Свет призрачной звезды (СИ)
* * *Кэм первым вошел в расширение тоннеля мусоропровода и увидел окровавленное тело Оула. От ужаса он перестал чувствовать себя, как будто это его душа разлучилась с телом. Он понял, что запомнит на всю жизнь будто стеклянные широко распахнутые карие глаза, слегка приоткрытый рот.
Кэм подошел ближе, знаком приказав Виале и Шадпи осторожно следовать за ним. Ему почудилось, что Оул смотрит на него с настойчивой просьбой. Ненависть, отразившаяся на лице лидера повстанцев, проникла в молодого архитектора, постепенно преобразовывая страх в полное бесстрашие, превращая в воина.
Шадпи стало плохо, Виала отвела ее к цыжсекру, а Кэм остался стоять, склонившись над убитым.
Эйнар почему-то не питался своей жертвой. Вместо клочьев разодранной плоти, которую приготовился увидеть Кэм, он видел аккуратное отверстие в груди, из которого еще торчал кинжал. Преодолевая отвращение, Кэм вынул окровавленное оружие. Позднее выяснит, что порезал палец острым завитком рукояти, но в тот момент он боли не почувствовал. Им овладела накопившаяся злоба. Он крепко сжал резную рукоять и с криком замахнулся в кого-то невидимо стоящего напротив. В тот краткий миг он захотел возглавить новое Восстание, сразиться с Эйнаром… убить захватчика.
Кэм вышел на свет, держа кинжал в вытянутой руке. Между полосками синей крови мелькнули желтые отблески.
Кэм удивленно осмотрел кинжал
— Ловинопий, — объяснила Шадпи, — Подарок его прадеда, привезенный с Мокрокуса. Редчайший минерал, который вступает в реакцию с любыми металлами, в том числе дботевитием, из которого сделана броня боевых роботов. Такое простенькое на вид оружие входит в робота как нож в сливочное масло.
— Оул надеялся, что ловинопий подействует таким же образом на марсианский симбиотик, — догадался Кэм. — Я не знаю формулы ремаса, но думаю, он ошибался… Кинжал твой.
— Теперь он твой, Кэм, — Шадпи смутилась и добавила, — Надеюсь, что однажды он тебя спасет в бою.
Девушка вернула ему кинжал.
Они похоронили Оула у корней старого бекимуса на высоком кургане Афпотеда рядом с прославленными героями древности и положили на могилу светящиеся в темноте белые камешки сдиютеги, символы памяти.
— Представьте, как здесь будет красиво ночью. Зеленый курган засияет белым светом, — завершила долгую прощальную речь Шадпи.
Кэм привез неожиданную союзницу в дом его родителей, но пока они с Виалой суетились насчет угощения для новенькой, Шадпи сбежала.
Вернулась ли она к Полководцу Латлину, или впрямь оказалась вражеской шпионкой, покажет время.
ГЛАВА 19. Веляника
Лариса
Лариса проснулась, лежа в открытой капсуле. Открыла глаза и посмотрела по сторонам, вокруг не было ни души. Даже вездесущие роботы куда-то перебрались, их не видно было и в коридоре за открытой дверью. Свет больше не был невыносимо ярким.
Лариса решилась встать, не зная, куда ей идти. Она стала прокручивать в памяти намотанную на извилины информацию. Нелианский язык она теперь знала в совершенстве, но была от него не в восторге, ровно и как от велянского. Если велянский язык был тяжелым, шипящим, каким-то шершаво-скользким и медленно ползущим как настоящая змея, не мягкая пушистая дапатития, то нелианский язык был быстрым, резким, острым и рваным, похожим на лай стаи разъяренных псов. Не пожелаешь и врагу на нем говорить. А впрочем, ее враг номер один и так говорил по-нелиански с рождения. Если считать рождением не момент выемки крохотного эмбриона из материнской утробы, а выпуск из инкубатора “свежего” гражданина в возрасте двадцати усредненных галактических лет, который приблизительно соответствует двадцати земным годам.
Все-таки хорош русский язык! Не только велик и могуч, но еще и удобен. Жаль, что придется от него понемногу отвыкать. Только бы не насовсем!
Лариса посмотрела интересное кино о мире, где родилась (или вышла из инкубатора) ее бабушка. Ничего ужасного в повседневной жизни нелианцев она не заметила. Так же работали, общались, влюблялись как люди. Только раз в сутки ели сырое мясо ускоренно выращенных животных. Никто никого не кусал. Жизнь как жизнь, но… где-то за кадром яркого красивого фильма чувствовалось развивающееся зло. Мелькала тень надвигающейся угрозы.
