Есть ли жизнь после отбора? (СИ)

- Вовсе нет,- слаженно ответили они.
- Кто-то медовые коврижки Делии таскает,- вздернула нос Тина.
- Пока кто-то другой устраивает свою личную жизнь с прославленным воином, я пытаюсь понять, кто желает смерти нашей Мине,- отбрил Марон. – И Делия мне в этом помогает.
Мне, признаться, захотелось уйти. Потому как тот, кто лезет разнимать драчунов, отхватывает от обоих. А у ребят явно накопилось друг к другу претензий.
- Хватит! – я все же решила вмешаться. – Мы прошли пять академических кругов для того, чтобы разругаться на свободе? 
- Разумеется, нет,- улыбнулась Тина. – Хотя я бы все же переодела Марона в женское платье. Чтобы, если что, он мог пройти с тобой туда, куда можно только девушкам. 
- Если понадобиться для дела – переоденусь,- коротко ответил Марон. – На этом все? Мне нужно подготовиться. Я буду претендовать на место в твоем отряде, Мина.
И я коротко кивнула:
- Хорошо. Покажи себя с сильнейшей стороны. Тина? Ты идешь?
Подруга бросила на Марона долгий, изучающий взгляд, после чего кивнула:
- Иду. 
И, уже за воротами, она коротко спросила:
- У баронства все плохо с деньгами?
- Как сказать,- я пожала плечами,- денег много, но до моих тридцати мы их не увидим. А что?
- Надо кое-чем укомплектовать дом исцеления.
- Не забывай про деньги за отбор,- напомнила я. – Единственное, покупать надо не в столице, а прыгнуть телепортом к мастерам. Насколько я помню, медартефакты делают в Кар-Торине?
- И Риатране,- кивнула Тина. – И дешевле будет раза в три. Нам нужен разделяющий магию артефакт, зеркала истинной сути и туман проклятий. 
- Принято,- улыбнулась я,- зайдем в чайную?
- А давай,- кивнула Тина. – Я сегодня свободна.
Толкнув дверь, я тут же пожалела о своем спонтанном решении – Тарлиона притащила свой выводок на еженедельный чай. Помню, за то время, что я еще жила с ними, меня позвали целый один раз. И то в итоге все переругались и никуда не пошли.
- Даже не вздумай уйти,- цокнула Тина и ухватила меня под локоть.
- Да ни за что,- фыркнула я.
И, бросив короткий взгляд на Тарлиону, замерла, пронзенная ошеломительным воспоминанием! Кристоф, только прибыв на Окраины, говорил, что в барону набивался некий Доваре. Причем делал он это через представителя, потому как не смог попасть во дворец. 
Но на рисунке он опознал совсем другого человека! Тоже островитянин, но с совершенной иной фамилией. 
- Чайник жасминового чая,- бросила я,- и набор пирожных номер семь.
- Какой именно чайник?
Я же, витая в своих мыслях, сердито бросила:
- Обычный, поменьше чем побольше.
Тина прыснула со смеху:
- Средний, пожалуйста.
- Пройдите за столик. Желаете активировать шумовую завесу?
- Да,- я расплатилась и, сев за стол, коротко выдохнула,- почему я не могу помнить все?!
- Что случилось? – Тина влила каплю силы в выданную нам статуэтку и мы словно оказались в воздушном пузыре.
Правда я добавила и от себя пару плетений. 
- Кристоф опознал человека с рисунков Корделии,- негромко сказала я. – Некто Алтерис Ромарис Толваре. Он пытался стать опекуном Тарлионы. Но до этого Кристоф говорил, что получал прошения от некоего Доваре, тоже островитянина. И прошение было передано через третьи руки, ибо островитянин не смог пройти во дворец. А Тарлиона говорит, что не помнит имени того, кто брал ее в столицу и соблазнял особняком.
- У тебя рисунки с собой? – прямо спросила Тина,- давай сюда. И да, ты очень мало мне последнее время рассказываешь. Нет, я знаю, что это и моя вина – много работаю. Но, думаю, нам надо заново проговорить все известное и записать. Прям по пунктам.
Вытащив из Безвременья бумаги, я отдала их подруге, а та, ничуть не смутившись, встала и подошла к Тарлионе. Задержавшись у их столика на пару минут, Тина, крайне задумчивая, вернулась ко мне:
- Тарлиона его не опознала, но… Ее приемная дочурка как-то странно отреагировала на рисунок. Или мне показалось? Она так шустро схватилась за чашку, что чай выплеснулся. Хотя, сама понимаешь, она может быть по жизни криворукая.
