Узнавать Отражение (СИ)
За большим столом, лицом к двери, сидела Светка.
Перед ней стояла переполненная пепельница. И была Светка словно комната после взрыва: оглушительное безмолвие, много воздуха и повсюду боль, что не выкрикнуть.
На мое появление она подняла на меня от стола лихорадочно сухой взгляд и разлепила потрескавшиеся губы:
— Паша… — это прозвучало настолько безжизненно…
Я сглотнул. Даже сейчас она оставалась невероятно притягательной… Потом вздохнул, снял и повесил куртку. Разулся и прошел на кухню. Там так и стоял коньяк. Я налил грамм сто пятьдесят в фужер, принес и поставил перед ней:
— Давай, залпом. Надо.
Отнес и вытряхнул пепельницу, вернулся и поставил ее на стол. Сел напротив нее и тоже закурил. Она мельком взглянула на меня и кивнула. А потом выпила коньяк как воду и снова закурила.
Потом она потушила сигарету и в упор посмотрела на меня:
— Паша. Хочешь посмотреть на мое нижнее белье?
Потом встала со стула и подернула вверх юбку. Черные трусики и чулки. Я, думая, что схожу с ума, встал и опустился перед ней на колени. И поцеловал ее в полоску кожи между чулками и трусиками…
Глава 6
Я проснулся от того, что кто то водил мне пальцем по лицу. Не открывая глаз, сориентировался. Я лежу на спине. Слева ко мне кто то привалился, и сосредоточенно сопит. И водит пальцем по лбу, носу, подбородку и губам, потом обратно, и снова. Знаю я кто это сопит.
То, что происходила ночью в спальне - это был даже не секс. Какая то сумасшедшая и болезненная попытка хоть ненадолго укрыть друг друга от выглянувшей из тьмы бездны, что на мгновение уставилась в упор. Я открыл глаза и повернул голову. Она убрала руку, совершенно не утруждаясь одеялами, простынями и прочей ерундой, и демонстрируя безупречные линии тела:
- Ну что, добился своего?
- Ты выходишь за меня замуж? - голос со сна хриплый - Но я же еще не сделал предложения! Ты, Свет, сильно торопишься.
- Не придуривайся. Ты всегда хотел меня трахнуть.
- Само собой. - я потянулся - Но мне всегда было еще интересней, как мы будем жить, и что делать, в промежутке между трахом. Я думал поизучать этот вопрос ближайшие лет шестьдесят. Больше ты не протянешь.
- Это как?
- Я буду звонить тебе на работу, узнать как дела. За ужином ты заслушаешься моим нытьем, что все козлы. А ты, будешь жаловаться, что главврач тебе проходу не дает, и щиплет за попу. И до самого утра удерживать меня от побоев того медика.
- А утром? – хихикнула она.
- Получив от девушки что хотел, мужчина становится добродушным.
- Нет уж, Паша. Для начала, назначу тебе регулярный секс. Посмотрю, надолго ли тебя хватит…
- Вы правы, доктор. Так болею, так болею... Разве что, если нам трахаться хотя бы пару раз в день …
Я потянулся к ней, решив, что раз уж по медицинским показаниям … но она ловко увернулась и вскочила с кровати.
Подобрала с пола свое белье, и не торопясь скрылась в сторону ванной, пояснив:
- Мне на работу пора, Паш.
А я остался лежать. Размышляя, что все настолько неправильно, нечестно, да и просто некрасиво… что именно так и должно быть. И фиг я позволю ей забыть о том, что между нами случилось этой ночью. Это было настолько восхитительно…
Повернулся, свесился с кровати, и нашел свои трусы, в ворохе одежды. И натянул, что бы не столь явно демонстрировать восхищение…
- Чай или кофе? - спросила она, появившись уже в черных трусиках и лифчике.
- Кофе, пожалуйста - барственно потянулся я на кровати.
Она изучила меня взглядом, задержавшись ненадолго на выпирающих сквозь трусы признаках восторга. Фыркнула, огляделась, и подобрала с пола мою армейскую исподнюю рубаху, которую и натянула. Оказавшись таким образом в стильном коротком платье. Жирный черный штамп «В/Ч 34166» на спине, ничего не портил. Наоборот, странным образом намекал на Милан, подиум, высокую моду, и то, что красота украсит все что угодно.
