Месть со вкусом мяты (СИ)

— Да, что-то прежний Жрец говорил об этом, — пробормотал граф.
— Идёмте, здесь сегодня нам делать нечего.
Они прошли в то же помещение, где прежде был Петрус — две скамьи, стол, ползущие вверх ветви, уже без цветов.
— Присаживайтесь, — кивнул на скамьи Лот’Сонак, и они присели. Тут же появились кубки с напитками.
— Итак, что вас привело, я знаю. Это ваш, — он кивнул на Гринга, — подопечный. Поступок, хоть и опрометчивый, но, в сущности, верный. Сам Лот Дрог Дова, Золотой Дракон, его отметил. И не сердится. Поможет, если будут затруднения. Если уедет с вами, — вы же планируете вернуться? — то присматривайте за ним.
Лот’Сонак Аури отпил из своей кружки и с некоей осторожностью спросил:
— Помнит ли ваш подопечный что-то из того, чему стал свидетель?
Они синхронно кивнули:
— Да, рассказывал удивительные вещи…
Лот’Сонак улыбнулся:
— Например?
— Ну… что Лот Дрог Дова проглотил Сонак Дэймара…
Жрец рассмеялся:
— Нет, конечно, просто унёс его к Себе Домой.
Мужчины заметно расслабились.
— У него миссия была здесь — дождаться свершения пророчества. Он его дождался, завершил всё и вернулся Домой.
Вскоре драконы попрощались у покинули Храм.
Оставшиеся до отбытия в Калининград два дня Гринг с Аннарэн провели в замке отца с матерью. Он что-то чинил, ремонтировал подправлял, она высаживала в саду свои саженцы вместе с леди Гортэннией. Они очень неплохо поладили и даже подружились. Гринг пока никому не говорил, что его “медовая” неделя заканчивается и он должен вернуться на работу. Вова был тут же и активно помогал “шефу” — там постучать, тут подержать, присматриваясь, что он и как делает. Качеля-скамейка умилила и напомнила о доме. Потому что дракон приволок идею оттуда, разумеется. Как и все тренажёры, которые были расположены на задворках замка. Там они тоже проводили с час, не меньше, не просто любуясь перекладинами и лабиринтами, а Гринг превращался в упёртого тренера и гонял Вову и в хвост, и в гриву. Тот, по привычке, ворчал и пыхтел, но успел за эти дни даже как-то прикипеть к занятиям.
Наступил последний вечер перед отъездом туда, и Гринг собрал всех в малой гостиной.
— Дорогие мои, мне завтра надо будет уехать. Обратно. И, в связи с этим, хочу спросить…
— Гринг… а я что тут делать буду? Я без тебя здесь не останусь! Пусть папа и мама меня простят, но я — с тобой! — возмутилась Аннарэн.
Он обнял её:
— Конечно, вместе. Мы теперь не расстанемся никогда, дорогая. Я и не планировал тебя оставлять здесь одну, без меня. Я Вове хотел задать этот вопрос. Вова, — повернулся он к парню, — мы уходим завтра, решай. Мы уйдём всё равно, с тобой или без тебя. Ты, как, со мной или здесь останешься? Если остаться решишь, пойму и даже буду рад.
Вова не ожидал такого вопроса, если честно. Уже как-то привык к мысли, что застрял здесь надолго. И тут — нате вам! Как обухом по голове. Он растерялся. Но ответ был очевиден — кому он тут нужен? — Да, я ухожу… домой.
С каким трудом далось это слово! А ведь всего неделя прошла… или чуть больше? Неважно. Вова посмотрел на всех, кто сидел тут, рядом с ним. Старый барон, который на вид был почти ровня своему сыну, леди Гортэнния…. Мысленно он всё равно называл её Гортензией. Ему было жаль с ними расставаться. Подошёл к леди и… поцеловал ей руку:
— Спасибо за всё. Никогда вас не забуду.
Было желание добавить, что здесь он чувствовал себя дома больше, чем у себя, но постеснялся уж сильно проявлять чувства. Подошёл к барону-старшему и кивнул:
— И вам спасибо.
Тот отмахнулся:
— Да мне-то за что? Я только и делал, что гонял тебя. Думал, возненавидишь до конца дней.
Вовка неожиданно захохотал:
— Да, было дело! В начале. А сейчас — лучше вы гоняли бы меня, чем ваш майор. Но я решил — стану человеком, потом к вам попрошусь, в драконы. Мне у вас понравилось.
— А что больше всего понравилось? — поинтересовалась прослезившаяся леди.
