Подари мне дитя (СИ)
Он с раздражением завел мотор и плавно выехал на дорогу.
— Да что ты мне предложить-то можешь? Я, знаешь ли, спать с тобой не стану. Не на ту напал!
Олег даже поперхнулся:
— Очень нужно мне спать с тобой! У вас к клинике хватает более сговорчивых, а главное — колоритных женщин! Всякие мелкие вредины меня не привлекают!
Я надулась как индюк. Не привлекают? Это я-то мелкая? Насчет вредины даже спорить не стала. И кто это там у нас такой сговорчивый? Убью!
— Я видела, как не привлекала! Чуть штаны себе не протер. В кабинете небось не колоритных проституток себе представлял.
Я с наслаждением наблюдала, как он раздражается. Попала в точку, значит. Я ему еще покажу непривлекательную! Точнее, нет, просто покажу! Тьфу, ничего не покажу!
Тем временем мы начинали плавно отдаляться от маршрута к моему дому. А там Кирилл и Нина Васильевна. И пустой холодильник. А вверху, как дамоклов меч, новый долг в полмиллиона.
Усталость от этой мысли навалилась моментально. Спорить и ругаться надоело. Мне домой надо.
— Справа будет супермаркет, останови. Я продуктов куплю, и домой ко мне поедем. Там за чаем и поговорим.
Олег явно был удивлен сменой моего настроения. Вот так-то, мачо. Это тебе не сговорчивых колоритных баб окучивать. Тут жизнь.
Мы остановились возле магазина, и я беспрепятственно покинула салон автомобиля. Олег пошел за мной. Не верит, и правильно. Была б возможность — сразу бы ушла по-английски.
Но разве от этого двухметрового лба спрячешься?
Пошли с ним с продуктовой тележкой в зал. Я придирчиво рассматривала состав продуктов и выбирала подешевле. Не до шику сейчас. Знала бы — те сапоги осенние по скидке бы не брала. Эхххх…
Знать бы где упасть, соломки б подстелить. Не про меня это.
Через минут пять Олег, кажется, понял мой настрой и решительно отобрал тележку. Покачав головой, поехал по рядам и набрал целую гору продуктов.
— Я не буду все это покупать.
Я нахохлилась и сверкнула глазами в его сторону. Он лишь отмахнулся.
— Это я в гости напросился, так что угощаю.
Ах, ну раз так… Вопреки его ожиданиям, а он уже явно приготовился как минимум к битве, я тоже пожала плечами и стала забивать корзину всякими полезностями.
Пусть платит за мой стресс.
Через десять минут мы выгружали на кассе весь ассортимент фруктов, каш, орехов и даже цукатов, что был в магазине. В последний момент я вспомнила, что у Кирилла кончаются памперсы, и умчалась в отдел детских товаров.
На подлете к кассе с огромной пачкой памперсов, очередным синим трактором и набором для песочницы я поняла, что Олег смотрит на меня ошарашенным взглядом.
Я молча водрузила на гору продуктов все это добро и посмотрела на него в ответ. Нагло так.
Продавщица пробила покупки и сообщила сумму. А не хило так получилось! Но раз назвался груздем, то полезай в лукошко! То есть раскладывай все по пакетам.
В полном молчании мы дошли до машины и погрузили все в багажник. Олег косился на меня. А я, откровенно говоря, так кайфовала!
В магазин отвезли, покупки, какие хотела, оплатили, до машины их донесли, сейчас еще дома разгрузят. Хорошо-то как! Я развалилась на пассажирском сидении.
— Маш, а у тебя что, ребенок есть?
Долго ж ты терпел, любитель колоритных женщин. Ой, чувствую, я ему это через раз припоминать теперь стану.
— А что такое? Не любишь дам с прицепом?
Я хитро покосилась в его сторону. Он поджал губы и промолчал. Ну да, вам, таким красавчикам, и ответить нечего. Сразу в кусты, да чтобы кусты повыше и погуще, а то не дай бог заметно будет.
Назвав ему адрес, стала рассматривать свой район. Вот как разгребу все это, стану свободна от долгов, найду нормальную работу и переедем. И Нину Васильевну с собой позовем.
Мы припарковались прямо возле подъезда. Ну все, теперь буду ходить у местных бабушек проституткой. Снова. И действительно, как только мы вышли из машины, головы всех кумушек у подъезда как по команде повернулись в нашу сторону.
