Наши хрупкие надежды (СИ)

Я спускаюсь, хватаю содержимое на столе и смываю в унитаз. Чертого дежавю. Вот только в моем случае спасали меня, а теперь я пытаюсь донести девушке, которая потеряла мужа, что надежда на новую жизнь есть. Надежда, в которую когда-то поверил я сам.
  
23 ГЛАВА
 
МИШЕЛЬ
 
— Тогда завтра тебе покажу дом, — говорит Татья, убирая свой рабочий стол после последнего клиента.
Это чистое везение. Я не хотела встречаться с большим количеством людей, ехать в далекие районы, чтобы в итоге отказаться от жилья. С вариантом Татьи я уверена на все сто, даже если и не видела дом.
— Отлично. Спасибо тебе.
Разворачиваюсь к Нилу, который тоже убирает инструменты с серьезным взглядом.
— И тебе спасибо, что посоветовал вариант Татьи.
Он молчит и скромно улыбается уголком губ. Нил ведет себя странно с момента, когда я сообщила, что хочу переехать. Я не хочу думать о том, что у него возможны чувства ко мне.
После встречи я принимаю душ и собираюсь ложиться спать. Скоро состоится концерт, где каждая группа должна выступить. Я должна хорошенько подготовить своих ребят.
— Я хочу попробовать заснуть одна, без помощи, — говорю решительным тоном, когда Нил подходит к дивану с подушкой под рукой.
— Точно?
— Да.
Минуту мужчина просто стоит и вскоре кивает, соглашаясь.
— Если поймешь, что не можешь, зови меня.
— Хорошо, — улыбаюсь я ему и вскоре слышу скрип закрытой двери.
Моя первая попытка заснуть одной. Я должна побороть свои страхи и не думать, что Зейн появится надо мной, как я закрою глаза. Так странно, что моя травма — это не моя вина, но мне приходится нести ответственность за свое исцеление.
Я не сразу засыпаю, потому что мы переписываемся с Адамом. Конечно, он забыл про разницу во времени, но и мне наплевать. Мы стали чаще общаться, он делится тем, как проходят его дни в группе поддержки и веселыми моментами с Чарльзом. Тем временем я стараюсь быть такой же честной, но сообщить о том, как я провела первые два месяца не в состоянии. Когда-нибудь я это сделаю, но сначала мне нужно помочь себе, и уже завтра я пойду на сеанс к Мине. Пожелав хорошей ночи, я на секунду задумываюсь о людях, которые меня окружали: Фиби и Адам — самые сильные люди, которых я знаю, имеют прошлое, наполненное хаосом, сердечными страданиями и разочарованиями.
Повалявшись минут тридцать, извертевшись из стороны в сторону, я с испугом закрываю глаза и понимаю, что еще рано для меня. Не готова, мне очень страшно.
Касаюсь пальцами ног холодного пола и решаюсь пойти к Нилу за помощью. Дверь со скрипом открывается, в комнате темно, только одинокая лампочка на прикроватной тумбе дает разглядеть спящего мужчину.
Я делаю шаг, и раздается громкий скрип, и Нил открывает глаза. Увидев меня, он резко встает, будто готовый на все.
На мне большая белая футболка, которая доходит до обнаженных колен, чуть прикрывая татуировку.
— Кажется, еще рано, — с грустью улыбаюсь я, теребя края футболки.
Нил молча берет подушку и одеяло, и мы выходим из комнаты.
— Ты в любом случае молодец, что попробовала. Ты стараешься изменить свою жизнь, это уже о многом говорит, — шепчет мужчина, держа за руку.
— Спасибо.
Я чувствую крепкую мужскую руку, понимая, что все хорошо, страх постепенно уходит. Закрывая глаза, я представляю, что у тех сильных людей, которых я знаю, будет все хорошо.
  
24 ГЛАВА
 
МИШЕЛЬ
 
Я сижу на диване в просторной гостиной, Мина сидит передо мной в кресле. Между нами маленький стеклянный стол, на котором стоят кружки с остывшим ягодным чаем.
Между моих ног на полу устроился Бин — лабрадор Мины. Она живет со своим парнем Федерико, который сейчас на работе.
За почти час я не смогла расслабиться: в принципе не удивительно, ведь первый сеанс. Я ни на что не рассчитывала. Мина не раздражала провокационными вопросами, наоборот внимательно слушала, что мне понравилось. Она задавала вопросы о моей жизни в Нью-Йорке, почему я решила переехать. Конечно, она понимала, что я что-то да не договариваю, но ничего не сказала. Когда она спросила, почему я так закрылась в себе, мне хотелось скрыться или натянуть на голову свою кофту.
 