— Что полиции нет! — выпалил Вовка и все расхохотались.
— Как же, нет! Всё есть, это ты с ней просто ещё не столкнулся.
 
В общем, вечер удался. Никто не рыдал, не устраивал сцен по поводу отъезда — типа, “не виделись столько лет, а вы снова куда-то там…” Все смеялись, попивали винцо, а Вовка уселся в уголочке и рисовал. Первый рисунок он измял тогда в кармане, а теперь рисовал хороший, красивый портрет леди. Ну и этого старикашки барона, конечно. Его собственный дед жил в какой-то глухомани и его к нему не возили ни разу.
- “Надо бы познакомиться…Если ещё живой,” — мелькнула мысль. — “Может, тоже ничего, подружимся”. Точно, надо к нему напроситься и пожить на вольных хлебах, подальше от родаков. Вовка нисколько за это время не соскучился.
Портрет получился шикарный и он преподнёс его леди Гортэннии перед тем, как уйти в свою спальню. Она взяла в руки и ахнула!
— Посмотрите, что мне Вова подарил!
На листке была нарисована леди с букетом гортензий в руках, а позади неё — суровый, но со своей лукавой улыбкой, барон Вуоретт, одной рукой обнимая свою леди за талию. Позади маячили стены замка. Тут уж леди Гортэнния не выдержала и прослезилась, обняла его и расцеловала в обе щёки.
— Вурр — рамку надо и повесим прямо здесь, над камином! — тут же распорядилась она.
— Слушаю и повинуюсь, моя прекрасная леди!
Барон с удовольствием её обнял, подмигнул Вовке:
— Спасибо, дружок! Ты сумел растопить не только сердце моей королевы, но и моё. За сим — мы откланиваемся и идём спать. Наверное, завтра рано утром отправитесь?
Гринг кивнул и посоветовал Вове тоже ложиться уже, чтобы не проспать. Он так же увёл свою Аннарэн и Вовка на некоторое время остался один. Походил по “столовке”, как он называл любое помещение, больше кухни, провёл рукой по канделябрам. Металл приятно холодил руку. Он в задумчивости взял его и стал вертеть во все стороны. И тут возникла замечательная идея!
- “А не взять ли его себе на память?”
Но не успел подумать, как его чешуя начала нещадно жечь запястье.
— Ащ! Твою ж… драконью чешую! Чтоб тебя! Ладно, ладно, я пошутил! — он поставил канделябр на место и “браслет” успокоился. — Вот… теперь и не сведёшь эту “татушку”, - ухмыльнулся парень.
Махнув рукой, отправился спать. Но, если все в замке уснули, то Вове не спалось. Он вытащил из нагрудного кармана “пиджака”, который ему тут выдали, незаконченный ещё в Хойвелле, рисунок. Подарить уже не успеет, но и не сильно хотел расставаться с ним. Глаза были закончены, почти… Осталось совсем немножко… вот тут добавить ресничек, а вот тут… немного заретушировать, теней поддать. Он был уверен, что отлично передал наивный взгляд их владелицы. Отодвинул листок и полюбовался со стороны. Очень даже, да… Носик тоже подправить. Пожалуй, он его немного сильнее закурносил. Ластиков, как дома, здесь не было, зато была какая-то то ли смола, то ли жвачка, скорее, среднее что-то, которая с лёгкостью справлялась с этим. Причём, она принимала любую форму, что очень удобно. Работа закипела и он очнулся лишь с рассветом, дописывая губки.
- “Час, наверно, остался”, - Вова отвалился на подушки и тут же уснул.
Разбудили его, действительно, через час и Вова еле разлепил свои веки друг от друга. В дверь уже тарабанили. Он подпрыгнул, увидел валяющийся рисунок, тут же спрятал его и кинулся открывать двери. Гринг стоял с его “земной” одеждой в руках.
— Переодевайся и бегом в каминную!
— Да, шеф, есть, шеф! — Вова, как всегда, приложил руку к виску, но тут же прикрыл макушку другой ладонью.
Дракон засмеялся и, покачав головой, пошёл дальше. Вова переоделся, не забыв переложить рисунок. Но, поскольку, его “земные” карманы были маленькие, ни о чём, что на джинсах, что на рубашке-поло, то он, предварительно “посоветовавшись” со своей чешуйчатой совестью, взял-таки с полки довольно большую книгу и положил его туда. Примчавшись в каминную, застал там всех обитателей замка, никто не хотел упустить такой момент — прощаться. Вова тут же показал книгу, высоко её подняв: