Красная шапочка для босса (СИ)

Я тоже подхожу поближе и вытягиваю шею.
На мониторах видно, как Ульяна тяжеловесно топает по служебному коридору прачечной и вызывает лифт. Из кабины выходит наш сантехник с чемоданчиком инструментов. Она быстро заводит руки за свою объемную спину, и камеры фиксируют в ней маленькую сумочку.
- В день кражи она ее, видимо, в корзине с бельем скрывала, - комментирует Волчарин. - Потом спрятала в техпомещении, а оригинальную флешку передала людям Мрачко.
  
- Решила сумочку себе оставить, - понимающе ухмыляется Боярка. - Эх, женщины такие женщины. Непреодолимая тяга к модным аксессуарам, ничего не поделать!
Тем временем ничего не подозревающая Ульяна выходит из лифта в коридоре рядом с фойе и зачем-то выглядывает туда из-за угла. Хотя по логике она должна спешно свернуть к черному входу.
- На что она уставилась? Ну-ка увеличь картинку, - вдруг приказывает своему хакерообразному охраннику Волчарин.
Тот исполнительно щелкает беспроводной «мышкой», и на одном из экранов крупным планом возникает парадный вход в гостиницу «Альфа-Централ».
На идеально чистых сверкающих ступенях перед прозрачными дверьми стоит пожилая женщина с увесистым седым пучком на макушке и в огромных очках с роговой оправой. Она тычет пальцем в тощую грудь очень недовольного швейцара, который высокомерно преграждает ей путь. Наверняка счел ее деревенскую одежду слишком нереспектабельной для гостиницы элитного уровня.
Волчарин резко придвигается к экрану, изучая ее, а я, наоборот, прикрываю глаза с безмолвным стоном.
У парадных дверей «Альфа-централа» - моя бабушка Рева!
 Глава 24. Старые знакомые 
Мчусь в фойе на всех парах, пока напыщенный швейцар Геннадий не разозлил бабулю по-настоящему. Она ведь и зонтиком любимым его стукнуть может! А потом из-за этого мы обе огребем кучу проблем.
Отпроситься у босса удалось буквально парой фраз, он нисколько не возражал. Конечно, к бабе Реве Волчарин относится на удивление лояльно, но всë-таки мне очень тревожно. Ведь одно дело, когда она распекает его в глухом лесу или в полупустом полицейском участке. И совсем другое - если расшатывает авторитет на его собственной территории, в разгар рабочего дня и на глазах множества подчиненных.
Мимо Ульяны, с жадным интересом наблюдающей за препираниями швейцара с бабулей, я проскакиваю стремительным транзитом.
Плевать на прачку, пусть с ее шпионскими играми мужчины разбираются! А вот если я не успею предотвратить скандал, то место моей работы превратится во второй универ, где уже и так идиотские сплетни обо мне множатся за спиной день ото дня в геометрической прогрессии...
Новая неприятность возникает на горизонте в следующие пару секунд.
Валерия!
Она идет наперерез мне, явно собираясь вмешаться в конфликт, и к парадному входу мы умудряемся приблизиться одновременно. Только бывшая помощница моего босса делает это уверенной модельной походкой от бедра, а я - суматошной трусцой.
- В чем дело, Геннадий? - слышится ее приглушенный вопрос.
- Валерия Игнатовна, эта женщина заявляет, что здесь работает ее внучка, и хочет повидать еë... - вполголоса шипит швейцар.
Я наконец подхожу и останавливаюсь позади всех, переводя дыхание, но в пылу общения меня попросту не замечают.
- У нас здесь не форум родственных встреч, - прохладно отзывается Валерия. - Но даже если подобное и практиковалось бы для сотрудников, то парадный вход предназначен исключительно для наших клиентов. И, разумеется, для нашего руководства. Так что попрошу вас... м-м... женщина... - пренебрежительно смотрит она на бабулю, - ....назначать встречи с вашей внучкой где-нибудь в другом месте.
Баба Рева скептически изучает ее поверх своих огромных очков.
- А вы, простите, кто такая тут будете?
- Я... - брюнетка запинается, вспомнив о своем вынужденном увольнении, но быстро напускает на себя самоуверенный вид. - Я помощница генерального директора.
