Мир клятв и королей

И когда ее жизнь успели расписать поминутно, разделив между самыми сложными и странными дисциплинами, которые она только могла себе представить?
– Сильно же тебя расстроил Фройтер, – как ни в чем не бывало продолжил Стефан, – раз ты уже второй день ходишь, обидевшись на всех и вся, хоть и делаешь вид, что все в порядке.
Она хотела возразить, но не стала. Кристалл, уже начавший реагировать на ее магию, всегда проявлявшуюся при резкой смене настроения, немного нагрелся.
– Тебя стучать не учили? – Пайпер не придумала ничего лучше, чем пойти в наступление. Она грозно сложила руки на груди (по крайней мере, она надеялась, что выглядит достаточно грозно) и сверкнула глазами.
– Я стучался. Ты не отвечала. Честно.
Не может такого быть. Пайпер хорошо помнила, как шла из зала, о существовании которого узнала всего два дня назад, и слушала щебет Дионы. Она, казалось, совершенно искренне восхищалась успехами нового сальватора. Марселин куда-то испарилась, а Энцелад, бросив только, чтобы Диона не опаздывала, отправился на поиски Гилберта. Вопрос о том, куда спешат Эрнандесы, не был удостоен ответа, и тогда Пайпер замолчала, позволив Дионе болтать весь оставшийся путь. У комнаты Пайпер она оставила ее, с той же невероятной искренностью отметив, что «сегодня Энцелад был очень добрым», но Пайпер не была согласна с этим.
Неудачи слишком часто занимали ее мысли, но неужели их и впрямь так много, что Пайпер начинает терять связь с реальностью? Уж слишком фантастичной была сама мысль об этом.
– Твоего гнева я не боюсь, так что решил зайти. К счастью, очень удачно – книги спасены.
– Я не собиралась швыряться ими, – с раздраженным вздохом повторила Пайпер. – А вот ты со своей магией вполне мог сойти за… За любителя пошвыряться книгами.
– Очень оригинально, – бесцветно отозвался Стефан, резко повернувшись к ней. – Я рад, что при всех своих проблемах ты сохранила чувство юмора.
«У меня нет проблем, – подумала Пайпер. Однако сразу же, почти не позволяя первой мысли укорениться в ее сознании, она возразила сама себе: – У меня есть проблемы. И их много».
Но вместо этого вслух она произнесла:
– Только не говори, что Йоннет уже через несколько дней контролировала всю Силу и общалась с Лерайе так, будто они давние подруги.
– Не могу сказать точно, сколько Йоннет потребовалось времени, чтобы разобраться с Силой. Учитывая, что она была самой первой из вас всех… Нет, не могу даже посчитать. Знаешь, когда ты становишься практически бессмертным, память начинает подводить.
– Бессмертным, – словно пробуя слово на вкус, повторила Пайпер. – Не долгожителем?
– Долгожители – это великаны, феи и эльфы. Маги же бессмертны. Конечно, их можно убить, как и любое живое существо, но если они всю свою жизнь будут жить в тихом месте и никогда не ввяжутся в какой-нибудь конфликт, а также будут восхвалять нашу богиню, то они не умрут. Я бы назвал это особым видом бессмертия. Или классом. Какой вариант тебе больше нравится?
– Так ты причисляешь себя к бессмертным? Я-то думала, что Марселин убьет тебя в ближайшую неделю.
Не заметить напряженность, охватывающую Марселин в присутствии Стефана, было сложно. Еще сложнее было понять, когда она была настоящей, а когда – напускной. Иногда Пайпер видела, что Марселин, огрызаясь в ответ на слова Стефана, потом кусает губы и сосредоточенно смотрит в пространство перед собой, словно там и впрямь что-то невероятно важное и интересное. В иные моменты девушка не давала Стефану даже рта открыть, шипела на него и припоминала что-то, о чем Пайпер не знала.
Это было не ее дело, и взгляд Стефана, мгновенно ставший ледяным, лишь подтвердил это. Но слова сорвались с языка слишком быстро, не оставив Пайпер даже малейшего шанса на исправление ситуации.
– Наблюдательности тебе не занимать, – на удивление спокойно произнес маг, стряхнув со своего плеча невидимую пыль. – Но будь добра, не говори больше об этом. Вряд ли ты понимаешь, во что влезаешь.
– Почему вам всем можно влезать в мою жизнь, а мне в ваши – нет?
