Синдзи-кун и дорога домой (СИ)
— Можно и так сказать — кивает Юки. На самом деле мы все еще помним все, что прожили вместе, втроем, у нас нет секретов друг от друга, но мы решили не показывать это перед другими. По многим причинам. Кроме того — в памяти все уже начинает стираться и покрываться патиной, а взглянуть на знаменитую скульптуру лично — было бы интересно, да.
— Погоди… что значит — сегодня вечером? — задает вопрос Читосе.
— Да я ненадолго — отвечает Юки: — одна нога тут, вторая там. Наведу порядок… с Пэной пообщаюсь опять-таки… — немного краснеет она.
— Знаю я это ваше общение… — ворчит Акира.
— Пока она это делает в личное время — у меня лично возражений нет — говорю я: — ты только имя на бумажке себе напиши и к трусам пришей.
— Как она там с драконами развлекается — так трусы самое ненадежное место будет — встревает в разговор Майко: — она ж как Акира, чуть что так трусы на люстре. Пусть на шарфике напишет. Шарфик всегда на шее болтается.
— Стоп! — хлопает по столу ладонью Нанасэ: — Прекратите уже! Син! Девчонки! Вы что творите? Вы же только что выкинули из мира нашу союзницу и стоите тут рассуждаете про трусы на люстре?! А если ее там сожрут, она утонет, под солнцем сгорит, планктона этого вашего объестся и умрет — тогда что? Золотой Город и его КОМКОН — это единственные союзники Лазурного Дворца, вы это понимаете?! Да нас завтра кланы сожрут, а китайские маги им еще и помогут! Вся власть Императора — это сфера вокруг Дворца, вы что, не понимаете? У нас ресурсов — кот наплакал, да, Тэнно всемогущ, но только там, только на этих гектарах земли! Да при желании просто в бетон закатать всю святую землю по периметру, а потом и сверху — будет нам памятник монархии! Возвращайте ее назад!
— Нанасэ… — пытаюсь успокоить ее я.
— Не надо мне тут! Верните ее назад и принести искренние извинения! Искренние! От всего сердца! А не можете — я лично принесу! Молокососы! Вы даже не представляете, что на кону стоит!
— Да ничего ей не грозит, успокойся — говорю я: — правильно Юки говорит — тот мир безопасен, это раз. А во-вторых, даже если бы Марию-сан на планету Смерти из миров Гарри Гаррисона закинули бы — она бы и там выжила.
— Но для чего делать такие… ребяческие поступки? — не понимает Нанасэ: — ты, Син и твои девчонки — вы как бульдозеры, прете прямо и все тут! Есть такое понятие — дипломатия, не слышали? Взрослая жизнь подразумевает ответственность, Син! Ты вон, вымахал, кучу жен себе завел, а так и не повзрослел! Возвращайте ее назад! Не дай бог она там помрет! У нас других выходов на Город нет! Ой… — она хватается за голову. Наступает тишина. Юки смотрит на меня, Сакура счастливо пускает слюни ей на плечо. Спит, девочка. Умаялась. Акира отводит глаза и изучает потолок, исключая себя из беседы. Читосе стоит рядом со мной, готовая ко всему.
— Значит так — Нанасэ вздыхает и отпускает свои волосы: — не моя очередь выступать, но я выступлю. — она встает, убирает от себя руки Питера и проходит в центр комнаты, на возвышение.
— Вот вы все смотрите на меня — говорит она, взяв со стола бутылку с виски: — и думаете. Что я с серебряной ложкой во рту родилась и вообще сестра Императора, да? Вы бы знали, как я росла и что пришлось перенести. Мы все как правило не из самых благополучных семей и не из самых спокойных мест. Вот, например вы и этот мир — вы же все чего-то тут перенесли, верно? — прищуривается она, оглядывая собравшихся: — вы все считаете, что пережили что-то, что страдали, да? Но при этом всем — вы не решитесь покинуть этот свой мир навсегда. Потому что здесь у вас есть что-то, что вам дорого. Потому можете напрячь свое воображение и представить, что должно случиться, чтобы вы решили бросить этот мир навсегда и переселиться в другой. Представили? — она обводит всех взглядом. Все молчат.
— Нанасэ — сестра Императора? — потрясенно шепчет мне в ухо Майко: — ни хрена себе! А ты получается тогда — названный брат Императора! А я твоя жена! Ух, мля, где мой золотой лимузин?! Я хочу себе золотой лимузин… не нахрен лимузин, я хочу яхту как у этой блядской Марии, платье хочу, чтобы такое… и на бал хочу!
