Красная шапочка для босса (СИ)
- Рева Виссарионовна, здрасте! Вы какими судьбами тут?
- К внучке пришла глянуть, где она работает. Ты тоже тут, что ли?
- Да... менеджером бельевым на полставки...
- Ишь, чудеса какие. Не зря говорят, что мир тесен!
В этот момент створки гостевого лифта в фойе раскрываются, и оттуда стремительно выходит наш начальник службы безопасности с озабоченным видом. Ульяна аж вся сжимается. Ее тройной подбородок инерционно и многократно, словно сочный студень, подрагивает.
- Вы меня простите, Рева Виссарионовна, но я очень спешу... - немного заискивающе частит она, старательно избегая устремленных на нее взглядов. - Соседи сверху квартиру залили... надо успеть разобраться, пока обеденное время.
- Ты ж в соседнем дачном поселке жила, - замечает бабуля. - Протестовать с нами в Управу против торгашей-застройщиков, помню, ходила... Переехала, что ли?
- Да-да, к родственнице... Ну, я побежала! Рада была вас увидеть, Рева Виссарионовна! - и Ульяна вдруг порывисто сгребает явно удивившуюся такому порыву бабу Реву в свои мощно-пухлые объятия.
- Ну удачи тебе с соседями, - кивает та в ответ и, озадаченно глядя в быстро удаляющуюся спину прачки, говорит мне: - Ишь, какая эмоциональная стала, обниматься приучилась. А раньше и руку-то пожать постороннему брезговала, надо же.
Тем временем начальник службы безопасности приближается к нам и спрашивает мимоходом то ли меня, то ли Валерию:
- У кого новые ключи от служебного? Максим Романович с нас всех стружку снимет, если к концу обеда проход не откроют!
Валерия безразлично отмахивается.
- А это вы у рабочих уточните. И у своих подчиненных, которые замену замка и установку дополнительной двери после инцидента с Сусаевым должным образом не проконтролировали. Пусть за свои косяки сами отвечают. Я тут вообще больше не работаю после передачи дел, - подчеркивает она и с холодком кивает мне: - Как закончите с этой вашей «экскурсией», поднимитесь в приемную, я проинструктирую по нашей рабочей текучке. Свой кабинет освобожу к концу дня.
- Хорошо.
Она делает движение, чтобы уйти, но с последний момент притормаживает чуть поодаль, глядя на меня со странно болезненным выражением лица.
- Марина? На пару слов.
Я настороженно подхожу к ней, оставив бабулю возле швейцара, на которого переключился с расспросами безопасник.
- Вот что я скажу тебе... - с тихим ядом произносит Валерия. - Не обольщайся особым отношением Волчарина. Он разжует тебя и выплюнет сразу, как только решит, что ты для него бесполезна. Потому что вся его жизнь - это работа, а женщины - всë равно что удобный функционал для релакса, вот и все. И если он вдруг обратит на тебя внимание... советую держаться от него подальше. Он не мужик, а какой-то... робот-социопат. И не способен на нормальные человеческие эмоции!
Ее слова меня тревожат и раздражают одновременно. И вообще... как-то обидно за босса становится. Я ведь прекрасно помню, как он проявлял обо мне вполне человеческую заботу после едва не случившегося насилия в универе. Своеобразно, конечно, но всë-таки это точно было сочувствие. Так что никакой он не социопат.
- Ерунда! - решительно отвечаю я Валерии, повинуясь импульсивному внутреннему порыву и совершенно забыв, что бабуля может услышать нашу беседу. - Максим Романович - самый классный из всех мужчин, которых я знаю. Если он обратит на меня внимание, то я буду только рада, ясно? Уверена, он способен сделать счастливой любую нормальную женщину, которую полюбит!
- Ага, мечтай-мечтай, - злобно шипит она. - Дурочка, ты думаешь, что тебя с ним ждет уютное гнездышко? Думаешь, он станет носить тебя на руках? Готовишься печь ему домашние пирожки?
Наш разговор заходит совсем уж в странные фантастические дебри, и мне вдруг становится дико смешно от нелепых домыслов ревнивой волчаринской подружки. Откуда она вообще взяла, что между мной и боссом что-то есть?
