Узнавать Отражение (СИ)
- Ха! Рано или поздно, пелена спадает с глаз...
- Ну с чего ей спадать?
- Я все понял. Ну, про выколоть глаза. Как известно, женщины любят ушами. А мужчины-глазами. Так что, если интенсивно поморгать тебе в ухо, то куда ты денешься.
- Боже, какой же ты идиот...
- Просто Павел. Не раскрывай инкогнито...
Насчет пробок, она не так уж и неправа. Отъехав от Киевского Вокзала, троллейбус стоял минут десять, выезжая на Кутузовский.
Учреждение, где она работает - в двух остановках . Если б не зима, можно было бы и прогуляться. На табличке было написано : « 4-е Главное Управление Минздрава СССР. Клиническая Больница». Поменять не успели.
Когда мы только познакомились, она рассказывала нам, что заканчивает московский Первый Мед. Потом что то пошло не так, и она сейчас работает здесь медсестрой.
У ворот со шлагбумом, и чем то типа КПП, Светка достала из сумочки пропуск. И собралась попрощаться. Но я, не заморачиваясь прошел через турникет. И пошел аккуратно расчищенной дорожкой к современному и стильному четырехэтажному корпусу, что недалеко от проходной. У входа в который и остановился. Она почти уткнулась носом мне в грудь.
- Не покажешь, где работаешь?
- Тебя точно не пустят, Паш.
- Я заеду вечером за тобой?
- Сегодня не нужно, Павлик.
- Тогда скажи мне свой телефон.
Она произнесла семь цифр.
- Я запомнил - кивнул я - позвоню вечером.
- А я отвечу - она подняла взгляд.
Мы помолчали, глядя друг другу в глаза. Потом она кивнула, и мы поцеловались. Она потянула тяжелую входную дверь, а я пошел обратно на Кутузовский. Безнадёжно чувствуя, что весь ужас и кошмар произошедшего, никуда не делся. Но, спасибо Светке. Если бы не она, я бы сейчас снова был пьян до синевы. Потому что мозг отказывался вместить случившееся...
Теперь я с ней. Должен соответствовать и вообще...Что бы она никогда не сомневалась, что я и есть тот единственный человек, к которому стоило идти холодной январской ночью, осознав беду.
Впрочем, мысль выпить не так уж и плоха, встряхнулся я. Мне не двадцать шесть, потерь в жизни было- более чем. В прошлой жизни - да, в это время я упивался ощущением misérable.* Но сейчас нужно попробовать разобраться. Да и решить, что и как жить дальше.
Выйдя на Кутузовский я огляделся и пошел в сторону подземного перехода. На часах было девять утра, и выпить можно лишь в ресторане Киевского Вокзала. Да и то не факт.
Но забытая реальность девяносто второго, зримо меня опровергла. Сначала в скверике, недалеко от впадения Драгомиловской в Кутузовский, я увидел ларек. А потом - легкое двухэтажное сооружение. И даже его вспомнил. Его справедливо снесут при Собянине. Но сейчас это ресторан. На первом этаже попроще. А на втором - вполне себе солидное заведение.
Даже несмотря на то, что в заиндевевших окнах горел свет, толкая дверь я ни на что особо не надеялся. Но она поддалась, и я оказался в ресторанном зале. Две официантки накрывали и сервировали столы перед рабочей сменой:
- У нас кооперативные цены. - сообщила одна из них.
- Не страшно - буркнул я - я всего лишь выпью.
- Может - спросила вторая,- давай мы тебе просто нальем, да пойдешь?
- Нет девушки - я огляделся и уселся у окна-витрины, что смотрит на Кутузовский, спиной к залу - принесите мне сто пятьдесят коньяку, и пепельницу.
-- Запить? - раздалось за спиной.
- Не нужно.
Снял куртку и повесил на спинку стула. А тут и коньяк принесли, я тормознул официантку:
- Принесите мне рюмку водки, и кусок черняшки.
Она внимательно посмотрела на меня и молча кивнула.
Когда передо мной появилась рюмка водки и кусочек черного, я отставил ее в сторону. Положив сверху горбушку. А сам вспоминал. Всякое. И постоянно ухмылялся. А потом и вовсе захихикал.