Правитель Релти, великолепный красавец с косой до пояса и очаровательной улыбкой, в кругу семьи был вежлив и заботлив, но временами чувствовалось его внутреннее напряжение. Велянская жена Леолла старалась его поддержать, утешить. Он отвечал ей лаской и старался отшутиться от вопросов на государственные темы. Играл с подрастающей дочерью и полосатыми зверями, похожими на больших остроухих собак — длинногривыми келинами.
Правитель Релти был хорошим нелианцем, а злодей Эйнар и его хотел убить. Своего старшего сводного брата.
— Олко элдай кейр — “Есть здесь кто?” — спросила девушка по-нелиански, выглянув в коридор, и сама испугалась непривычного и неприятного звучания голоса.
— Неймер экт Кэм Таркеша, — неожиданно услышала ответ.
Из стены выдвинулась тонкая железная дверца и бочком в коридор протиснулся Кэм.
Лариса удивленно смотрела на него. Золотистые волосы, голубые глаза, светлая кожа… Он будто бы стал ярче, и запах… Ей показалось, что симпатичный блондин пахнет свежим хлебом, а еще… земляникой?
Нелианские способности понемножку, точно с бережной осторожностью пробуждались в ней. Это и есть признак стабилизации.
— Привет, Кэм, — Лариса перешла на родной язык. — Что ты тут делаешь? И где Нивия, или Крошка Нив. Мне, честно, неудобно, звать ее крошкой.
— Нив попросила меня побыть с тобой, — признался парень с тонкой улыбкой. — Она уверена в твоей стабильности, но я тут подопытное существо. На всякий случай. Так вы говорите.
— Ты проверяешь, не захочу ли я тебя съесть или покусать? — Лариса, не спеша, подошла ближе. — Поверь, мне этого совсем не хочется. Можешь не бояться.
— Тот, кто боится, разве согласился бы стать подопытным? — Кэм взял ее за руки, и она почувствовала легкое покалывание в ладонях и на кончиках пальцев.
— Почти щекотно, — Лариса поделилась впечатлениями, не сводя глаз с Кэма. Очаровательный блондин тоже смотрел на нее, обеспокоено и непонимающе. Кэм сжимал в ладонях ее пальцы так нежно, что море негативных эмоций Ларисы обмелело, а потом высохло. Страхи отступили. Мир и тишина воцарились в ее душе.
“Кэм и вправду, хороший”, — мечтательно подумала девушка.
— Это концентрация энергии… — изумленно произнесла она.
— Наверное. Током стреляешь.
Кэм отпустил ее руки. Лучше бы не отпускал. Необыкновенно приятные у него ладошки. И сам он чудесный.
“Стоп!” — твердо приказала себе Лариса. — “Не влюбляться в инопланетян! Ни в коем случае! И ладошки забыть! Думать о спецзадании! Любовь будет на Земле, когда вернусь домой. Если вернусь. А если нет, тогда и не понадобится любовь”.
— Не понимаю, почему нелианцы уничтожают молодежь с несовершенствами внешности, — Лариса выбрала наиболее отвлеченную тему для разговора. — Не проще ли сделать пластическую операцию? У нас на Земле это распространенное явление, особенно среди знаменитостей.
На самом деле она не понимала и сердилась, почему Эйнара не отправили в молекулярный расщепитель из-за нестандартно длинного носа. Его выпустили в жизнь по “блату”?
— У нелианцев быстрая регенерация, и проходит она иначе, чем у землян, — объяснил Кэм. — Если изменить черты лица, например, разрез глаз и форму носа, то вскоре после врачебного вмешательства они восстановятся в исходном виде. Так, как запрограммировано генетически. У нас, велян, регенерация проходит по тому же типу, но медленнее, чем у них.
— Значит, вам и омоложение недоступно, — ляпнула и тут же пожалела Лариса.
— Жизнь идет, как вы говорите, своим чередом, и старость приходит, это неизбежно. Ее нельзя полностью предотвратить. Нет во вселенной таких технологий. Внешние обновления не останавливают естественный механизм самоликвидации. Мы стареем позднее землян, а у нелианцев типичные возрастные признаки вообще проявляются очень поздно. Но каждое существо живет в течение срока, отпущенного ему Повелителем Вселенной.