Осажденные камнем (ЛП)

— Прошу... — прошептал Натан, не зная, слышат ли они.
Иксакс распрямились и устремили взгляд на несметные тысячи вражеских солдат и дракона, только что приземлившегося в лагере генерала. Потом титаны зашагали по полю боя.
— Возвращаемся за стены! — крикнула Никки. — Закрыть ворота!
Оставив за стеной громоздкие пустые подводы, палата волшебников, одаренная знать и рабочие отступили в город, и внушительные ворота закрылись. Натан, Никки и Эльза поспешили наверх, чтобы посмотреть, что станут делать воины. На гребне стены уже стояли дозорные и многочисленные зеваки.
Натан смотрел, как Иксакс шагают к огромной армии.
— Вот для чего они были созданы.
Воины Иксакс наступали, словно двуногие тараны. Древние солдаты, заполонившие долину, отвлеклись на прибытие дракона, но передние ряды уже повернулись лицом к новой угрозе. Иксакс набирали скорость. Вражеские солдаты выстроились в линию, сомкнув щиты, чтобы защититься от приближающихся живых таранов. У гигантских воинов было по мечу длиной с человеческий рост. Походя на волков в курятнике, каждым ударом меча Иксакс разрубали десятки солдат Утроса. Сотни солдат устремились к титанам, без раздумий жертвуя собой, чтобы замедлить их. В ответ двое гигантов рубили их сотнями, пробираясь вглубь лагеря. Зрители на высоких стенах Ильдакара ликовали, подбадривая освобожденных Иксакс.
Никки схватила Натана за руку и указала на небо.
— Смотри, дракон! Он летит к Ильдакару! — Она стиснула зубы от осознания, что Утросу удалось взять под контроль серого монстра. — Я пойду к самой высокой точке города, чтобы сразиться с драконом, если придется. — Не дожидаясь ответа, она устремилась прочь.
Натан смотрел, как титаны выплескивают копившуюся веками ярость на настоящего врага. Они размахивали огромными мечами, выкашивая ряды полукаменных солдат. Иксакс давили воинов массивными перчатками. Враги умирали сотнями, и титаны прорывались вглубь армии, круша черепа десятками.
Натан не испытывал симпатии к Утросу и его армии. Он бы предпочел, чтобы враг внял доводам разума и обосновался где-нибудь на просторах Древнего мира, но теперь он знал, что древнее войско нужно уничтожить. Утрос никогда не сдастся. Он стрелял из катапульт изуродованными телами павших ильдакарцев, и те приземлялись внутри города. Его колдуньи атаковали Никки ее же волосами и убили бедняжку Лани. Они вели смертельную игру, и теперь Иксакс сметут с доски все игровые фигуры.
Расширяющаяся полоса разрушений пронзала вражескую армию. Иксакс стремительно продвигались, оставляя за собой тысячи раненых и мертвых. Натан наблюдал за ними с громадным удовлетворением. Мощь Иксакс оправдала его ожидания. Они выполняли свой долг: защищали город. Но перед ними было многотысячное войско, и Натан боялся, что даже у гигантских воинов нет шансов. И серый дракон, хлопая огромными крыльями, быстро летел к Ильдакару.
* * *
Когда дракон полетел прочь от Утроса, генерал заметил первого командующего Еноха, который мчался к нему на коне и кричал:
— Наши потери исчисляются тысячами, генерал! Нужно бороться с этими гигантами.
Утрос видел, как огромные воины появились из ворот Ильдакара, но подчинение Брома потребовало его всецелого внимания. В другой момент он счел бы двух колоссов пугающими, но у него есть дракон.
Морщинистое лицо ветерана исказилось, а жесты стали дергаными, когда он не услышал ответа.
— Мы должны сразиться с ними, генерал! Нам нужна вся доступная магия. Пусть колдуньи взорвут их.
Утрос повернулся к Аве и Руве, которые выглядели истощенными.
— Мне требуется вся их сила, чтобы контролировать дракона. Он не должен обратиться против нас. Они уже потратили немало магии.
— Но вы только гляньте на этих исполинов, сэр! Мы потеряем слишком много бойцов.
Утрос смотрел, как высоченные нечеловеческие фигуры продвигаются через ряды солдат. Они казались неудержимыми. Генерал посмотрел на Еноха через золотую полумаску.
— Так обрушь на них нашу армию, сокруши числом. У нас больше воинов, чем они предполагают.