- Нет, - я кусаю губы, чтобы скрыть рвущийся наружу смешок, и неожиданно для себя шучу: - Пожалуй, я для него лучше буду печь чебуреки. Они ему прям отлично заходят.
Валерия закатывает глаза, не понимая моей иронии, и наконец уходит, бросив через плечо:
- Ты просто феерическая идиотка..!
Я на мгновение задумываюсь над всем, что она мне наговорила... и только басистый голос бабы Ревы возвращает меня в реальность советом, обращенным к Геннадию:
- Вьюноша, вы бы отключили эту вашу переговорную штуку на груди. А то разрядится ведь.
Глава 25. Конюшня
Вопреки моим опасениям, вникнуть в текущие дела предшественницы не составило большого труда. Всего за пару дней я разобралась в большинстве важных направлений и сделала для себя удобные заметки в новеньком электронном планшете. Его мне неожиданно выдали вместо бумажного блокнотика.
Волчарин почти ничем не напрягал меня пока и как будто бы особо и не замечал... но каким-то шестым чувством я улавливала его пристальное внимание на себе. И гадала, чем оно вызвано - какими-то сомнениями в моей профпригодности или всë-таки личным интересом?
Увы, Боярка - зараза такая говорливая, - сделал меня настоящим параноиком, посеяв в подсознании зерна нежелательных мыслей. И они проросли прямо в сердце слишком волнующими и совершенно неуправляемыми чувствами к моему боссу. Очень уж почва оказалась для этого плодородная и щедро удобренная множеством значимых поступков, которыми Волчарин успел повлиять на мою жизнь. А уж то, что при недавнем появлении бабы Ревы он не только разрешил экскурсию по гостинице, но и составил нам компанию, окончательно покорило меня. Босс, конечно, мотивировал решение тем, что помогает мне быстрее освоиться с новой должностью... но ведь ради этого не обязательно было так резко бросать более важные дела. Можно было поручить сопровождение кому-то другому, вроде начальника по персоналу...
Так что сегодня уже третий день, как я не могу перестать ежечасно думать о нëм.
Словно почуяв, что я снова его вспомнила, Волчарин лениво входит в приемную. На ходу он продолжает разговаривать с кем-то по мобильнику, но его стальной взгляд сразу дает понять, что держит меня на прицеле. И никуда ускользнуть не даст.
- ...точно в квартире флешки нет? Пусть Яр обыщет еще раз, зря что ли ты его держишь рядом, - безразлично говорит он. - Каждую трещину и подозрительную плитку на полу проверьте. В старых пятиэтажках потайных мест полно.
Волчарин останавливается прямо возле меня, и я выжидательно смотрю на него. Планшет, в котором редактировала список намеченных дел, откладываю в сторону и успеваю услышать непривычно серьезный голос Боярки, приглушенно сообщивший из трубки:
- Макс, поверь на слово - мы тут всë обшарили, даже потолок и балкон. Флешки нет. И хочешь новость? Сегодня утром, когда мы ненавязчиво наблюдали, как дамы на работу утопали, новый решала Германа умыкнул твою прачку прямо с автобусной остановки.
- Бейбарыс? - хмурится Волчарин. - Это плохо.
- И не говори. Уж этот точно вытрясет из прачки, куда копия делась. А ей самой не позавидуешь.
- Всë равно надо еще раз квартиру прочесать. А я переговорю с Батей. Кстати, если будешь общаться с Короленко, не ляпни лишнего... и вообще держи язык за зубами, пока с его дядей не разберемся. А то родственные связи - штука такая, обоюдоострая. Мало ли что.
- Понял, принял...
Спрятав мобильник, Волчарин приказывает с лаконичным кивком:
- Собирайся, поехали.
- Куда? - подскакиваю я.
- На ипподром. Подберем несколько спокойных лошадей для моей туристической конюшни в «Горную сказку».
Место, в которое мы прибыли примерно через час, оказалось совсем недалеко от моего родного поселка.
Правда, лично я там никогда не бывала, потому что четвероногие копытные всегда вызывали у меня больше настороженности, чем восторга. Не везло мне с ними, и всë тут. Конечно, лошадей родители никогда в хозяйстве не держали, но вот пара коров и козы хорошо запомнились своей редкостной бодливостью и вздорным характером.