Наглый. Плохой. Злой (СИ)
— Почему я должен тебе верить?
— Ну я же поверила в твой взгляд. И вообще я тебя вспомнила. Ты не в первый раз тут, и всегда, когда мы с Янкой, ты палишь на нее, как наркоман на дозу. И я решила поиграть в амура. Мальчик, на девушку надо не смотреть, а забирать ее оттуда, где она несчастлива. Начни хотя бы с секса. А я тебе даю карт-бланш, потому что она задыхается с ним.
* * *Сжимаю в руке телефон. Туда мне упали цифры от лучшей подруги той, которую я старался даже мысленно не называть. Итак, у меня карт-бланш. В браке задыхается, говоришь? А хер ли она тогда там сидит?
— Лех, ты че притрушенный? Иди сюда, — парни машут мне руками, там и девочки есть. Чисто по приколу поперся сюда с ними, особо не рассчитывая встретить Яну. Все предыдущие разы не встречал же, чуть с ума не сошел. Так я понял, что не везет уж очень часто увидеть ее тут.
Мне по факту с ней не очень везет, потому что вмазался по самые яйца.
По самые, сука, яйца!
Сжимаю челюсть до характерного хруста. Сейчас бы в зале сбить руки в кровь, но вместо этого я тут, втягиваю носом едва уловимый аромат духов, который по факту уже не учуять, если не свихнувшееся животное.
Ищейка.
Вбиваю номер и пишу простое “Яна”. Просто Яна, но такая роскошь для меня. Обычное имя, что сводит с ума.
— Я пас, сорри, — бросаю компании и решительным шагом направляюсь прочь из заведения. Меня тут уже ничего не волнует. Вообще ничего.
В пару кликов я вижу фотку Яны на весь экран. Сохраню, листаю. Вставляет уже. Черт возьми, а что мне теперь делать? Сжимаю переносицу двумя пальцами и продолжаю издеваться над собой. Пересматриваю все в мельчайших подробностях, от которых жилы стынут.
Очень красивая девочка и вся не моя. Пока что не моя, потому что что-то подруга не договаривает. Я буду не я, если не пойму, что именно.
Яйца сжимает под прессом, и предвкушение чего-то запретного повисает мерцающей вывеской перед мордой.
А пока что долистываю все профили до конца и сажусь в машину, где сталкиваюсь с новой реальность: теперь у меня и на ее фотки будет стоять, ведь я собираюсь пересматривать так часто, как мне захочется. А хочеться теперь будет всегда!
Сука! Почему?!
Дошел до пика своей одержимости: увеличиваю фотку и больше не дышу, всматриваясь в каждый открывшийся мне сантиметр ее бархатной кожи. Глаза закрываются, и я впадаю в истерику.
Он тебя шантажирует? Принуждает? Что? Угрожает? Не дай бог… бьет? Я же его уничтожу, раскрою на лохмотья, если что-то плохое делает.
Грудина ходуном гуляет, пока представляю самый плохой вариант развития события. Ну нет, там батя вменяемый, он бы такое в жизни не позволил. Тут есть что-то еще.
И я докопаюсь до истины. Испарина выступает на лбу, руки сжимаются в кулаки, а голова упирается в стекло.
Твою мать, твою мать, как не сорваться?
Но палец уже зависает над пустым диалогом с Яной.
Строчу:
“Привет, Яна”.
Самое тупое, что только могло бы быть, но она не в сети, не отвечает, да и вообще не могла бы ответить мгновенно. Чего я вообще хотел, дебила кусок?
Проверяю расписание и понимаю, что сегодня вечером она будет в зале.
Обязана быть.
Что ж, пришло время записаться в другую качалку.
Сердце шандарахает в висках ударом молота о наковальню, перед глазами туманная пелена, но я уверен в том что делаю, как ни в чем.
И че ты думаешь, просто подойдешь и скажешь, мол "я тебя у него заберу?".
Примерно так и будет.
А что если подкат подруги лишь завуалированный ход, чтобы охранники не просекли фишку?
И на самом деле она меня тоже заприметила?
В спортивном зале она обычно занимается сама, потому что мужики стоят у входа и курят. Я много раз “проезжал мимо”, как бы это дико не звучало, и замечал такие вещи, а значит… значит.
Волнении глушит обухом.
Значит, у нас будет время.
Зачем он приставил к ней охрану? Охранять или не дать сбежать?
Мысли хаосом проносятся в голове, и ни одну не могу ухватить. Меня бросает из стороны в сторону.
Меня шароебит по всему городу ровно до часа икс. До момента, пока я не вижу, как из бронированного танка ублюдка Верховцева не выходит моя чужая…
Замотанная в пуховик и с рюкзаком… глаза в пол. Ни на кого не смотрит. Ну же, Яна, поверни голову. Мне очень надо.