 
- Нет,- я покачала головой,- она не криворукая. Тарлиона жизни не даст, если не изучишь этикет, в том числе и застольный.
- Ну, они свалили все на меня – мол, напугала ребенка. Ха! Видела я этого «ребенка» на рынке – любой торговке фору даст. Ходила, ткани выбирала.
- Ну да, появились монеты и сразу ткани выбирать,- вздохнула я.
К нашему столику подошел официант и, пройдя сквозь все преграды, расставил наш заказ. Крохотные пирожные, на один укус, так и таяли во рту!
- О, уходят,- Тина проследила взглядом за Тарлионой и ее семейством,- чай не допит, пирожные не доедены. Подозрительно.
- Жаль, я не могу связаться с Гамильтоном и попросить его проследить за ними,- вздохнула я.
- А я на что? – поразилась Тина.
- Ни за что,- я отшатнулась,- ни за что я не отправлю тебя за кем-либо следить. 
Подруга надулась:
- Знаешь, я сильно изменилась с третьего курса. Я больше не настолько бездарна в скрытном подползновении к объекту.
- Даже обсуждать не хочу. Или, если ты настаиваешь, я могу открыть целительскую практику.
Подруга изменилась в лице:
- И слышать ничего не хочу. Кстати, если ты вдруг думаешь, что я не увидела твою очередную царапину, то знай – я все вижу. Допьем чай, вернемся в твой дом и я займусь делом. Ты, надеюсь, не потеряла шкатулку с зельями?
- Нет,- я потерла кончик носа,- не потеряла. Почему нам в академии не дают основ сыскного дела?! Я просто-напросто теряюсь и не знаю, за что хвататься в первую очередь!
- За вилку,- фыркнула Тина и, подхватив оную, ловко подцепила пирожное. – Сначала десерт, потом травма, потом выпишем все, что нам известно. И, быть может, если информация будет разложена по полочкам, то что-то прояснится. Или напротив, мы заметим, что не знаем чего-то важного.
- Ты говоришь до отвращения разумные вещи,- вздохнула я и тоже подцепила пирожное,- а чай хорош.
Тина поддакнула и разговор сам собой свернул на малозначительные, но забавные истории из целительской практики. Так, посмеиваясь, мы прикончили набор пирожных, допили чай и, оставив на столе пару монет в знак благодарности, вышли на улицу.
- Ха,- выдохнула я, ощутив чужой взгляд.
- Хм? – Тина заинтересованно на меня покосилась.
- За нами старательно наблюдают,- негромко сказала я.
И мы, делая вид что ничего не замечаем, выбрали самую долгую дорогу до дома. Ну а чтобы успокоить нашего таинственного наблюдателя, я вслух предложила:
- Давай посмотрим на фонтан? Интересно, что решили с клумбой. Все-таки соревнования цветоводов были важной частью нашей крепости.
Тина нахмурилась:
- Действительно? 
- Пожалуй, праздник медоносов и цветочная гонка – единственные вещи на Окраинах, которые никак не связаны с тварями,- с грустью сказала я. – Хотя нет. Праздник медоносов не имеет даты, а зависит от активности Пересветов. Так что эта клумба – единственное, что приносит чистую радость и не омрачается чужой смертью. Или возможностью чужой смерти.
Подруга притихла. Она провела здесь не так много времени и просто не заметила висящую над крепостью тень. Тень возможной смерти. Нападение ли тварей или… Или голод. У нас так много вариантов умереть, а спасение лишь в одном – в собственной предусмотрительности.
Из-за неловкости нашего наблюдателя нам несколько раз пришлось останавливаться. То Тина делала вид, что позабыла строчку от модного нового стихотворения, то я внезапно начинала чихать, а на ходу чихать неудобно и неприятно. А все потому что наш наблюдатель несколько раз запнулся, а потом и вовсе начал хромать.
- Готова поспорить, что это Ольра,- шепнула я.
- Кто?
- Дочь моей матери,- скупо пояснила я.
И, выйдя на площадь, восхищенно ахнула – проблема была решена идеально! Огромная клумба была разделена на круглые части, а части… Части парили среди водяных струй.