И вот почти пятнадцать минут нас окружают тишина и громкие вздохи Бина. Мина улыбается, касаясь своей кружки.
— Думаю, на сегодня хватит.
Я быстро киваю, расслабляясь. Все это время я ждала этих слов.
— Хорошо. До завтра?
— Да. И хочу сказать, что ты можешь обо всем мне рассказать, когда будешь готова, ладно?
С губ слетает тихое «да», хватаю свою сумку и, погладив спящего друга, ухожу. Порой кажется, что морально я ничего не выдержу.
***
Когда я осматриваюсь в доме у Татьи, то понимаю, насколько он большой для одной меня. Всю жизнь я жила в маленькой квартирке, с вечным барахлом брата, а здесь меня окружает двухэтажный дом с камином и просторной кухней.
— На втором этаже моя, точнее уже твоя, комната и гардеробная, — говорит Татья, поставив руки на пояс.
— А домик то огромный для одной меня, — произношу это себе, нежели девушке.
Осмотревшись еще какое-то время, я осознаю, что заслужила такие апартаменты. Это было всегда моей мечтой.
— Здесь только половина за месяц, остальное позже. — Протягиваю белый конверт с деньгами, но они так и остаются в моей руке.
— Ты не в курсе?
— В курсе чего?
Татья недоверчиво поглядывает на меня: думает, стоит ли говорить.
— Нил оплатил на три месяца вперед. Так что можешь не переживать.
Нил? Зачем он это сделал и даже не сказал мне?!
Девушка отдает мне ключи и, поздравив с новосельем, покидает уже мой дом.
  
25 ГЛАВА
 
МИШЕЛЬ
 
Чемодан уже собран, скрипка в чехле. Сегодня я переезжаю в свой собственный дом. Только для меня одной. Но сначала мне нужно поговорить с Нилом. Я очень зла на него и хочу узнать, почему он так поступил!
Слышу, как открывается входная дверь. Из кухни все видно, нас не разделяют никакие двери. Я стою возле кухонного стеллажа и допиваю чай. Мужчина замечает собранный чемодан и уже входит на кухню.
— Уже собрала? — В его глазах какие-то непонятные эмоции, будто то, чего он так боялся, происходит наяву.
— Ага. Дом мой, — отвечаю, показывая в сторону стола, где лежат ключи.
Ставлю кружку возле раковины и вздыхаю.
— Я хотела с тобой поговорить напоследок. Ты ничего не хочешь мне сказать?
Лицо мужчины становится серьезным, кажется, он реально не понимает причины моей злости.
— Не прикидывайся! Зачем ты оплатил за жилье? Так еще за три месяца вперед?! Я принимала от тебя помощь, когда действительно в ней нуждалась, но сейчас мне это не нужно. Я уже сама справляюсь!
— Прости, я хотел сделать тебе сюрприз напоследок, — мямлит он.
Я ухмыляюсь.
— Мы оба знаем, что дело не в этом, — толкаю его в плечо, возвращаясь в гостиную, забрав ключи со стола.
— Могу я объясниться?
Таща чемодан к двери, разворачиваюсь к Нилу, который вышел из кухни. Оставив чемодан, я сажусь на край стеклянного журнального столика и даю ему слово.
— Да, я очень привык к тебе и твоему присутствию у себя дома. Раньше я даже и не хотел возвращаться домой, оставался на тусовках с непонятными мне людьми, питался в каких-то забегаловках.
Нил проводит рукой по лицу, громко вздыхая. Все это время он ни разу не смотрит на меня.
— А эти месяцы, когда я возвращался, меня ждал накрытый стол. Может, твоя душа была темной в то время, но моему дому ты подарила свет, который он не видел давно. Я ни от кого не ощущал такой заботы. Просто я хватаюсь за любые способы сделать тебе приятное, Мишель.
Он становится на корточки, касаясь коленками моих колен и наконец бросает на меня взгляд.
— И почему же? — почти шепотом произношу я, но и так знаю ответ, просто хочу узнать, правильно ли я понимаю его жесты.