ГД. Книга четвертая (СИ)

– Не стреляйте, – проглотив очередной глоток чая, попросила я. – Повторюсь – мне Зверь вреда не причинит в любом случае.
И я уверенно продолжила свой путь.
Придерживая юбку, обошла свечи, и опустилась на край камня-основания, идеально держа спину и продолжая чаепитие.
– Анабель?! – прохрипел лорд Гордан.
– Transformatio! – поднося чашку к губам, сказала я. И подземелье огласил рев дракона. А я, сидя вполоборота, отрешенно наблюдала за тем, как бьется в припадке трансформирующийся мужчина, а на его теле нигде и никак не проступает шерсть – Зверь боялся причинить мне вред. Невероятно, но в данный момент любовь лорда Гордона оберегала его так, как не сберегло бы ничто на свете.
– Держитесь, Себастиан, – попросила я, и продолжила: – Vocantem!
Заклинание вызова заставило Гордана вцепиться в гладкий камень стертыми до крови ногтями, на один миг в его глазах промелькнул взор Зверя, испугав округлым зрачком, но… лорд Гордан видимо любил меня искренне и сильно, а потому Зверь был вынужден уступить иной сущности. И на мой вызов ответил уже дракон.
– Quod veraimago! – призвание истинного облика.
И следователь содрогнулся, стремительно покрываясь чешуей. Она прорывалась из тела, раздирая кожу, но, когда кровь стекала, и стал виден цвет чешуи, я поняла, что лорд Гордан серебряный. Серебряный дракон.
– Potest!
И трансформация прекратилась, а лорд Гордан рухнул на камень обессиленный, обескровленный, измотанный… но дракон.
– Мисс Ваерти, воды? – раздалось сверху.
– И снег тоже, если вас не затруднит, – отозвалась я.
Лорд Гордан, тяжело дыша, хрипло произнес:
– Чувствую себя тем Зверем, что прикован в поместье Арнелов – меня мучит чудовищная жажда.
– Это нормально, лорд Гордон. Вот теперь все идет как надо.
Он вскинул голову, посмотрел на меня, и вдруг тихо произнес:
– Мисс Ваерти, вы даже не представляете себе, насколько вы красивы.
Улыбнувшись, лукаво ответила:
– О красоте сказать ничего не могу, но в одном отныне точно уверена – в вашей любви. Она невероятно сильна.
Полицейский судорожно сглотнул, потрясенно глядя на меня, а затем сдавленно спросил:
– То есть, направляясь ко мне, вы подобной уверенности не испытывали?!
Я скрыла улыбку, за чашкой, делая очередной глоток, и к счастью в этот момент появился мистер Оннер с ведром воды. Лорд Гордан замер, глядя то на ведро, то на мистера Оннера – его воспитание не позволяло ему пить прямо так, но мой повар ответил равнодушным:
– Арнел пил так.
– Все ведр… Всю воду? – переспросил лорд Гордан.
– В него влезло и в вас влезет, – заверил мистер Оннер.
Лорд Гордан произнеся покаянное:
– Прошу простить меня за отсутствие манер, мисс Ваерти, – взялся за ведро обеими руками и начал пить, стараясь не разлить ни капли на все так же сидящую рядом меня.
И вставать я не собиралась. Мы еще не закончили, а Зверь определенно не дремлет.
Когда с еще одним ведром спустилась Бетси, лорд Гордан хотел было облиться, вероятно сейчас у него жутко зудела вся кожа, но опять же – рядом сидела я, и он не пожелал оставлять меня мокрой. Понимая, что переубеждать бессмысленно, я прикоснулась к воде и прошептала:
– Congelatio!
Вода мгновенно обратилась снегом, и вот его лорд Гордан с облегчением высыпал на себя, с трудом сдержав полный облегчения стон, едва снег охладил кожу.
– Больно? – с нескрываемым сочувствием спросила я.
– Несколько неприятно, – практически ушел от ответа он.
Я кивнула, принимая ответ, и едва мистер Оннер и Бетси поднялись по ступеням вверх, произнесла:
– Transformatio!
Снова рев пробуждающегося дракона, упавший на окровавленный медленно тающий снег лорд Гордон, и прорывающиеся из-под ногтей когти Зверя, исчезнувшие тут же, едва я придвинулась ближе к искривленному трансформацией мужчине.
Несколько часов прошли как несколько лет.
– Transformatio! – трансформация.
– Vocantem! – зов.
– Quod veraimago! – заклинание истинного облика.
– Feralcat! – пробуждение звериной сути.
– Imperium! – заклинание управления.
 