— Мы все — пришли в ваш мир не от хорошей жизни. — продолжает Нанасэ, игнорируя громкий шепот Майко: — Потому вы можете ругать этот мир, считать его жестоким и несправедливым. Но в вашем мире дети ходят в школу и у них есть учебники. Они не думают о том, что будут есть на ужин, едва съев что-то на завтрак. Им не приходится оставлять еды, чтобы их матери что-то поели, им не приходится торговать своим телом или убивать просто чтобы поесть. Вы даже не понимаете, что такое — поесть вволю. В вашем мире много несправедливости и горя. Но все равно он в тысячу раз лучше, чем мой родной мир. И когда мы прибыли в этот мир — мы все поклялись, что будем защищать его от такой судьбы, от мировой войны, от чумы, от голода, от чего угодно просто для того, чтобы дети в этом мире могли ходить в школу, а не убивать других детей за кусок вонючего хлеба из консервной банки. Поэтому я в свое время и пошла на временную контролируемую амнезию — как двойной агент. Да, будучи рядом с тобой, Син, я могу сказать, что я до сих пор твоя старшая сестра — не по крови, так по духу…
— Вот черт… — огорченно вздыхает Майко: — ты приемный!
— Ничего подобного — шипит вполголоса Читосе: — ты что, не слышала? Зубы Дракона — все кровь от крови Императора! Это Нанасэ — конкретно наша Нанасэ — из другого мира! Она — приемная.
— А… — глубокомысленно тянет Майко: — вот оно что… тогда я по-прежнему хочу яхту. И лимузин. И костюм как у Акиры. Только из золота…
— Из золота непрактично — шепчет в ответ Читосе: — ты ж ходить в нем не сможешь.
— Зато выпендрежно — отвечает Майко: — сразу видно, что ты жена брата Императора.
— … — Нанасэ делает паузу и смотрит на нас. Конкретно на нас, на меня, Читосе и Майко. Мы замолкаем и обращаемся в слух.
— Потому как твоя сестра и как официальное лицо от имени Императора и страны — прошу тебя — верни ты эту дуру на место. Нам с ней еще не одну милю вместе проходить. Надо будет вам всем извинения — Империя принесет вам извинения. Официально, с падением в ноги и катанием там всей этой Канцелярией в полном составе. Вот не шучу сейчас абсолютно. Выберем день, да хоть завтра — и они будут тут перед «Хилтоном» на коленях стоять. Китано этого… найдем, никуда не денется. Самого в кислоте искупаем и в банке вам подарим — не жалко. Деньги — не проблема, не были никогда проблемой. Вот твоя жена хочет золотой лимузин — подарим. Что тебе надо еще? Мне на колени встать?
— Она меня убедила еще на фразе «лимузин подарим» — говорит Майко: — я в общем-то человек отходчивый, злиться долго не умею.
— Да погоди ты — говорю я, вставая: — Онээсан, не беспокойся ты так. Ничего не надо, все в порядке и под контролем. И не собирался я с Марией-сан ссорится, тут ничего личного. Я ей, кстати, насчет непричастности к нашему перемещению вполне верю.
— Не, не, не, стой, — говорит Майко: — ты что такое говоришь-то? Как это «ничего не надо»?! Ты, наверное, головой ударился, пока мы назад телепортировались. Твоя сестра хочет мне золотой лимузин подарить, а ты…
— Да тихо ты! — не выдерживает Читосе: — видишь — умные люди разговаривают. Помолчи уже! — к моему удивлению Майко стихает и только что-то бормочет про себя.
— Что же ты не остановил Майко, когда … — хмурится Нанасэ: — когда она вбивала ее в стенку?
— Во-первых Майко ей бы не повредила, а сама пар выпустила — говорю я: — и кроме того, мне нужно было незаметно для нее извлечь вот это… — я поднимаю двумя пальцами небольшой металлический предмет: — маячок. Удивительные вещи можно творить тонкими нитями, самому страшно становится.
— Ты извлек из нее маячок?! — Нанасэ округляет глаза: — но как? И где он был? И…
— Да, я извлек из нее маячок. Кроме того, я его уже обезвредил и теперь Золотой Город не слышит о чем мы говорим и не в состоянии отследить местонахождение Марии.
— Ты ничего с ней не сделал? — хмурится Нанасэ: — она в порядке?