 
«Веди себя как идиотка и дальше, и, возможно, они придут к выводу, что сальватора нужно срочно заменить. Учитывая, с каким рвением Сионий пытается объяснить, как работает Сила, у них уже есть как минимум один кандидат».
Стефан посмотрел на нее взглядом, на несколько секунд запылавшим бронзой, и опустил голову. Пайпер не успела даже выдохнуть, когда маг, сцепив пальцы в замок, уточнил:
– Это прозвучало немного резко, да?
– Тебе решать, – рассеянно ответила Пайпер, дернув плечами. Она не боялась Стефана, но осознание того, что перед ней – великан-полукровка, один из сильнейших магов коалиции, возникло резко и неожиданно.
– Не думай, что мы пытаемся держать тебя в клетке. Разве Джонатан не говорил, что его дом в процессе восстановления? Вы вполне можете вернуться туда и никогда больше не появляться здесь. Но не забывай, что ты теперь не землянка, ограниченная лишь одним миром.
Это прозвучало совсем не оскорбительно, но Пайпер сжала челюсти. К счастью, Стефан не обратил на это внимания и продолжил:
– Мы просто хотим помочь тебе. Как говорит Кит, «сделать все по красоте». Но вот в чем загвоздка: помощь тебе сопряжена с огромными рисками. Если я когда-нибудь пойму, что, помогая тебе, ставлю свою жизнь под угрозу, я сделаю так, что мы никогда больше не встретимся. Я останусь лишь в магических книгах, что ты читаешь, и больше нигде.
Сионий упоминал о том, что некоторые книги были написаны именно Стефаном, но даже не это подтверждение, сорвавшееся с его губ, взволновало Пайпер.
– Ты пришел только для того, чтобы сказать, что боишься за свою жизнь?
– Я не боюсь за свою жизнь. Мне абсолютно плевать на себя. Но я не смогу защитить Марселин, как и обещал когда-то, если со мной что-нибудь случится.
«Лерайе, помоги мне», – мысленно простонала Пайпер.
– Хорошо, – качнула она головой. Хоть немного, но ее взгляд на взаимоотношения между сигридцами прояснился. Осталось лишь добавить около сотни уточнений и поправок, чтобы, наконец, понять, с кем именно она связалась. – Ты пришел ради этого?
– Я пришел предупредить, что планы немного поменялись. – Стефан ненавязчивым жестом поправил манжеты на рукавах и учтиво улыбнулся Пайпер. – Гилберт лишь чудом спас нас от общества принца Джулиана. Уж не знаю, с чего бы принцу так сильно хотеть провести время в нашей компании, но… В общем, Гилберт сегодня у эльфов. Страдает ради нас и нашей стабильной нервной системы. Раньше завтрашнего утра его ждать не стоит. Впрочем, как и Сиония.
Пайпер вдохнула воздух сквозь зубы, спрятала ладони за спиной и сцепила пальцы в замок.
– И что это значит?
– Это значит, что твой урок отменяется. Охотники эльфов обнаружили зацепки, связанные со смертью Элиота Баурона, и Сионий должен проверить их. Однако если ты хочешь все же выслушать лекцию или попрактиковаться в магии, я могу помочь. Но я бы советовал тебе дать себе хотя бы день отдыха.
Пайпер сделала вид, что задумалась. Теперь у нее было время, чтобы решить, как искать расшифровку таинственных слов Фройтера, и придумать план поиска потенциальных помощников в этом деле. Но и перспектива занятия со Стефаном была слишком заманчивой. Он – крайне опытный маг, по силе и мастерству стоящий даже выше Сиония, и он знал Третьего. Пайпер не могла упускать такой шанс.
Словно увидев ее сомнения, Стефан лениво протянул:
– Подумай над моим предложением. В ближайшие пару часов я не планирую покидать особняк. Просто позови меня, если решишь позаниматься.
* * *
Красноволосая девушка, в одиночестве сидевшая в столовой и размазывавшая свою еду по тарелке, явно была не в духе. Это Пайпер заметила сразу же, как только Эйс толкнул двери и влетел в столовую, словно старшая сестра гнала его вперед всеми возможными способами. Несмотря на то, что ни Гилберта, ни Шераи с Сионием сегодня в особняке не было, у Пайпер нашлась вполне себе хорошая причина для того, чтобы пообедать именно в столовой. Ей нужно было отвлечься от мыслей о неудачах, преследующих ее на тренировках с Энцеладом, и подумать над тем, что сказал Стефан. Пайпер надеялась, что, раз Гилберта нет, никто и не будет собираться в столовой, но красноволосая девушка определенно так не считала.