Плюс одна разница (СИ)

Только не это!
Сердце делает короткий неожиданный скачок.
Возле меня, обнимая брюнетку с круглым животиком, стоит человек, которого я никак не ожидала увидеть сегодня.
— Миша?
  
Глава 2.
 
2.
Бывший смотрит на мой торт, украшенный одно свечой, потом переводит взгляд на меня и усмехается.
— Празднуешь свой день рождения в одиночестве? — голос звучит нарочито небрежно, и в нём отчётливо слышится яд.
  
Я открываю рот, пытаясь что‑то сказать, но слова застревают в горле.
Вот вроде сильная женщина.
На работе меня даже мегерой за спиной называют.
А тут сижу, прижатая к стулу, и пошевелиться боюсь.
— Иу, какая жалкая картина, — фыркает его спутница, брезгливо оглядывая мой столик. — Миш, пошли отсюда.
Боже…
Так ничтожно я себя ещё никогда не чувствовала.
Ещё подливает масла в огонь их внешний вид.
Стерва, которая украла у меня жениха, выглядит потрясающе. Даже несмотря на беременность. Идеально подобранный наряд, профессиональный макияж, как будто она только вышла из салона.
Миша в дорогом деловом костюме — воплощение успеха и уверенности.
Эти двое словно сошли с обложки глянцевого журнала: счастливая, безупречная пара.
Моё тело становится ватным.
Я даже не могу заставить себя встать и уйти. Сижу, вцепившись в край стола, чувствуя, как горячие слёзы подступают к глазам.
Миша, словно учуяв мой страх и оцепенение, продолжает:
— Погоди‑ка. Слушай, Есь… Ну вот мне интересно прям. И чего ты добилась? Опозорила себя перед друзьями и родными на свадьбе. И что получила? Сидишь одна в свой юбилей. Никому не нужная. Никчёмная. Брошенная…
— Привет, любимая!
Внезапно рядом со столиком возникает парень, которого я приметила ранее. Его появление разрывает этот кошмарный момент, как яркий свет — тьму.
— Прости, что опоздал, — красавчик легко целует меня в щёку и садится рядом, будто так и надо.
Его рука уверенно ложится на спинку моего стула, а на лице расцветает самая обезоруживающая улыбка, от которой у многих девушек подкашиваются колени.
Что он творит?
— Познакомить не хочешь? — пренебрежительно бросает бывший.
В голосе Миши хоть и есть ледяная насмешка, но за ней я отчётливо чувствую раздражение.
Он не ожидал этого. Совсем не ожидал.
Я открываю рот, но дар речи предательски меня покидает.
Мозг лихорадочно ищет выход, но тут незнакомец берёт всё в свои руки.
— Глеб. Кстати, запомни это имя.
— Зачем? — фыркает.
— Я тот, кто показал этой девушке, что такое настоящий оргазм. А весь прошлый опыт всего лишь забавный анекдот.
***
Обязательно добавляйте историю в Библиотеку!
В следующей главе будет знакомство с нашим горячем парнем...
  
Глава 3.
 