– Vinculum! – привязка второй сущности к разуму первой.
– Essentianegatio! – отрицание человеческой формы.
Меня давно и безнадежно трясло от холода и магического истощения, миссис Макстон принесла не помню какую по счету чашку с чаем, миссис Эньо от переживаний связала мне шерстяную шаль, шерстяные носки и почему-то детскую шапочку. Последнюю матриархальным триумвиратом в лице Бетси, миссис Макстон и миссис Эньо было решено распустить до времени, но я попросила этого не делать – чепчик вышел на удивление милым, розово-белый, как зимняя заря, он казался легким и воздушным… не припомню, чтобы я когда-либо видела что-то столь же милое. Лорд Гордан, еще неведомо каким образом, остающийся в сознании, хотя я приготовила несколько заклинаний на случай, если он провалится в беспамятство, так же оценил чепчик, и его оставили в первозданном виде. А вот лорда Гордана оставить в том виде, в коем он сейчас пребывал я не могла никоим образом – мы дошли до финальной стадии, стадии полного оборота, а делать это в подземелье моего дома не представлялось возможным, как и вывести дракона наружу, потому как… Зверь ждал. Неимоверно бесился, несколько раз пытался достать подносящего воду мистера Оннера, но получил ведром по морде и больше не высовывался. Не высовывался, но выжидал, и я почти физически ощущала его присутствие. И это невероятно тревожило меня – контролировать лорда Гордона постоянно я не могла, ни физически, ни магически, но и вывести его на двор, не могла так же – у меня попросту не было сил даже на то, чтобы встать и идти ровно, а доктор Эньо был вынужден уже трижды останавливать мое носовое кровотечение. И я судорожно размышляла о том, что же мне делать, когда дверь в подземелье с грохотом распахнулась и прозвучал негромкий, властный, пугающий до дрожи голос:
– Мисс Ваерти.
Видит Бог, я обрадовалась его приходу.
– Лорд Арнел, вы появились как никогда кстати! – воскликнула я, действительно искренне обрадовавшись его появлению.
Но не могу сказать, что сам дракон был рад. От него, стоящего на самом верху спускающейся в подземелье лестницы веяло холодом столь значительно, что свечи, уже и так многое испытавшие в эту ночь, внезапно начали гореть столь тускло, что казалось еще немного, вот-вот, и они погаснут, погружая всех нас в абсолютный мрак. В любое другое время это насторожило бы меня, но сейчас. Сильная, столь подавляющая могущественная сила этого дракона сейчас требовалась мне как воздух. Просто в ином случае, я вполне могла перестать дышать примерно так навечно. И не только я, боюсь мои близкие тоже были под угрозой, а потому да, лорд Арнел появился очень вовремя.
И я, не сдержав облегченного вздоха, провела по волосам тяжело и хрипло дышавшего лорда Гордана и сообщила:
– Вам придется встать.
Он неимоверным усилием оторвал голову от камня, частично покрытого его кровью, и произнес:
– Я понял, сейчас.
Ни возражений, ни жалоб, ни слова об очевидном – самостоятельно встать он не мог, это понимала я, это понимали все присутствующие, и это, несомненно понимал лорд Гордан. Понимал, но все равно собирался совершить невозможное, не прибегая ни к чьей помощи.
– Вам придется принять мою помощь, – безапелляционно сообщила ему.
Взгляд дракона на миг исказился, приобретя круглый зрачок, но это было единственным проявлением ярости Зверя. Увы, сам лорд Гордан испытывал вовсе не ярость, но его твердость и принципиальность были значительно хуже ярости.
– Анабель, нет! – с непоколебимой твердостью произнес он.
 
– Себастиан, да! – я так же была готова стоять на своем до последнего.
И поняв это, лорд Гордан тяжело вздохнул и произнес:
– Анабель, вы сама едва ли сможете встать. Вы истощены магически, и физически. Вы с трудом держите спину ровно, и то, вероятно, лишь благодаря корсету. Если вам требуется, чтобы я встал – я встану. Сам. Без вашей помощи. И когда вы отойдете.