Оценив по моему лицу, что выглядит офигенно, она снова вышла. Я демонстрируя независимость, остался валяться. Дескать подумаешь, много вас, таких фотомоделей, здесь шляется. Впрочем, ненадолго.
- Тебе омлет или глазунью?- прокричала она с кухни.
Я подскочил с кровати, тоже переместившись на кухню:
- Прекращай уже вот это! Сама сказала, что кроме секса между нами ничего быть не может! И после такого заявления- омлет?! Да ты садистка, Света!
- Вот это твое глупое лицо, Паша…- фыркнула она - ради такой идиотской физии… можно и борщ сварить…
- Чтоб уж наверняка? Зачем тебе буйнопомешаный?
Она в это время, гибко танцуя приготовление омлета, отвлеклась от плиты. На мгновение прижалась ко мне, и шепнула на ухо:
- Ты в буйстве такой зайка, Паша, что хочется еще …
И очень ловко пресекла попытку побуйствовать прямо на кухонном столе, всучив мне тарелку с выложенным на нее омлетом. Напрочь лишив маневра.
Усевшись за стол, я сложил руки на груди, и вдарил стихом благодарности:
- На самом деле мне нравилась только ты,
мой идеал и мое мерило.
Во всех моих женщинах я видел твои черты,
и только это с ними меня мирило…(с)
А она с тихой улыбкой сервировала стол приборами, кетчупом, и майонезом в этой дурацкой пластиковой банке. А потом серьезно сказала:
- Всех женщинах? Большой у тебя список?
- Повторяю! Ты это прекращай! –попробовал я съехать - Девушки не слушают стихи, что им читают парни! В лучшем случае - не понимают, что за пургу там несет этот придурок. Им важен факт, и галочка в списке. Ага, стихи прочел, можно уже знакомить с родителями….Смысл стиха не имеет значения…
- Пусть так - согласилась она - но если ты будешь вспоминать о каких то кошолках завтракая со мной ...
- Вот! Не слушают, и не понимают!
- Понимают даже больше чем ты думаешь, Паша. Так и знай - отрежу и выкину. А не успокоишься - выколю глаза.
- Пфхгм... - поперхнулся я омлетом - знаешь, я вдруг понял что совершенно не искушен в столичных способах измен...я понимаю - отрезать...но доставить женщине удовольствие глазом?! Научишь?
Она засмеялась, встала. Вопреки страшным угрозам нежно поцеловала. И ушла из кухни, проронив что пора собираться.
Доедая омлет я услышал из прихожей какой то стук, и шипение. А проходя в ванную увидел, что она вытащила из кладовки гладильную доску, электро утюг, и гладит им через мокрую тряпочку свою юбку.
Умывшись-побрившись, я оделся в свой наряд успешного мелкого бандита. Заодно подумал, что нужно бы сменить гардероб.
-Ты куда собрался?
Она уже полностью оделась. Темное пальто на пуху, со спущеными плечами, клетчатый шарф, сапожки гармошкой... и красила губы у зеркала.
- Отвезу тебя на работу.
- У тебя машина?
- У меня деньги на такси.
Спускаясь в лифте я узнал что понты ни к чему. Потому что сейчас зима, и гигантские пробки. Так что - трамвай и метро, Паша.
На выходе, я почти физически ощутил спиной взгляд вахтерши на нас. И решил наплевать.
За все время вместе, ни я, ни Светка, ни разу не произнесли вслух имя Фаиса. Потому что, будь слово сказано, мы бы уже говорили только о нем, и о том, что же произошло, и как же так вышло. Вместо обретения хоть какого то душевного равновесия, наоборот впали бы в истерическое. Я - точно.
Толпа в трамвае нас разделила. Поэтому, входя в метровагон я в темпе затолкал ее к поручням у противоположной двери, отгородив от толпы спиной.
В тесноте она схватила меня за талию, проворчав тем не менее:
- Вот только попробуй целоваться, получишь коленом по яйцам!
- Почему бы и не поцеловаться немножко? - прижавшись щекой к ее волосами, и вдохнув ее аромат, пожал я плечами - давно известно, что девушку нужно всеми способами подталкивать к ее мечте.
- Колесов. Ну посмотри на себя. Как ты можешь быть чьей-то мечтой?