. Узнав о пожаре, я попросил его помочь.
— Финн... — даже не знаю, что сказать. Медленно подхожу к нему. — Все это... — черт, я сейчас разрыдаюсь.
Парень снова пожимает плечами, как будто в этом нет ничего особенного.
— Я хотел помочь всем, чем смогу.
В ванной комнате тепло и влажно, воздух благоухает ванильно-лимонной пеной для ванны, которую он добавил в воду, пока я не видела.
Финн смотрит на меня сверху вниз, и выражение его лица такое нежное, что я могу сломаться. Если сейчас заплачу, то не знаю, смогу ли остановиться.
— Послушай, ты можешь не оставаться больше, чем на одну ночь, — говорит он в тишине. — Но мне бы очень этого хотелось. У меня скоро несколько выездных игр, и я буду путешествовать в течение пары недель, так что у тебя будет некоторое пространство.