ГД. Книга четвертая (СИ)

– Да, захвачу револьверы, – согласился мой повар.
– Женщины на выход, – скомандовал доктор Эньо.
Он никак не ожидал, что его причислят к женщинам и тоже спровадят прочь.
Быстрее всех подземелье покинул мистер Оннер, чтобы вернуться с револьверами, несколькими браунами и винтовками. Повар засел наверху, на узкой площадке перед ступенями, ведущими вниз, и туда же поднялся мистер Уоллан – оставлять меня одну никто не собирался.
– Стрелять только в том случае, если Зверь будет угрожать вам, – предупредила обоих, понимая, что никакими словами мне не выставить их отсюда, разве что причинив им вред, а делать этого я бы не стала никогда.
– А вам? – вопросил мистер Оннер, деловито перезаряжая оружие. – Что делать, если он будет угрожать вам?
  
Глава 24
 
Тяжело поднявшись, я скинула теплую шаль, укутывающую мои плечи, расстегнула несколько пуговиц на воротнике, что внезапно стали мешать дыханию, и ответила, с трудом дыша:
– Зверь не причинит вреда тому, кто дорог его носителю. Он не причинит вреда мне.
Лорд Гордан судорожно вздохнул, было видно, что эта информация принесла ему неимоверное облегчение, и все же:
– Мисс Ваерти, но вам причиняет вред весь этот ритуал! – справедливо заметил он.
– Ничего, – я отошла к стене, обессилено оперлась на нее всей спиной, – все, что ждет меня – магическое истощение, ничего убийственного в нем нет, бывало и хуже. Приготовьтесь, лорд Гордон, будет сложно.
Он кивнул, избавился от ошметков камзола и рубашки, деликатно не стал снимать брюки и вскоре сидел на камне, напряженно глядя на меня. Правда от одного лорд Гордан не удержался:
– Вы так уверены в моей невиновности?
– На сто процентов, – абсолютно серьезно ответила я. И добавила безжалостное: – Transformatio!
Молодой дракон рухнул как подкошенный. От удара о камень раздался треск в ребрах, жуткий пробирающий звук ломающихся костей, но Гордан продолжал смотреть на меня, и я видела – глаза оставались драконьими. Первый робкий намек на успех.
– Удерживайте контроль, лорд Гордан, – сползая по стене вниз, посоветовала я, – контроль, это самое важное для вас сейчас.
– Себастиан, – хрипло произнес полицейский.
– Что? – я не сразу поняла, о чем он.
Едва заметно усмехнувшись, младший следователь пояснил:
– Мое полное имя Алек Себастиан Гордан. Дома меня всегда называли вторым именем. – вздохнул и объяснил: – Я, надеюсь, эта информация вам хоть как-то поможет.
– Поможет, – я улыбнулась, – благодарю вас. Transformatio!
Свечение в драконьих глазах так напомнило мне трансформацию лорда Арнело, но сходство было лишь в этом – в остальном, все вновь пошло не по плану – и подземелье потряс вовсе не рев дракона, а рык Зверя.
– Potest! – я вскочила с пола и теперь стояла, сжимая ладони и чувствуя, как в душу закрадывается страх… страх потерпеть неудачу.
Следователь все так же лежал на камне, но его спина, вся его спина была неестественно изогнута в районе плеч, а кожу покрывала шерсть. И заклинание протеста не срабатывало. Что ж, выбора не было.
– Vetitum! – и на этот раз я с трудом, но удержалась на ногах.
А лорд Гордан с трудом, но вернулся в нормальную человеческую форму. И что делать дальше я откровенно не знала. Судорожно вспоминала все возможные вариации других запрещающих заклинаний, не столь изматывающих как «Vetitum» и не находила.
И тут наверху раздалось:
– Мисс Ваерти, чаю?
– С удовольствием, благодарю вас, миссис Макстон, – машинально произнесла в ответ.
И успокоилась. Самым невероятным образом я успокоилась. И пока миссис Макстон спускалась по ступеням вниз, я сходила, подняла оброненную тетрадь, и судорожно листая страницы вернулась к стене, и лишь когда села обнаружила сложенное вчетверо одеяло, и теплый плед, и подушку, и горячий чай в фарфоровой чашке из сервиза, который моя домоправительница берегла пуще зеницы ока и еще ни разу не использовала с момента нашего переезда.
– Спасибо, – поблагодарила, чувствуя подступающие слезы.
 