 
С холодной отрешенностью он восхищался неимоверной силой закованных в доспехи чудовищ. Солдаты разлетались во все стороны, как брошенные монеты. Утрос сделал глубокий вдох и поправил рогатый шлем на голове.
— Да, так мы и должны сделать. Великаны кажутся неуязвимыми, но у нас огромная армия, а цели всего две. — На затвердевшем лице появилась улыбка. — Я уверен в победе.
* * *
Пока за стенами бушевала битва, Никки бежала к вершине плато, где стояла башня властителей. Разрушенная пирамида рядом напоминала о ночи, когда началось падение старого порядка в Ильдакаре.
За стенами Иксакс продолжали выкашивать вражеских солдат, но Никки сосредоточила внимание на драконе в вышине. Она не могла толком его рассмотреть и поняла лишь, что он очень крупный. Взмахнув мощными крыльями, он спикировал вниз, оставляя в воздухе оранжевый пламенный след. Тварь поджигала виноградники, оливковые рощи, крыши складов. Горожане убегали в поисках убежища, но ни дома, ни подвалы не могли защитить их от драконьего огня.
Оказавшись на вершине плато, Никки подняла руки к небу и громко закричала:
— Дракон! Явись ко мне.
Она использовала дар, и бело-черные молнии прочертили небо, привлекая внимание создания. Она побежала по ступеням разрушенной пирамиды, намеренно выбрав это сооружение — каменные блоки не загорятся от пламени, и еще рядом не было ни домов, ни людей. Никки могла встретиться с чудищем один на один. Дракон по спирали спускался к ней, ревя от жалящих его молний. Увидев, что она взбирается по разломанным ступеням пирамиды, он подлетел ближе.
Чудище показалось Никки знакомым, и когда он раздул грудь, чтобы исторгнуть смертоносное пламя, колдунья выкрикнула его имя:
— Бром!
Дракон замешкался, хлопая широкими крыльями, и сделал над ней еще один круг.
— Бром, страж юдоли Кулот, почему ты покинул кости драконов? Ты должен был защищать их, а не сражаться с нами.
Серое чудище фыркнуло, но заинтересовалось. Никки помнила, каким он был древним и дряхлым, с изодранными крыльями и выпирающими ребрами. Несмотря на возраст и слабость, Бром бросился защищать кладбище драконов. Никки, Натан, Бэннон и юная Чертополох пришли в юдоль Кулот за ребром дракона, чтобы справиться с Госпожой Жизнь. Сражаясь с серым драконом, Никки случайно омолодила его, придав ослабевшей рептилии сил и энергии. Теперь Бром был внушительным и пугающим — настоящий монстр. Отведя крылья назад, он приземлился на груду обломков перед Никки. Неровно остриженные светлые волосы еще не отрасли, и она не знала, узнает ли ее Бром. А может, для дракона все люди выглядят одинаково. Она чувствовала бурлящий внутри дар, жаждущий высвобождения.
— Бром, я сражалась с тобой, когда ты был гораздо слабее, — храбро крикнула она. — И буду биться снова, если вынудишь.
Мудрый дракон стоял на разрушенной пирамиде, исполненный энергии. Он выдохнул с громким гулким сопением, и возле чешуйчатой морды заклубился дым.
— Ты колдунья. Я помню.
— Мы встречались в юдоли Кулот, — сказала Никки. — Ты даровал нам ребро, в котором мы нуждались, а моя магия разожгла огонь в твоем сердце. Я дала тебе силы и избавила от дряхлости.
— Да, так и было. А я дал нужную тебе кость. Мы в расчете.
— Я не взываю к долгу, — возразила Никки. — Я обращаюсь к здравомыслию. Ты мудрый дракон, старый ученый. Разве мудрец позволит втянуть себя в войну, которая для него ничего не значит? Почему сражаешься на стороне Утроса? Что тебя заинтересовало?
— Ничего. Ты меня тоже не волнуешь.
— Тогда зачем ты здесь? — спросила она.
Бром фыркнул.
— Он создал магические узы, используя обожженную драконьим огнем кожу на его лице. Мы связаны, и его колдуньи вынуждают меня подчиняться. Потом я снова стану свободным. Так он сказал.
— Кто-то может подчинить столь могущественное создание? — спросила она. — Я знаю, откуда у него шрам. Ты не серебряный дракон, который сражался с ним много лет назад.