Всем телом напрягаюсь и чувствую адскую пульсацию в висках. Она поднимается наверх, а охранники остаются внизу.
Ровно сотая доли секунды, и я устремляюсь вслед, перекидывая спортивную сумку через плечо.
Иду за ней, словно зверь на свою добычу.
Я поехал крышей и очень этому рад. Когда запах духов врезается в ноздри, я все-таки сбиваю Яну с ног. Нарочно-случайно. Перехватываю в последний момент и жму к себе, упираясь мордой в разлетевшиеся по спине волосы.
Обдает кипятком.
— Ой! — пищит она, а я прижимаюсь лицом к макушке, впитывая в себя сразу так много запахов и вкусов.
— Извини, я совсем медведь, — хриплым голосом вещаю в ушко. Меня штормит.
Она вырывается из моих рук и в ужасе рассматривает лицо. В сантиметрах от моего. Дышу ее воздухом и понимаю, что по органам чувств полыхает пламя, уничтожая все живое.
ГЛАВА 7
ЯНА
Опять он. Слюна встает комом в горле. Бешеный стук сердца ударами молота разносится по телу. Оглушает. Ударяет, как будто обухом по затылку. Я знатно перепугалась, потому что явно же не ожидала такого поворота событий. — Здравствуйте. Давыдов морщится, а потом бросает на меня игривый взгляд, припорошенный чем-то очень тёмным и незнакомым мне. — Мы вроде как условились, что теперь на "ты", не намного же ты меня старше, — бросает дерзко, а затем перехватывает из моих рук спортивную сумку. Совершенно спокойно, как само собой разумеющееся. Я потрясённо смотрю на него и киваю. Зачем он забрал сумку? — Ну, мы идём или нет? Спортивная жизнь ждёт — не дождётся, — хмыкает и кивает на лестницу. Мда. Этот человек максимально странный. И прилив отвращения ко мне очень быстро сменяется другим приливом. Только не понимаю пока, каким. Поворачиваюсь и поднимаюсь, стараясь успокоиться, чтобы… да чтобы не сверкать пятой точкой перед ним. Мне почему-то очень неловко, как-то совсем не по себе, когда он сзади и почти дышит мне в затылок. — А ты давно спортом занимаешься? Чёт я тебя тут не видел… — С месяц усердно, но я хожу не всегда в одно и то же время, к тому же, я без привязки к тренеру и результату, так как сама занимаюсь. Прохожу последние ступеньки и тянусь к двери, но Давыдов меня перегоняет и первым накрывает ладонью ручку, повернувшись ко мне вполоборота. — А чего без тренера? — Не знаю, я для здоровья больше, мне без формы всякой разной и вообще. — Не жопу качать, да? Тебе не надо, верно, — произносит он, оглядывая меня с ног до головы. На бёдрах тормозит, а затем всё-таки поднимает взгляд выше. Немного… и чуть позже уже смотрит в другие глаза. Задыхаясь от негодования, толкаю дверь и прохожу вперёд. Я не знаю, что он о себе думает, но если он думает, что со мной можно так шутить, то он очень ошибается. И целенаправленно иду в женскую раздевалку, напрочь забывая про свою сумку. Давыдов следом, не отстаёт. — А что я такого сказал, что ты прям покраснела вся? А то ты не в курсе, что у тебя зачётная задница? Меня начинает колотить от внезапной вспышки ярости. Так, как он смеет? Я что, давала повод так думать о себе? Новая поворачиваюсь к нему и со всей жёсткостью в голосе произношу: — Кажется, мы не на том уровне отношений, чтобы ты говорил мне подобные вещи. И вообще, я думала, тебя воспитали получше. — Да меня вообще пиздили, а не воспитывали. Так что в этом ты очень ошиблась. Но мужиком я всё равно вырос, это правда. Он ухмыляется, от чего на лице появляются ямочки, а потом вручает мне сумку. Прямо у входа в женскую раздевалку. — Короче, Яна, жду тебя на беговых дорожках. Сегодня я буду твоим тренером. Даже для здоровья нужно заниматься так, чтобы это не приносило тебе вред. А я вижу, что у тебя напряжение во всём теле. И тут есть две причины… Первая: у тебя нет классного секса, вторая: ты хуёво занимаешься в зале. В принципе, я могу тебе помочь. Моему негодованию нет предела. Вспыхнув всеми оттенками красного, я с силой толкаю дверь в женскую раздевалку, бросая напоследок: — Хам! Внутри разливается лава чистой ярости. Да как он… как он?! Как он смел! Бросаю сумку и чувствую вибрацию по телу. Резко поворачиваюсь и смотрю на себя в зеркало. В этих уставших глазах целый вихрь самых разных эмоций, которых не было очень давно. Дышу часто и глубоко, мимо проносятся девчонки, все такие радостные и лёгкие, а одна я, прибитая чем-то очень тяжёлым.