Соответствие (ЛП)
— Я видела ее у реки в прошлую луну. Надеялась, она расскажет мне, в чем ошиблась. Чтобы я… ну, чтобы мы с тобой не кончили так же, как она.
— А почему она была в общественном месте?
Обладателям значительных дефектов не полагалось показываться на глаза обычным людям. Вся их работа проходила во время комендантского часа, установленного для нас.
— Она сказала, что соскучилась по свежему воздуху. Пожалуйста, не читай мне нотации, я сама знаю, что у меня могут быть неприятности. — Ло вздохнула, заметив, как мои брови поползли вверх. Нам строго настрого запрещалось общаться с кем-либо кроме дефективных, но после моей встречи с Хэлом я была не в том положении, чтобы напоминать об этом Ло. — Я просто не хочу закончить как она, — продолжила подруга. — Не хочу, чтобы мы оказались в «синем». В общем, она пила эту штуку и отдала мне остатки. Напиток дает бешеный прилив сил. Теперь я время от времени высматриваю ее ради этого. Она бывает там каждое утро после смены. Я как раз ходила искать ее, когда ты не пришла вовремя. Думала, может, ты уже тоже оказалась там.
— Ты думала, я все испортила?
Ло бросила на меня укоризненный взгляд:
— Я не думала, что ты все испортила. Но я же тебя знаю. Тебе не нравится то, как устроен наш мир. Ты слишком легко выходишь из себя.
Она была права. Именно это я и сделала сначала со Скворцами, а затем и с самым молодым членом совета иллумов.
— Бекка рассказала что-нибудь полезное? — спросила я, уходя от неприятной темы.
— О, нет. — Ло допила остатки напитка. — Она сказала, что им запрещено говорить об этом или о Нижнем Городе под угрозой ликвидации. Ладно, хватит об этом. Расскажи про вчера! Что там было? Как все прошло?
Перед глазами тут же промелькнули сапфировые глаза. Я прикусила губу, вспоминая, как Коллин смотрел на меня весь вечер. Он отнесся ко мне с таким пониманием… Сделав глубокий вдох, я выложила Ло абсолютно все: от Скворцов(Звучит жутковато) до платья(Так вот что валялось у тебя на кровати?) и, наконец, самого ужина. Я описала ей Сад, еду и интерьер.
— И?.. — подтолкнула Ло, когда капсула остановилась. Она перехватила мою чашку, без лишних слов допила остатки и запихнула обе емкости к себе в сумку.
— Что «и»? — спросила я, выходя вслед за ней.
— Твой будущий партнер! — воскликнула Ло. — Ты же ни разу о нем не упомянула!
Мои щеки вспыхнули.
— Он был… очень милым. — Я подняла лицо к теплому солнцу.
— Очень милым?! Да ладно тебе, Эмелин! Расскажи подробнее! — потребовала Ло, увлекая меня к зданию.
Мы вошли через огромные стеклянные двери. Обычно здешние люстры ослепляли меня красотой, но сейчас они казались блеклыми по сравнению с Коллином.
Мы приложили запястья к сканеру в лифте, и пока он спускался, я призналась:
— Он не относился ко мне так, словно я существо низшего порядка.
— А он что-нибудь сказал про твой дефект? Остался доволен твоим поведением? Сказал что-нибудь о том, как ты выглядишь?
— Про дефект он ничего не сказал, но ведь тот был скрыт, — ответила я, когда двери открылись на ее этаже. — И с поведением моим все вроде бы в порядке, как мне кажется.
Ло шагнула в коридор, точно такой же, как мой.
— Я рада за тебя, Эмелин, — улыбнулась она.
— Спасибо. Он не из элиты, — сердце бешено заколотилось. Это было единственное, что я боялась произнести вслух. Двери начали закрываться. — Он член совета иллумов! — выпалила я.
У Ло буквально отвисла челюсть, и этот немой шок проводил меня на мой этаж.
Еще вчера утром моя жизнь была последовательной и предсказуемой. Теперь же у меня появился потенциальный партнер, который принимает мой статус и уже предложил контракт. Ло общается с кем-то, у кого серьезный дефект, пытаясь получить одобрение. В мыслях снова всплыл другой дефективный. С того самого момента, как капсула унесла меня в облака, я полностью вытеснила из памяти встречу с Хэлом. Но теперь, в темноте, глубоко под землей, этот таинственный мужчина в синем комбинезоне снова вернулся в мои мысли.