– Вы справитесь, моя дорогая, вы обязательно справитесь, – заверила миссис Макстон.
И ее убежденность придала мне сил.
Пальцы сами нашли нужную страницу, и я выбрала три наименее затратные по силе, и в то же время максимально эффективные заменители «Prohibere – остановить,Ut secum – прекратить,Satis – достаточно». Я повторила каждое про себя несколько раз, закрыла тетрадь и произнесла:
– Transformatio!
И на что я надеялась, спрашивается? Лорд Гордан вновь рухнул на камень, в пять раз быстрее чем прежде покрываясь шерстью, а его руки стали когтистыми лапами, причем обе.
– Prohibere!
Безрезультатно.
– Ut secum!
Тот же эффект, в смысле полное его отсутствие.
– Satis.
Рев Зверя вновь потряс весь мой дом.
– Potest!
В воздухе над Горданом начал формироваться ядовитый хвост. Да к проклятым чертям, что же это такое!
– Vetitum!
Я бы упала, не сиди прислонившись спиной к стене. А вот лорд Гордан рухнул на камень, тяжело дыша и не в силах отдышаться. С него ручьями лил пот, на губах проступила кровь, в глазах абсолютное отчаяние. В моих, вероятно, тоже.
– Хватит, – простонал дракон. – Я слышу его голос, Анабель, я ощущаю его силу, и ваше состояние я тоже вижу, остановитесь, прошу вас.
Ах, Зверь решил поговорить? Это вызов? Что ж, принимается!
Я решительно поднялась с одеяла, захватила с собой чашечку чая, и направилась к Гордану.
– Анабель! – хриплый крик я проигнорировала.
– Мисс Ваерти! – окрик мистера Оннера, как и звук взведенного спускового крючка игнорировать было уже невозможно. Я бы даже сказала – небезопасно. Причем вовсе не для меня, а для лорда Гордана, которого наш бывший пират мог хладнокровно пристрелить, во избежание, так сказать.
Обернувшись, я встретилась взглядом с поваром, и это был холодный взгляд бывалого убицы.
– Мистер Оннер, не ожидала от вас, – была вынуждена признать я.
– Мисс Ваерти, сам от себя не ожидал, но если с вами что-то случится, я никогда себе этого не прощу, – безапелляционно сообщил мистер Оннер.
Медленно сделав глоток чая, я выиграла пару секунд на размышления, и здраво рассудив, жестоко ответила:
– Со мной уже «что-то» случилось, мистер Оннер. Еще в столице. Когда профессор Стентон представил меня своей любовницей, напрочь уничтожив как мою репутацию, так и возможность общаться с семьей, для которой я стала позором. И не стоит утверждать, что вам ничего не было известно об этом.
Вскинутый браунинг дрогнул. И мгновенно вернулся к обычному состоянию взгляд мистера Оннера, и он уже ничего не смог мне сказать. За него высказался мистер Уоллан.
– Мы поняли не сразу, мисс Ваерти. Далеко не сразу. Все выяснилось лишь когда ваш жених появился на пороге городского особняка профессора Стентона, пылающий жаждой мщения и собирающийся вызвать профессора на дуэль. Вам известно, чем все закончилось? Я лишь отрицательно дернула головой, не в силах произнести, что мне ничего об этом неизвестно.
– Подчиняющее заклинание, – с горечью произнес мой дворецкий. – И мистер Доннер, ваш нареченный, покорно вернулся в свой дом, унося запихнутое в его горло ваше помолвочное кольцо. Полагаю, его родным пришлось вызвать доктора. И второе подчиняющее заклинание для всех нас, тех, кто не мог остаться безучастным в данной ситуации. Нам приказали молчать. Когда же профессор Стентон покинул этот мир, говорить что-либо вам было уже слишком поздно и слишком безжалостно. Мы не решились. Никто из нас. Этот удар судьбы я приняла стойко. В моих руках была чашечка чаю, а ничто в жизни так не успокаивает, как чашечка горячего чая. Кольцо Жоржа… мне было так стыдно, что я потеряла его, а не вернула, едва мой жених разорвал помолвку. Мне было совестно за это до сих пор, кольцо принадлежало его семье на протяжении нескольких поколений, я носилась по всему особняку в поисках, а выходит… кольцо было возвращено владельцу весьма варварским и бесчеловечным способом, на который были способны, похоже, только драконы. И горечь заливает всю душу, при воспоминании о том, как сам профессор Стентон, отставив все дела, азартно участвовал в поисках перстня… Какое лицемерие! Какое же чудовищное лицемерие!