Так, Маша, держать лицо! Я задрала подбородок и походкой от бедра подошла к багажнику. Олег смотрел на меня, и в глазах его плясали бесенята, а уголки рта подергивались от сдерживаемого смеха. Он подошел и открыл багажник. Я шепнула:
— Не ржать! Мне в этом доме еще жить. Знаешь, какие они противные? А меня и так здесь недолюбливают.
Он хмыкнул:
— И как они могут не любить такую милашку с ангельским характером?
Посмеиваясь, он выкладывал пакеты. Я же «нечаянно» отдавила ему ногу. Даже не дернулся. Гад.
— Эх, Маша, придется реанимировать твою репутацию. Долг потом отдашь.
Я непонимающе на него уставилась снизу вверх, а он спокойно поставил пакет и подхватил меня на руки и на весь двор заорал:
— Спасибо, родная, это был лучший подарок на нашу годовщину! Я так рад, что вернулся к вам с поля боя!
В моей голове успела промелькнуть лишь одна мысль: «Что за чушь он несет?», прежде чем он впился в мои губы.
Глава 9. Олег
Я чувствовал, что пора заканчивать с такого рода помощью пигалице. Ее губы были мягкими и податливыми, аромат бальзама — приятным. Вопреки моим ожиданиям, она раскрылась мне навстречу.
Такая чувственная, такая притягательная. Было в ней что-то такое невинное и нежное. Конечно, когда она не включала режим злючки.
Сейчас она была застигнута мною врасплох и не могла выкинуть очередную штучку. И я этим беззастенчиво воспользовался, пообещав себе, что в последний раз и исключительно ради спасения ее репутации.
Но поцелуй затянулся, и я снова ощутил, как быстро отзывается на нее мое тело. Скорее бы решить все рабочие вопросы и затащить ее в постель.
Она мягко уперлась мне в грудь. Такая мелкая. Припухшие губы сложились в удивленное «о». Аквамариновые глаза ярко блестели, а на щеках проступил румянец.
Я подобрал пакеты и зашел в подъезд, по дороге поздоровавшись с ошеломленным отрядом бабуль. Призвал для этого все свое обаяние, чтобы женщины растаяли, как шоколадки на солнце. Кажется, получилось.
Я притормозил на первой лестничной площадке, пропуская вперед мою провожатую. Она молча пошла наверх. Так мы доплелись до пятого этажа старенького панельного пятиэтажного дома. И как она тут справлялась с коляской?
Заставил себя думать, что подобное не должно меня волновать. Это всего лишь работа. А потом — всего лишь секс.
Но тогда вставал резонный вопрос: что же я делаю с этой пигалицей перед дверью ее квартиры, нагруженный пакетами с едой, которую же сам и оплатил? Я решил пока не отвечать на эти вопросы.
Все-таки Герман был прав: надо бы сблизиться с объектом. Вот я и сближаюсь. И с нетерпением жду данных о ней.
Сегодняшнее происшествие не только вывело меня из себя, но и заставило увидеть девушку в другом свете.
Я караулил ее у работы аккурат ко времени завершения рабочего дня, как раз наблюдая за делами Витюши, который снова пасся у Араратова. Этот урод вышел раньше и успел окатить Машу из лужи. Она была такая жалкая, вся мокрая, злая. Как боевой гном. А потом вдруг застыла с выражением ужаса на лице.
И этот черный безликий внедорожник. Я не стал вмешиваться только по одной причине: побоялся за нее. Слишком мне были знакомы подобные автомобили. Я надеялся, что она в него не сядет, что он проедет мимо.
Но она села и пропала минут на пятнадцать, а потом я увидел ее, стоящую на коленях, словно девушку грубо вытолкнули оттуда.
Она в этот момент не была похожа на гневную барышню, воткнувшую в меня ручку: она была растеряна и напугана. Теперь я понимал, что мои угрозы были для нее пустым звуком.
Она знала, чего бояться, точнее, кого. И я готов был биться о заклад, что эти люди и причастны к тому, что она стала призраком в сети. Слишком все это странно.
А потом этот ее разговор по телефону и рука… Да у меня потемнело в глазах при мысли, что девочке сделали больно. Я почувствовал, что готов убивать. Как можно вообще бить женщин!