3.
Немного придя в себя от шока, я замечаю, что любовница моего бывшего парня смотрит на этого Глеба, чуть ли не слюни пуская. Взгляд у неё как у котёнка перед блюдцем сливок: восторженный и жадный.
Потёмкин на секунду теряется. Видимо, не ожидал, что его пассия так откровенно переключит внимание. Но потом дёргает свою беременную подружку за руку и цедит сквозь зубы:
— Пойдём отсюда.
Ненавистная мне парочка занимает столик неподалёку от нашего.
— Бывшие — это как старые ботинки: вроде и носили с удовольствием, но пора уже выбросить. Правда, любимая? — Потёмкин произносит это с напускной небрежностью, намеренно громко, чтобы все вокруг слышали.
С трудом, будто двигаясь под толщей воды, поворачиваюсь к нахалу, который продолжает держать руку на спинке моего стула.
Замираю от того, как близко оказались наши лица.
Ух ты ж блин…
Издалека парень казался мне чертовски привлекательным. Теперь, когда я могу почувствовать его запах и тепло мощного тела, этот мужчина кажется просто ходячим сексом.
Как будто кто‑то взял все самые соблазнительные черты и собрал их в одном человеке: уверенная осанка, ироничный изгиб губ, взгляд, от которого по спине пробегает дрожь.
— Зачем… зачем ты это сделал?
Он ухмыляется.
— Твой бывший меня выбесил. Поэтому между вариантами набить ему морду или поставить на место я решил выбрать мирный исход. Хотя кулаки до сих пор чешутся.
— Но какая тебе разница? Ты ведь даже не знаешь меня.
— Ты права. Кроме того, что ты нуждаешься в хорошей вправке мозгов, я о тебе ничего не знаю. Как ты вообще могла встречаться с таким быдлом?
Каждое его слово ввергает меня в ещё больший шок.
Хотя.
Постой-ка.
Не этому молокососу судить меня.
— Знаешь, что… пошёл бы ты…
Замолкаю на полуслове, замечая, как Миша внимательно наблюдает за нашим столиком.
Чёрт.
Чёрт и ещё раз чёрт!
Ненавижу!
Всю эту ситуацию.
Ненавижу Потёмкина-предателя. И себя за бездействие.
Глеб, прищурившись, быстро оценивает обстановку и, видимо, улавливает ход моих мыслей.
— Куда именно? — его губы растягиваются в полуулыбке. Не насмешливой, а скорее понимающей.
Тяжело сглотнув, я собираю остатки гордости в дрожащий комок и шёпотом выдавливаю из себя:
— Пожалуйста, останься.
Внутри всё сжимается от унизительной мысли: если Глеб сейчас встанет и перейдёт за другой столик к какой‑нибудь длинноногой красотке с безупречным макияжем, Миша будет ржать надо мной на весь ресторан.
Я уже вижу эту картину: самодовольная ухмылка бывшего, взгляд, полный ядовитого торжества, и едкие комментарии, которые разлетятся по общим знакомым.
— Я бы хотел, но у меня назначена встреча.
Да что ж это такое…
Ну конечно.
Он пришёл сюда на свидание.
С такой привлекательной внешностью женщины, наверняка, сами вешаются на него. Бери — не хочу.
Я вновь теряюсь.
Пожалуй, лучше просто расплатиться и уйти. Попробовать не думать о том, что подумает обо мне бывший. Главное — не видеть его победной реакции.
— Хорошо, тогда давай я уйду первой, — уже собираюсь подняться со стула.
Но тут Глеб вдруг придвигается ближе. Его ладонь мягко ложится на моё лицо, и от этого прикосновения по спине пробегает предательский ток.
— Что ты делаешь, ненормальный?
— Он глаз с нас не сводит. Твой этот сталкер.
— Я в курсе. Но я спросила, что ты делаешь? — пытаюсь сохранить остатки самообладания, но дыхание уже становится прерывистым.
Моё тело, тот ещё предатель, живёт своей жизнью и вопреки логике тянется к этому наглому, самоуверенному парню, который будто играет со мной в какую‑то странную игру.
— Ты ведь хочешь его позлить?
Не успеваю ответить.
Губы парня накрывают мои. Сначала едва ощутимо, будто проверяют границы дозволенного, затем увереннее, настойчивее.
Язык мягко раскрывает мои губы и проникает внутрь, начиная ласкать меня с такой нежностью, что колени подкашиваются. Хорошо, что я сижу. Иначе свалилась бы в обморок от накала эмоций.
Я закрываю глаза и позволяю этому несносному парню продолжить поцелуй.
До этого момента я, наверное, никогда по‑настоящему не целовалась. По крайней мере, так.
— Глеб!
Мы резко отрывается друг от друга. Я еле перевожу дыхание, глядя на человека, нависающего над нашим столиком.
Вот же гадство!
  
Глава 4.
 
4.
Мой взгляд медленно поднимается по мужской фигуре. Высокой, статной. Незнакомец явно перешагнул полувековой рубеж, но выглядит потрясающе.
Безупречный крой пиджака, дорогие часы, едва заметный аромат дорогого парфюма — всё кричит о статусе.
Наверное, он бизнесмен. И, судя по всему, весьма преуспевающий.
— Отец, — Глеб поднимается из‑за стола и крепко пожимает мужчине руку.
И тут я понимаю, откуда у Глеба эта врождённая харизма.
  
Яблоко от яблони, как говорится…
У обоих чёткие черты лица, уверенный взгляд и такая манера держаться, будто мир создан для них, а не они для мира.