…Отслужив год, боец кроме статуса старослужащего, обретает заботу о дембельской парадке, и дембельском альбоме. Я и Фаис на это дело смотрели равнодушно. А вот Кот, отнесся ответственно. И перед началом работ вынес нам весь мозг концепцией и сутью контента того альбома. И лез к нам за креативом постоянно. И вот в тяжелом учебном выходе, пробежав двадцать км., мы бухнулись на траву пытаясь отдышаться. А Костя возьми и спроси: посоветуйте, парни, что написать на первой странице? Я просто не мог говорить- дыхалка. А вот Изя, возьми и продекламируй:
- Есть в штанах у солдата заветное место — там карман, в нем хранится письмо от невесты! Главное, Кот, крупным шрифтом, во всю страницу…
…Я сбежал с третьей пары, что бы раньше Фаиса познакомиться с хорошенькой первокурсницей Леночкой, и проводить ее домой. Вернувшись в общагу, я застал Изю за оформлением лабораторной. Он отвлекся лишь что бы глянуть на меня уничижительно и сообщить:
- Я не злопамятный, Пол, зло сделаю и забуду. Так и знай…
А когда в нашем блоке полетела электропроводка, мы ее починили. Завершив все Изиным эпичным поворотом рубильника со словами:
- Вот по этим всем проводам ток идет идет… а потом, оба на! - он повернул рубильник - превращается в могучее напряжение! …
…Когда мы перешли на третий курс, в общаге объявилось несколько странных перваков. Злых, агрессивных, и немедленно сбившихся в стаю. Хотя, в ВУЗе то... Я так понимаю, те самые малолетки, что красочно описаны в так и не виденном мной «Слове Пацана». Ну, после армии, поступить в советский институт было несложно...
Вели они себя идиотски-нагло, задирали слабых, с кем то там дрались...Я на все это внимания не обращал, по сути , лишь ночуя в общаге. Совершенно их не опасаясь. Я и так-то никогда не боялся драться. А в армии меня еще и научили, видеть тех, кого боятся стоит. В общем, я не боялся.
Но однажды столкнулся с их вождем в коридоре первого этажа. Неосторожно не уступив ему дорогу. Я прибежал с занятий, в надежде поспать, перед ночной работой. И тут, какой то здоровенный и очевидный тупица, меня схватил за ворот и потащил к себе, сообщая что ты совсем борзый и давно в ебало не получал...
Мое раздражение вылилось в два удара. От второго, по яйцам, когда он упал, можно было бы воздержаться. Но я и так не высыпался, и сильно разозлился.
С чем и завалился на свою койку, попросив Кота с Изей не шуметь, иначе вы козлы.
Они пришли к нашей комнате втроем. Изя их не пустил, дескать ступайте, Колесов спит. На что эти тупицы заявили, вам пиздец, суки. Бить исподтишка -западло, и Колесов по любому получит, тварь наглая...
Я не знаю как там было. Кот с Изей отшучивались. Знаю - они отвели их на кухню, что б не будить меня. И там тупо отмудохали. Засунув голову самого агрессивного... Мишель у него было погоняло... в ведро с помоями.
Изя сообщил им, что вот с этой минуты, постоянно охранять покой и сон Паши Колесова - их священный долг. Потому что когда и если, Пол будет просыпаться от шума...Я, Фаис Дашкин, буду находить любого из вас и пиздить. За то что недосмотрели. Не глядя на причины ... все поняли?!
Детали я так и не выяснил... разве что, даже после того, как из общаги съехал Кот, и уехал в Москву Фаис, эти ушлепки меня демонстративно не замечали. Тщательно избегали любой конфронтации. Да я и повода не давал. Насрать мне на них было...
Прощай, Изя. Ты был добрый, смелый, умный, парадоксальный и великодушный. Такого друга у меня больше никогда не будет. Светлая тебе память. И я выпил коньяк как воду. Что же теперь делать - совершенно непонятно. Обдумал называется…
*Un homme misérable - несчастный человек(фр.)
Глава 7
Осмыслить хаос следующих трёх дней можно лишь с трудом. Один список сделанного занял бы пару листов. И всё — какая-то суета и невнятица.
Из важного — сразу от ресторана у Светкиной поликлиники поехал к участковому. В ответ на моё: «Здравия желаю, гражданин капитан», — он попросил не умничать и называть его Дмитрий Петрович. Вместо личных посещений он разрешил мне отзваниваться ему в опорный пункт по утрам.