Я открыла дверь кабинета, игнорируя настойчивые сигналы коммуникатора, где Ло засыпала меня вопросами. Добрую половину рабочего стола занимал помпезный букет цветов, окутавший комнату тончайшим ароматом. Казалось, Коллин собрал саму суть Сада и перенес ее сюда, точь-в-точь как я мысленно мечтала сделать вчера вечером. Мой стол к тому же переставили: теперь он стоял прямо по центру комнаты, лицом к левой от двери стене, ровно под подвесным светильником.
— А, вот и ты.
В моем кресле, закинув ноги на стол и чувствуя себя как дома, восседал Хэл.
Он лениво крутил в пальцах небольшую карточку.
— Доброе утро… или лучше сказать день? Для меня-то сейчас почти глубокая ночь. Ночная жизнь, сама понимаешь.
— Я могу чем-то помочь? — спросила я, чувствуя нервную дрожь во всем теле. То ли от его присутствия, то ли от того тонизирующего напитка.
— Нет, — просто ответил он, даже не подумав встать. — Мне помощь не нужна.
— Тогда что ты здесь делаешь? И зачем передвинул мой стол?
— Стол я переставил, чтобы ты не сидела запертой в углу. Не благодари. А насчет того, почему я здесь… ты сама предложила. — Его взгляд переместился на цветы, а затем снова вернулся к карточке в руке. — Если, конечно, твое предложение не аннулировано теперь, когда ты связана репродуктивным контрактом?
Я взглянула на часы:
— Как давно ты здесь торчишь?
— Примерно час, — ответил он, снова изучая карточку. — Но кто считает. Точно не я. Вот иллумы наверняка считают. Они же обожают цифры и тотальный контроль.
Я мысленно выругалась и прижала запястье к стене, чтобы отметиться. Я опоздала. Резкий сигнал сканера эхом отозвался внутри меня.
— Я так понимаю, эта карточка была при цветах, — сказала я, с грохотом бросая сумку на стол, — и ты ее прочитал.
— Прочитал. Это самое захватывающее событие в жизни такого парня, как я. Хочешь послушать? — спросил он, поднимаясь. Его внушительная фигура мгновенно поглотила все свободное пространство в комнате.
— Я и сама умею читать, — процедила я, пытаясь выхватить у него записку. Но он оказался быстрее и поднял руку высоко вверх, вне зоны досягаемости. — Ты что, блядь, издеваешься надо мной?!
Хэл тихо рассмеялся:
— Ругаешься матом и опаздываешь на работу. Я поражен.
Я сделала очередную тщетную попытку достать карточку, практически прижавшись грудью к его груди. Он стоял совершенно непринужденно, не опуская руки, и смотрел на меня сверху вниз. Его искрящиеся глаза впились в мои, теперь уже одинаковые.
— Эмелин, эти цветы блекнут по сравнению с твоей красотой.
Я уставилась на него, часто моргая. Глубоко внутри разлилось внезапное тепло.
— Нечто, достойное самого прекрасного создания в этой комнате. За новые неприличные звуки.
Я резко отшатнулась, запоздало осознав свою ошибку. Он цитировал записку. Это были слова Коллина.
— Неприличные звуки? — переспросил Хэл, наконец отдавая мне карточку и делая шаг назад.
— Еда была очень вкусной, — ляпнула я первое, что пришло в голову.
Снаружи послышался шаркающий звук шагов. В одно мгновение Хэл стоял передо мной, а в следующее я обернулась и обнаружила, что он буквально втиснулся в узкое пространство между открытой дверью и стеной. Я даже не услышала, как он двигался.
В дверях показался мужчина в темно-серой форме со стопкой бумаг в руках:
— Срочная доставка для мисс Эмелин.
— Да, это я. — Я забрала у него документы. Взгляд курьера подозрительно прошелся по комнате.
— Я вернусь через час, чтобы забрать подписанные экземпляры, — отчеканил он и удалился.
Я посмотрела на первый лист: на самом верху красовалась золотая эмблема иллумов.
Репродуктивный контракт между M17292834 и F13463233.
— Это твой репродуктивный контракт? — подал голос Хэл мгновение спустя, снова опираясь на пустой дверной косяк.
Я кивнула, выуживая из сумки ручку.