Осажденные камнем (ЛП)

— Они по-прежнему способны истекать кровью и умирать, но убить их непросто. Но мы уже сражались с непростыми врагами.
Ренн смахнул снег с нагрудника мертвеца, и тут же обеспокоенно отпрянул.
— Символ пламени. Это солдат из армии Железного Клыка, как и предполагали разведчики.
— Император Керган, — сказала Верна. — Я изучала историю.
— История не раскрывает все подробности. Великий генерал Утрос привел армию из сотен тысяч солдат под стены Ильдакара. — Ренн ткнул в кожаный доспех. — Как я уже говорил, наши великие волшебники обратили их всех в камень, но теперь они почему-то пробудились. — Он пробежался пальцами по своей клочковатой бороде. Дородный волшебник не брился с самого отбытия из Твердыни, утверждая, что растительность сохранит его лицо в тепле. — Может, только часть армии вернулась к жизни и ушла от Ильдакара в поисках дома в горах.
— И мы всех их убили, — потрясенно выдохнула Эмбер. — Мы даже не знали, враги они нам или нет.
— Враги, — сказал генерал Зиммер, глядя на погибшего. — Десять тысяч воинов не могут выполнять мирное поручение.
Он снова покачал головой, глядя на перепаханный лавиной склон.
Пробираясь между ледяными глыбами и шагая по рыхлому снегу, Верна наткнулась на еще одно тело, торчавшее из-под завала. Она замерла, когда воин пошевелился и застонал.
— Один жив! Добрые духи.
Она смахнула снег с лица воина, искаженного болью. Меловая кожа была рассечена и кровоточила. Мужчина закашлялся. Верна опустилась на колени, начав вытаскивать раненого из снега, и к ней поспешили Ренн и генерал Зиммер. Глаза у древнего солдата были остекленевшими.
— Может, ему помочь? — спросила Перетта. — Аббатиса, вы можете исцелить его своим даром.
— Он может сообщить нам что-то полезное, — добавил Зиммер.
Верна ощущала его страшные внутренние раны, сломанные кости и раздавленные внутренние органы. Солдат застонал, и она удивилась, что он еще жив.
Она смотрела на правильные черты его лица. Воин зажмурился, лицо исказила гримаса. Верна вливала в него энергию, чтобы продлить ему жизнь.
— Он... странный внутри. — Она легонько покачала головой. — И не протянет долго.
Генерал Зиммер наклонился:
— Кто твой командир? Какое у вас задание?
Солдат закашлялся и посмотрел на аббатису и других склонившихся над ним людей в незнакомой форме д'харианской армии.
— Генерал Утрос, — ответил солдат. — Мы служим Утросу во имя императора Кергана. Мы завоюем все земли Древнего мира.
Ренн посмотрел на остальных. Его лицо было таким же бледным, как у умирающего солдата.
— Вы были возле Ильдакара, — требовательно заговорил он. — Ваша армия была каменной, я сам это видел! Почему заклинание исчезло? Что случилось? Почему вы на марше?
— Мы пробудились. Утрос уничтожит Ильдакар, и мы завладеем всем миром. Это... наша миссия.
— Где остальная армия? — напористо спросил Ренн, в голосе которого сквозило отчаяние. — Это лишь малая часть сил войска под Ильдакаром.
— Мы шли вперед... — Солдат заерзал, но не смог вытащить ноги из-под снега. — Другие армии тоже движутся. Мы завоюем все, что встретится на пути. — Его закоченевшее лицо скривилось в болезненной усмешке. — Но основная часть наших сил все еще под Ильдакаром, и генерал сокрушит город.
— Ильдакар никогда не падет! — Лицо Ренна побагровело.
Солдат лающе засмеялся, и из его рта потекла кровь. Верне было все сложнее поддерживать жизнь в замерзающем мужчине, но разозлившийся Ренн махнул рукой, и магия сокрушила ребра воина и его грудную клетку, ломая хрупкое тело. Солдат дернулся и замер.
Ренн выглядел больным.
Генерал Зиммер посмотрел на Верну, лицо его было мрачнее тучи.
— Как я и думал, это армия вторжения. Если по Древнему миру маршируют другие такие отряды, мы на грани войны.
— Но почему? — Эмбер смотрела на мертвого солдата. — Мы даже не знаем их. Почему они хотят завоевать мир?
Верне стало жаль наивную девочку. За столетия, прожитые среди сестер Света, аббатиса привыкла к страданиям. Она учила молодых волшебников контролировать дар, и эти уроки часто требовали немалых усилий и приносили много боли. Она повидала разрушения и убийства, когда император Джегань и Имперский Орден прошли через Танимуру. Она прошла через страшные битвы, в том числе душераздирающее сражение, которое стоило жизни ее возлюбленному Уоррену. Да, она вдоволь насмотрелась на смерть. Но юная розовощекая послушница мало что знала о насилии. Ее брат, Норкросс, повидал кровопролитие в последней войне, но и он был еще совсем юн. К сожалению, Верна знала, что насилие и убийства заставляют наивную молодежь взрослеть слишком рано.
 