- Бывшая, - поправляю я и аккуратно обхожу ее справа, чтобы меня наконец заметили. - Она мне обязанности сегодня передать должна, кстати... Привет, бабуль.
Швейцар Геннадий делает большие глаза. И почему-то его высокомерие махом сдувается чуть ли не наполовину.
- Это твоя... ваша ба..?
- Ну всë понятно с тобой, девонька! - зычно перебивает его баба Рева, переводя взгляд с меня обратно на Валерию. - Считай, никто и звать никак. Уволили-то небось за неуважение к пожилым людям..? - демонстративно потеряв интерес к растерявшейся Валерии, она величественно поворачивается ко мне. - Давай, Мариша, покажи место, где ты работаешь. Охломон-то наш, чай, возражать не станет? Уж он-то понимание имеет, как надо со старшими разговаривать!
Я беспомощно замираю, не зная, что предпринять... и именно в этот момент миниатюрное переговорное устройство на груди швейцара оживает. Звучно шуршит динамик громкоговорителя и заявляет голосом Волчарина:
- Геннадий, это Рева Виссарионовна. Не задерживай ее, она... включена в список вип-гостей.
Мы все трое - я, Валерия и опешивший швейцар, - пару секунд молча таращимся на лацкан с устройством. По идее это волчаринское распоряжение должно было поступить Геннадию конфиденциально через специальную «каплю» беспроводного мини-наушника на его ухе... но, видимо, когда баба Рева спорила с ним до моего прихода и тыкала пальцем в грудь, она случайно включила на переговорнике громкоговоритель. И теперь приказ босса услышало всë парадное фойе.
Баба Рева, впрочем, воспринимает услышанное в своем обычном духе - как должное.
- Слыхал? - удовлетворенно кивает она Геннадию. - А ну-ка посторонись, милок. И лицо попроще сделай, а то свою расфуфыренную клиентуру распугаешь!.. - Легким тычком в плечо она отодвигает онемевшего швейцара с дороги и берет меня за руку. - Пожалуй, в самый раз сейчас бы хорошую экскурсию, если наш Максим Романыч соизволит одобрить. Давай-ка сходим к нему, поинтересуемся. Опять же, будет что родителям твоим рассказать... Цельная помощница большого начальника!.. Пусть тобой гордятся.
Я только вздыхаю на ее прямые бесхитростные слова.
Мне не нравится, что их слышат посторонние, но с другой стороны им сейчас не до насмешек над простодушной гордостью бабули. Валерия еле сдерживает злость от очередной порции унижения, а Геннадий просто-напросто пребывает в ступоре.
Оно и понятно. Босс ведь только что внес откровенно нереспектабельную посетительницу в вип-список, куда не каждый именитый гражданин может попасть... есть над чем поломать голову.
- Кстати, а где этот ваш служебный вход, куда так настырно меня отправлял невоспитанный вьюноша? - басит рядом любопытная баба Рева, вертя головой.
- В обход здания надо идти, там дверь. А через парадный вход туда коридор ведет вон от того большого фикуса... - я киваю на раскидистое растение в стильной кадке и сразу подмечаю суетливое движение за темно-зелеными листьями.
Неужели прачка до сих пор там топчется, время теряет? Сама себе враг, что ли?
- Через служебный вход сейчас не пройти, рабочие новую железную дверь поставили и на обед ушли, - недовольно бросает Валерия, справившись наконец с раздражением. - Ключи со старыми перепутали, а новые еще не принесли.
- Человеческое разгильдяйство дело такое, - понимающе приговаривает бабуля и щурится на фикус. - Оно неизлечимо, как и глупость.
То ли от взглядов в ту сторону у прачки сдают нервы, то ли она приходит к выводу, что ее засекли, но в следующую секунду массивная фигура вразвалку выплывает из служебного коридора в фойе.
  
И баба Рева удивленно хмыкает:
- Ульяна, ты, что ли?
Ничего себе! Даже и не представляла, что у бабули могут быть в этой гостинице знакомые.
Пухлощекая напряженная физиономия Ульяны растягивается в малонатуральной улыбке. Правда, без особого удивления. Наверное, женщина успела переварить неожиданность за фикусом, когда подслушивала бабулины препирания со швейцаром.