Зиммер созвал солдат.
— Возвращайтесь в Твердыню, — указал он на двух лучников. — Отправляйтесь немедленно и скажите им о том, что мы узнали. Проследите, чтобы они подготовились. Мы оказались перед лицом гораздо большей опасности, чем думали.
— Дело касается не только Твердыни, но и всего Древнего мира, — заметила Верна.
На лице Ренна был нездоровый румянец.
— Но самая большая опасность грозит Ильдакару, а значит, наша миссия стала еще важнее. — Он смахнул снег со своего промокшего одеяния и с тревогой посмотрел на капитана Тревора. — Здесь больше не на что смотреть. Мы знаем, что натворили. Теперь нужно вернуться в город как можно скорее.
Верна заметила напряженное выражение его лица.
— Ренн прав, генерал. Пусть разведчики найдут дорогу через горы, чтобы мы могли попасть в Ильдакар. Как только мы объединимся с Никки и Натаном, у древней армии добавится проблем.
  
Глава 64
 
Огромный серый дракон склонил голову под магическими ударами Авы и Рувы, но не выглядел покоренным. Утрос ощущал скорее трепет, чем страх. Большие глаза Брома вспыхнули, крылья вызывающе выгнулись. Он с рычанием выдохнул, посылая в генерала обжигающие струи серы и дыма, но Утрос удержал связь. Он прикоснулся к отполированной золотой полумаске, вспоминая о заплаченной цене.
— Сражайся за меня. Это приказ моего императора.
Дракон заговорил приглушенным от боли голосом, в котором ощущалась угроза:
— Ты не смеешь повелевать мной, человечишка.
Ава и Рува переплели пальцы, объединяя потоки магии. Бром запрокинул голову, когда внутри его черепа взорвалась боль. Он издал еще один рык.
— Я повелеваю тобой, — спокойно сказал Утрос. — Мне нужно оружие, чтобы покорить этот город. Нет никого мощнее дракона.
Бром откинулся, присев на задние лапы.
— Меня не волнует ваша возня. Я страж юдоли Кулот и должен выполнять свой священный долг. — Он захлопал крыльями, и два мощных взмаха подняли тело рептилии в воздух.
Утрос снова потянул за узы:
— Нет, ты уничтожишь город, повергнешь моих врагов и покончишь с этой осадой. Мне все равно, куда ты отправишься потом, но сначала ты должен повиноваться мне. Даруй мне победу.
— Я мудрый дракон. — Бром навис над генералом. — Я тысячелетиями копил знания. Я знаю кости своих предков и охраняю их покой. Я не чье-то оружие.
— Ты дракон! — сказал Утрос. — Лети к Ильдакару и обрушь на город свой огонь. Запугай людей, сокруши башни и стены. Сделаешь это, и можешь быть свободен.
Не дожидаясь ответа серого дракона, колдуньи снова применили магию, швырнув ему в грудь копья боли. Бром изверг в небо струю огня. Рыча от разочарования и гнева, дракон поднялся в воздух и полетел к Ильдакару.
* * *
Громадные воины Иксакс с низким стоном пошевелились. Глядя на них, Натан испытал прилив страха и восхищения. Стальные доспехи неохотно заскрежетали, когда Иксакс шагнули вперед, двигаясь самостоятельно впервые за многие столетия. Похожие на башни торсы со скрипом повернулись. Головы в шлемах склонились, когда Иксакс посмотрели на Натана. Великий волшебник почувствовал себя жалким под взглядом воинов.
Он вспомнил, как третий из них превратил Андре в месиво плоти и кусочков костей. Если Иксакс окажутся изменниками, то могут пойти против него, выломать ворота Ильдакара и устроить в городе погром.